Тайны и маски - Кира Стрельникова

Дама прошлась по террасе, постукивая сложенным веером по ладони и покусывая губку, на её лице отражалась напряжённая работа мысли.

— Лоренцо, говоришь? — протянула она. — Больше ничего не слышал?

— Чезаре не верит кузену, что в спальне никого не было, и собирается следить за ним, — послушно повторил подслушанный разговор мужчина.

— Отлично, — сеньорита с воодушевлением улыбнулась и повернулась к собеседнику. — В таком случае, мы присмотрим за Чезаре! И если архив в самом деле у Лоренцо, — в глазах девушки появился опасный блеск, — то мы вернём его! Нам он нужнее, — добавила она и раскрыла веер, а потом взяла мужчину под руку. — Ты сейчас уходишь и готовишься к поездке, а я останусь здесь и присмотрю за всем, — пока они шли обратно к двери, девушка обозначила план действий. — Будь готов выехать по первому моему знаку.

— Договорились, — согласился мужчина и открыл перед ней дверь в бальный зал.

Приём давно закончился, и гости разошлись. Дворец сеньоры Манццони погрузился в тишину, светились только окна на втором этаже хозяйских покоев. Чезаре, уже без камзола и в домашних туфлях, в распахнутой на груди рубашке, сидел в гостиной рядом со спальней Лукреции и неторопливо попивал вино. Наследник Кастелли пребывал в лёгкой меланхолии: поймать Контессину де Россо так и не удалось со всеми этими интригами. То ли она слишком рано ушла с приёма, то ли ей стало здесь скучно. Придётся возвращаться во Флоренцию… Отец ведь не отстанет с этой женитьбой, и она в самом деле важна. Придётся очаровывать сеньору на её территории, но так, чтобы по возможности избегать брата. А ещё, присматривать за Лоренцо, вдруг он выведет на вора. Чезаре поморщился и сделал глоток, взлохматив волосы. На сестру он всё же слегка сердился из-за этого архива, вот тоже придумала, собирать провокационные письма, чтобы иметь повод для шантажа!

— Да уж, достойная дочь своего отца, — пробормотал Чезаре и залпом допил остатки вина.

А искать теперь ему, да ещё так, чтобы отец не прознал — уж точно по голове не погладит, ни Лукрецию, ни его самого. Кастелли длинно вздохнул и откинул голову на спинку, прикрыв глаза. Придётся искать, куда деваться, если эти письма не дай бог где-то всплывут, скандала не оберёшься. Себе же он поставил галочку больше не общаться с Лукрецией через бумагу, или делать это с оглядкой. Точнее, с применением магии, тогда у сестрички не останется вариантов. Рассеянные размышления Чезаре прервались тихой трелью — ожило зеркало вызова, кто-то хотел с ним пообщаться. Отодвинув пустой бокал, он выпрямился и коснулся рамки, активировав артефакт. Кто-то — следовало догадаться, что это Родриго, только он мог среди ночи совершенно спокойно послать вызов, не думая, что нормальные люди обычно уже спят в это время. И Чезаре бы спал, если бы не этот приём.

— Доброй ночи, сын, — поздоровался Родриго, сидя на сей раз у камина, в своей спальне, судя по видневшемуся в глубине балдахину. — Вижу, не спишь ещё.

Кастелли подметил хмурое выражение лица Святого Князя и мысленно насторожился. Вот только новых поручений от отца ему сейчас не хватало! Это шло вразрез со всеми планами Чезаре.

— Что-то случилось? — небрежно поинтересовался он тем не менее, не подавая вида, что встревожился.

— Какой ты проницательный, — неожиданно усмехнулся Родриго. — Да, случилось, и об этом я и хотел поговорить. Меня пытались отравить несколько дней назад.

Чезаре выпрямился, расслабленность мигом слетела с него.

— Что? — переспросил он с недоверием. — Кто, чёрт возьми?!

