Давший клятву - Брендон Сандерсон

Эти бесконечные разговоры порождали в нем сильную неуверенность. Могут ли визири отклонить эссе? Репутация Ясны явно была сильна даже здесь, но Далинару показалось, что их больше впечатлила форма изложения, а вовсе не доводы.

Ты всегда из-за этого переживал, верно? – спросил Буреотец в его голове.

– О чем?

О том, что миром будут править перья и письмоводительницы, а не мечи и генералы.

– Я… – начал Далинар и осекся. «О, кровь предков». Буреотец сказал правду.

Может, потому он и настоял, что будет вести переговоры сам? Не отправил послов? Неужели причина в том, что в глубине души Далинар не доверял их позолоченным фразам и замысловатым обещаниям, содержащимся в документах, которые он не мог прочитать? В том, что эти кусочки бумаги каким-то образом оказывались крепче самого мощного осколочного доспеха?

– Состязания королевств, по идее, мужское искусство, – заявил он. – Я должен заниматься такими вещами сам.

Буреотец зарокотал, но без недовольства. Он просто… захихикал?

Далинар наконец-то устроился на одном из диванов. Может, поесть… только вот его завернутый в ткань обед лежал открытый, столешницу усеивали крошки, в деревянной коробочке осталось, наверное, всего лишь несколько капель карри. Это еще что такое, во имя Рошара?

Он медленно перевел взгляд на диван напротив. Худощавая реши, одетая в чрезмерно просторное азирское платье и шапку, сидела не как положено, а на спинке. Она грызла сосиску, которую Навани упаковала вместе с обедом, чтобы порезать ее в карри.

– Че-то банально, – протянула девчонка.

– Солдатский рацион, – потрясенно ответил Далинар. – Мне такая еда нравится.

– Потому что ты банальный?

– Предпочитаю не уделять пище слишком много внимания. Ты тут была все время?

Она пожала плечами, продолжая уплетать его обед.

– Ты что-то такое сказал. Про людей?

– Я… начал понимать, что мне не нравится, что письмоводительницы управляют судьбами государств. Вещи, которые пишут женщины, сильнее моих войск.

– Ага, логично. Многие мальчики боятся девчонок.

– Я не…

– Говорят, это с возрастом проходит, – продолжила она, наклоняясь вперед. – Мне не узнать, потому что я не вырасту. Я поняла как. Просто надо перестать есть. Люди, которые не едят, не растут. Легко.

Все это она произнесла с набитым ртом, уминая его обед.

– Легко, – согласился Далинар. – Не сомневаюсь.

– Могу начать в любой день, – сообщила она. – Ты будешь эти фрукты, или…

Он наклонился и подтолкнул к ней две миски с сушеными фруктами. Она набросилась на угощение. Далинар откинулся на спинку дивана. Девочка казалась такой неуместной. Хоть она и была светлоглазой – с бледными, чистыми радужками, – здесь, на западе, это не имело особого значения. Королевские одежды были ей слишком велики, и она не позаботилась о том, чтобы собрать волосы в хвост и спрятать под шапкой.

Вся эта комната – да и город в целом – была упражнением в показушности. Металлические листы покрывали купола, повозки рикш и даже значительные части стен в помещении. Азирцы владели всего лишь несколькими духозаклинателями и, как всем было известно, с их помощью создавали бронзу.

Ковры и диваны пестрели яркими оранжево-красными узорами. Алети выбирали однотонную одежду, время от времени украшая ее вышивкой. Азирцы предпочитали, чтобы их узоры выглядели как произведение художника, которого обуял приступ чихания.

И посреди всего этого – девочка, которая выглядела так просто. Она плыла сквозь показуху, но та к ней не прилипала.

– Крепкий Зад, я послушала, о чем они там болтали, – заявила Крадунья. – До того, как пришла сюда. Сдается мне, тебе откажут. У них, видишь ли, имеется палец.

– По-моему, у них много пальцев.

– Не-а, этот лишний. Сушеный, выглядит так, словно принадлежал бабушке чьей-то бабушки, но на самом деле он императорский. Звали его Сморкун или как-то вроде…

– Сноксиль?!

– Ага. Он самый.

– Он был Верховным, когда мой предок разграбил Азимир, – со вздохом признался Далинар. – Это реликвия.

Азирцы бывали суеверными, невзирая на любовь к логике, научным сочинениям и сводам законов. Вероятно, реликвию использовали во время обсуждений в качестве напоминания о последнем случае, когда алети явились в Азир.

– Ага, ну, я-то знаю, что он покойник и ему не надо переживать из-за… из-за…

– Вражды.

Девочка-реши заметно вздрогнула.

– Ты не могла бы поговорить с визирями? – спросил Далинар. – Сказать им, что, по-твоему, поддержать мою коалицию – хорошая идея? Они прислушались к тебе, когда ты попросила открыть Клятвенные врата.

– Не, они к Гоксу прислушались, – возразила она. – Ребята, которые управляют городом, меня не слишком-то жалуют.

Далинар хмыкнул:

– Тебя зовут Крадунья, верно?

– Верно.

– И каков твой Идеал?

– Побольше еды.

– Я имел в виду, к какому ордену Сияющих рыцарей ты принадлежишь. Какие у тебя силы?

– А-а. Я… это… гранетанцор? Умею скользить и все такое.

– Скользить?

– Это действительно весело. За исключением случаев, когда я во что-то врезаюсь. Тогда это просто забавно.

Далинар наклонился вперед, снова сожалея о том, что не может просто пойти и поговорить со всеми дурнями и письмоводительницами.

«Нет. Нет. Хоть раз доверься кому-то другому, Далинар».

Крадунья взглянула на него искоса:

– Хм… Ты пахнешь, как она.

– Она?

– Чокнутый спрен, который живет в лесу.

– Ты встречалась с Ночехранительницей?

– Ага… а ты?

Далинар кивнул.

Они сидели, чувствуя неловкость, пока девчонка не подвинула к нему одну из мисок с сушеными фруктами. Князь взял какой-то фрукт и принялся молча жевать, а она взяла другой.

Они съели всю миску, ни о чем не разговаривая, а потом открылась дверь. Далинар вздрогнул. На пороге стояла Нура в сопровождении других визирей. Бросив взгляд на Крадунью, женщина улыбнулась. Похоже, Нура была о девочке не такого уж плохого мнения, как та считала.

Далинар встал; его охватил страх. Князь подготовил доводы, мольбы. Они должны…

– Император и его совет, – провозгласила Нура, – решили принять твое приглашение в Уритиру.

Далинар прикусил язык. Она правда сказала «принять»?

– Верховный Эмула почти достиг Азира, – продолжила Нура. – Он привел с собой Мудреца, и они наверняка с готовностью присоединятся к нам. К несчастью, вследствие нападения паршунов Эмул сейчас лишь бледная тень былого. Подозреваю, он с радостью примет помощь из любого источника, и эта твоя коалиция его порадует. У князя Ташикка в городе есть посол – его брат. Он тоже придет, и, согласно донесениям, княгиня Йезира прибудет лично, чтобы молить о помощи. Мы с ней разберемся. Я думаю, она просто верит, что в Азимире безопаснее. Княгиня, так или иначе, живет здесь по полгода. У Альма и Деша в Азимире есть послы, а Лиафор всегда с готовностью присоединяется к нам в любых делах, при условии что им позволят взять на себя обслуживание шквальных совещаний. По поводу Стина, этой кучки хитрецов, ничего сказать не могу. Сомневаюсь, что тебе нужен король-жрец Тукара, а Марат захвачен. Но мы можем собрать для обсуждений значительную часть империи.