Охотники на людей - Руслан Мельников

И центр, и центральная улица располагались ближе к въезду в хутор. Ближе к их группе. Дальше тянулись непролазные трущобы, которые, слава богу, придется зачищать другим. А в том, что будет от кого зачищать хутор, Борис не сомневался.

Из трубы небольшой серой развалюхи поднимался слабый-слабый, едва различимый дымок. Где бы ни находился человек и как бы он ни был напуган, а пищу готовить нужно. Впрочем, хэдхантерские бинокли позволяли видеть не только слабую дымную струйку.

Вон — движение. Хуторскую площадь опасливо, с оглядкой, перебежал человек. Еще один быстро пересек улицу на окраине.

— Здесь они, голубчики, здесь, — оскалился Ухо — разведка не ошиблась.

— Чего-то мало их, — поморщился Гвоздь. Он тоже не отлипал от бинокля.

— Попрятались, — отозвался сержант. — Осторожные какие! Дозорного видишь?

— Где? — Гвоздь водил биноклем по сторонам. — Не вижу никого.

— Потому что не туда смотришь. Ты не на хутор пялься. И не на забор. Холмик перед въездом видишь? Справа от дороги?

— Ага.

— Дерево видишь?

— Ну?

— А кусты под деревом?

— Вижу.

— Теперь под кустами смотри.

— О, точняк! — хмыкнул Гвоздь. — Охранничек, мля…

Борис тоже пошарил биноклем в указанном направлении. Увидел…

Неприметная кочка под кустами. Но у кочек не бывает глаз. У этой — были. Значит, не кочка. Значит, голова, прикрытая листвой и измазанная грязью.

Да, дикий замаскировался неплохо. Но разве спрячешься от хэдхантерской оптики и глаза опытного охотника?!

— Надо бы еще холмы с той стороны проверить, — озабоченно пробормотал Гвоздь. — Может, там тоже…

— Это уже не наша забота, — отозвался Ухо. — Ту сторону проверят другие группы. Меня больше смущает пятиэтажка в центре. Я бы на месте диких посадил бы туда стрелков и наблюдателей. А если стволы есть — дал бы им самые лучшие. С пятого этажа просматривается весь хутор.

— Слышь, Ухо, — Гвоздь отнял бинокль от лица, — дай дозорного мне, а?

Сержант ответил не сразу. Задумался.

— Ну, будь человеком, Ухо! — шептал Гвоздь. — Ты же снял с меня два балла. Мне наверстывать нужно.

— Ладно, валяй, — кивнул наконец сержант. — Дозорный в кустах — твой. Только чтоб без шума. Облажаешься — десять баллов потеряешь. Я предупредил.

— Не боись, Ухо, все сделаю в лучшем виде, — оскалился Гвоздь.

Неприметной пятнистой ящерицей он юркнул в извилистую ложбинку, промытую сильными дождями. Хэдхантерский камуфляж растворился в густой растительности.

Борис, потеряв Гвоздя из виду, вновь направил бинокль на дозорного. Заросшее русло высохшего ручья подходило почти к самому холму, на котором тот оборудовал себе укрытие.

В последний момент дикий, похоже, что-то заподозрил. Чуть приподнялся, вглядываясь в качнувшуюся траву под холмом. Но тут же дернулся и без крика упал мордой в землю.

Сполз за кусты.

На месте головы-кочки теперь остался косо торчать над землей ружейный ствол. Какая-то старая двуствольная фузея. Но в руках дикого это не самое безобидное оружие.

Все прошло быстро и, главное, тихо. Пневматический подствольный ампуломет метает шприцы негромко.

Пятнистая тень, укрытая холмом от поселка, ловко вскарабкалась по крутому склону наверх. Это заняло некоторое время. Тревоги никто не поднимал.

Гвоздь залег на вершине, чуть в стороне от подстреленного дикого. Замер, осматриваясь.

— Гвоздь, доложи, — потребовал Ухо.

Сержант говорил по общей внутригрупповой связи, так что Борис услышал ответ.

— Клиент готов, — раздался в шлемофоне довольный шепот Гвоздя. — Счет, типа, открыт. Первый трес — наш. Первый трес-балл — мой.

— Он там один? — спросил Ухо. — Дикий этот? С той стороны холма больше никого нет?

— Не-а. Никого не вижу.

— Ладно, не светись лишку. Пакуй давай клиента и жди нас.

Борис видел в бинокль, как Гвоздь засуетился. Отцепил от пояса наручники. Вполз в кусты, за которыми лежал дикий.

Через пару мгновений в шлемофоне раздался сдавленный мат.

— Что там?! — насторожился Ухо.

— Труп, мать его! — Раздосадованный Гвоздь говорил, словно плевался словами. — Я ему, оказывается, шприцем в глаз засадил! Наверное, игла до мозга достала.

— Идиот! — процедил Ухо. — Зачем в голову стрелял!

— Так у него голова одна только и торчала! — не то оправдывался, не то возмущался Гвоздь. — А у шприцев, сам знаешь, какой разлет. Точно в цель никогда не ложатся.

— Ладно, хватит ныть, — одернул подчиненного Ухо. — Свое еще в поселке возьмешь.

— Внимание, общий эфир! — неожиданно вклинившийся голос Стольника заставил хэдхантеров замолчать. — Доложить о готовности к операции.

— Первый на позиции, — четко произнес Ухо. — К операции готов.

— Второй на позиции, — сообщил командир второй группы. — Готов.

— Третий на позиции, — перекличку закончила разведка. — Готов.

— Подступы к объекту? — Стольник задавал вопросы коротко и по существу.

— Чисто, — снова первым начал Ухо.

— Чисто…

— Чисто… — эхом отозвался еще один голос.

— Проблемы были? — Перед началом операции командир хотел знать все. — Первый?

— Первый, — идентифицировал себя Ухо и, не вдаваясь в подробности, доложил: — Один дозорный на главном въезде в хутор. Один ствол. Израсходован один шприц-патрон. Дозорный обезврежен…

Помедлив секунду, Ухо все же со вздохом добавил:

— Мертв.

Ну да, такого уже не утаишь.

— Мертв? — Судя по голосу, Стольника эта новость не обрадовала. — Первый, почему дикий мертв? Кто виноват?

— Никто, — буркнул Ухо. — Несчастный случай. Шприц в глаз попал.

— Первый — минус трес-балл на личном счете, минус трес-балл на групповом счете. Впредь действовать аккуратнее. Как понял?

— Есть минус трес-балл на личном и групповом, — угрюмо повторил Ухо. — Есть аккуратнее.

— Второй, что у вас?

— Один дозорный, — бодро отрапортовал командир второй группы. — Сидел в рощице на краю котловины. — Из оружия — самострел, тесак, сигнальная ракета. Израсходовано два шприц-патрона. Дозорный обезврежен. Жив.

— Экономнее с нелеталкой, второй. Третий?

— Два дозорных на южных холмах. Оружие: ножи, обрез. Израсходовано два шприца. Дозорные обезврежены. Живы. Вяжут обоих.

— Хорошо, третий. По плюс трес-баллу отличившимся. Плюс трес-балл на твой личный счет. Трес-балл на группу.