— Вот это я и хочу выяснить, — Родриго нахмурился сильнее. — Тот, кто подсыпал яда в вино, мёртв, убит с помощью артефакта на расстоянии. Артефакт уничтожился. Мои люди нашли лишь тело в кухне. Это предупреждение, Чезаре, — Святой Князь сжал кулак и сузил глаза, полыхнувшие огнём, на его скулах заходили желваки. — Кто-то не желает, чтобы я остался на римском престоле. Ты понимаешь, что это значит? — Родриго пристально посмотрел в глаза Чезаре. — Это заговор, сын.

Младший Кастелли подавил вздох. Похоже, не получится утаить от отца случившееся в Перуджо…

— Ты во Флоренции? — между тем, осведомился Родриго.

— Рядом, — туманно ответил Чезаре, догадываясь уже, о чём попросит Князь.

— Значит так, оставь пока девчонку де Россо, ты нужен мне в Риме… — заговорил Родриго, но его сын не дал закончить.

— Я не могу сейчас уехать, — с нотками раздражения ответил Чезаре и потёр лоб, внутренне готовясь к взрыву.

— Да никуда не денется от тебя эта вдовушка… — заговорил было снова Родриго с отчётливой досадой и вновь не закончил.

— Не в сеньоре Контессине дело. Лукрецию обокрали, и я подозреваю, как раз те, кто пытался отравить тебя, — на одном дыхании выдал Чезаре, как в ледяную воду прыгнул.

Лицо Родриго закаменело, он несколько мгновений молчал, отчего младший Кастелии всё сильнее нервничал.

— Что украли у Лукреции? — тихим, не предвещавшим ничего хорошего, голосом спросил Святой Князь. — Рассказывай, Чезаре. Живо! — и хотя последнее слово было сказано тем же ровным тоном, собеседник Родриго чуть не подскочил на кресле.

Не вдаваясь в подробности, Чезаре в нескольких словах рассказал про архив и почему нельзя, чтобы он попал не в те руки, упомянул также, что Лоренцо не обнаружил следов чужого, но сам Чезаре ему не поверил, и замолчал, ожидая реакции отца. Тот шумно вздохнул, провёл ладонью по лицу и сквозь зубы процедил, не скрывая презрения:

— Наградил же бог семейкой! Ты чем думал, когда любовные послания строчил Лукреции, а?! — почти прорычал Родриго, подавшись вперёд. — Я уже молчу про ваши с Лукрецией шашни. Не нашёл кого посговорчивее, к кому под юбку залезть?! Значит так, раз Лоренцо там тоже был и сопровождал эту девчонку, и раз уж ты не нашёл ничего лучше, чем рассказать ему о пропаже, — по губам Родриго скользнула неприятная усмешка, — распутай этот клубок, Чезаре, и уничтожь архив. С Лукрецией я сам поговорю, — и прозвучало так угрожающе, что младший Кастелли невольно пожалел сестру. — В следующий раз жду от тебя подробного отчёта, Чезаре, — Родриго прищурился. — В том числе и о том, каким таким образом получилось, что Лоренцо отрабатывает какой-то твой долг перед Дамой в Маске. Спокойной ночи, — и Святой Князь, не прощаясь, как обычно, отключился.

Мужчина помолчал, сверля пустую рамку мрачным взглядом, потом длинно выругался и плеснул в бокал ещё вина из графина. Ох, как он не любил все эти интриги. Уж лучше честное сражение, где всё просто и понятно, и не нужно распутывать непонятный клубок и выяснять, кто друг, а кто враг на самом деле. Вокруг Святого Князя слишком много недовольных тем, что в его руках сосредоточилось столько власти, конечно, будут попытки заговоров.

— Че? Что-то случилось? — дверь гостиной открылась, и на пороге появилась Лукреция в длинной ночной рубашке из тонкого батиста с вышивкой и небрежно накинутом на плечи халате. — Я услышала, ты ругаешься, — она нахмурила золотистые брови, пристально глянув на него и расчёсывая локоны щёткой.