Ночь в тоскливом октябре - Роджер Желязны

Твари становятся все беспокойнее, но запреты для них все ещев силе. Сегодня утром зашел к Ларри и предложил ему откликаться на имя«Счастливчик», если к нему обратится кто-нибудь из лесных обитателей во времяего странствий. Я объяснил ему, что мне пришлось придумать для него легенду,чтобы рассеять недоумения по поводу его статуса. Он согласился быть еще болееосмотрительным во время своих приходов и уходов. Я просветил его насчет всегоостального тоже, потому что считал нас партнерами. То есть всего, кроменастоящей личности Линды Эндерби. Мне ужасно не хотелось разрушать его иллюзииотносительно приятной старой дамы, общение с которой доставило ему столькоудовольствия. Что открылось, то уже открылось, – а я сомневаюсь, чтобыоткрылось многое в таком запутанном случае, как у него, и при том, что он такосторожен, – поэтому я немногим рискую, позволяя ему еще какое-то времятешиться приятными воспоминаниями о ее визите. Я решил подождать еще несколькодней, а потом уже раскрыть ему обман.

– Что-нибудь слышали о полиции и их поисках? –спросил я.

– Они все еще продолжают расследование, уже допросиливсех и теперь начали прочесывать поля вдоль дороги. Мне кажется, их последняятеория такова: полицейского могла сбросить его лошадь, которая действительнопотом вернулась в конюшню.

– Наверное, он не всплыл. Возможно, доплыл до моря.

– Может быть. Уверен, они очень скоро вплотную займутсяпоисками всплывших трупов.

– Интересно, чем может обернуться вся эта суета дляГрафа, если они заберутся слишком далеко в поля?

– Готов побиться об заклад, на поверку окажется, что онпереехал в другое место.

– Так вы тоже считаете, что у него есть еще одно место?

– Конечно. Это в его стиле. И он прав. У каждого должнобыть место, куда можно убежать. Лишняя осторожность никогда не повредит.

– А у вас есть?

Он улыбнулся.

– Надеюсь, у тебя тоже, – сказал он.

Никто не может определить, улыбаюсь я или нет. Потом я пошелискать Серую Метелку, чтобы попытаться убедить ее еще раз слазить для меня всклеп. Но ее нигде не было. В конце концов я сдался и побрел к дому Растова.

Шипучку я тоже не смог сразу обнаружить и стал ходить вокругдома и заглядывать в окна. Я увидел самого Растова, развалившегося на стуле с бутылкойводки в одной руке, а другой рукой он прижимал к груди предмет, который могбыть его иконой. На подоконнике что-то зашевелилось, и я понял, что это мойбывший партнер. Шипучка поднял голову, уставился на меня, потом головой показална соседнюю комнату. После соскользнул с подоконника и исчез.

Я отошел назад к ближайшему окну указанной комнаты, котороебыло слегка приоткрыто. Через несколько секунд он появился.

– Привет, Шип, – сказал я. – Как дела?

– Иногда мне хочется снова в поле, – ответилон. – Я бы сейчас готовился к долгой зимней спячке.

– Плохая ночь?

– Я вовремя выбрался. Он снова принялся за свое. Пьет ипоет грустные песни. Он может навлечь на нас крупные неприятности, если слишкомнапьется. Лучше бы ему протрезветь к решающей ночи.

– Надеюсь, так и будет.

Мы двинулись к задней стороне дома.

– Ты занят? – спросил он.

– Да.

– Послушай, Нюх, босс не все мне рассказывает, а НочнойВетер говорил, всего пару дней назад, что существуют способы определить припомощи гадания, кто Открывающий, а кто Закрывающий. Это правда?

– Он прав, – сказал я. – Но они ненадежны,пока не умрет Луна. Чтобы они заработали, необходимо какое-то горючее.

– А сколько времени должно пройти?

– Несколько дней.

– Так люди начнут открывать статус друг друга оченьскоро?

– Да. Так всегда происходит. Поэтому важно закончитьвсе совместные дела заранее. После того, как подведены итоги, твои бывшиепартнеры могут оказаться твоими новыми врагами.

– Мне не нравится перспектива иметь врагом тебя илиНочного Ветра.

– Из этого не следует, что мы должны убивать друг другадо великого события. Лично я всегда считал подобные поступки признакомслабости.

– Но ведь всегда происходят какие-то умерщвления.

– Я об этом слышал. Мне это кажется напрасной тратойэнергии, раз все равно в конце все решится.

– …И половина из нас погибнет от ответного ударапобедившей второй половины.

– Редко происходит равное деление Открывающих иЗакрывающих, пятьдесят на пятьдесят. Никогда не известно, какой будетдиспозиция или кто появится в конце. Я слышал, что однажды был случай, когда впоследний день все отступили. Никто не явился. Что тоже плохо. Подумай об этом.Любой из них, у кого хватило бы мужества, мог тогда повернуть дело по-своему.

– Сколько осталось времени до того, как все станетизвестно, Нюх?

– Уже совсем скоро. Полагаю, кто-то уже сейчас работаетнад этим.

– А ты знаешь?

– Нет. Узнаю очень скоро. Мне не нравится знать безкрайней необходимости.

Он заполз на старый пенек. Я сел на землю рядом.

– К тому же, – объяснил я, – это помешало бымне попросить тебя кое-что сделать, прямо сейчас.

– Что именно? – спросил он.

– Я хочу, чтобы ты вернулся со мной к склепу ипроверил, там ли еще Граф.