Дом у Змеиного озера - Евгений Гаглоев

– Вот и пообщались, – вздохнул Тимофей, надевая ученическую форму.

Если учесть, что Стас и Алиса скрываются в академии от преследования Огненных волков, можно представить, что они сейчас испытывают. И все же могли хоть изредка перекинуться с ним словом, а не делать вид, что его нет. Они будто считали его предателем, который при первом удобном случае сдаст брата и сестру своим сородичам.

Пока он одевался, позвонила Лариса Аркадьевна.

– Доброе утро, Тимофей, – поздоровалась она. – Руководство музея просит меня направить несколько крепких парней для монтажа новой выставки. Я сразу вспомнила о тебе. Ты не будешь возражать?

– А что нужно делать?

– Перетащить из одного зала в другой несколько витрин. Возможно, еще какая-то работа… У вас сегодня вечером репетиция, но, думаю, вы успеете.

– Хорошо, – недолго думая согласился Тимофей. Все равно у него не было других планов на вечер.

Лариса Аркадьевна поблагодарила его и повесила трубку, а Зверев отправился в лабораторию Зельеварителей. Первое занятие старших групп проходило сегодня именно там. Многие ученики уже заняли места за своими столами, другие еще только собирались в просторной аудитории.

Стас Кащеев сидел рядом с Алисой, Женя Степанова – с Луизой Соловьевой. Димка занял место возле Карины. Когда Тимофей вошел, Трофимов даже не взглянул в его сторону. Зато уставились все остальные. Милана Поветруля и ее новые подружки из группы Оракулов тут же принялись шептаться и ехидно хихикать. Антон Седачев и Сергей Бельцев хмуро наблюдали, как он осматривается по сторонам в поисках свободного места, и их взгляды не предвещали ничего хорошего.

Пусть себе смотрят. Тимофей никого не боялся. Сам он никогда не нападет, но если кто-то к нему полезет, сумеет дать достойный отпор. Седачев в этом уже убедился, может, извлечет хоть какой-то урок?

Почти все расселись парами. Только Маша Конева, глава театрального кружка, сидела одна за самым крайним столом.

– Не возражаешь? – спросил у нее Тимофей, приближаясь.

– Конечно садись. – Маша подвинулась и убрала свою сумку с книгами под стул. – Так давно тебя не видела…

– Я отсутствовал несколько дней.

– Да, я слышала. Это все просто ужасно, – затараторила Маша. – Не представляю, как ты еще держишься!

Тимофей тут же пожалел, что сел рядом с ней. Но зато она не отказывалась разговаривать с ним и проявляла искреннее участие, хотя они никогда не были близкими друзьями.

Маша все болтала и болтала. Тимофей выложил на стол рабочую тетрадь и тут понял, что забыл ручку в комнате.

– У тебя запасной ручки не найдется? – смущенно спросил он.

– Что? – осеклась Маша. – Прости, нет…

– Держи.

У Тимофея над плечом вдруг возникла блестящая авторучка. Обернувшись, он увидел Клима Поликутина, сидевшего позади.

– Спасибо, – поблагодарил Зверев.

– Если хочешь, можешь оставить себе, – улыбнулся Клим. – У меня еще много.

Тимофей молча кивнул. Похоже, не все ребята от него отвернулись. Это радовало.

В лабораторию вошла Настя Ведунина в сопровождении Степы Лешеева. Оба тут же направились к своим шкафчикам, расположенным у большого окна. В кабинете зельеварения у каждого ученика был собственный шкафчик, где хранились учебники, реактивы и особые приспособления для создания различных зелий – реторты, пробирки, мензурки особой формы, свитки с простейшими заклинаниями.

– Сейчас начнется потеха, – с неприятной улыбкой сказала Милана Поветруля, пихнув локтем одну из своих новых подруг. – Глядите в оба.

Девчонки тут же достали мобильники и принялись снимать все происходящее на видео. Ребята расставляли на своих столах пробирки и флаконы с разными порошками, готовились к началу урока. Кто-то листал толстые учебники, повторяя формулы и заклинания. Настя и Степан, не обращая внимания на остальных учеников, негромко разговаривали, стоя возле своих шкафчиков.

Вскоре в лаборатории появился и Анатолий Сергеевич в старомодных очках-пенсне и неизменном халате, – когда-то белом, а сейчас покрытом пятнами всех цветов и размеров. Он поднял голову и щелкнул пальцами. С потолка полился приглушенный голубой свет. Там висел муляж Солнечной системы, его планеты начали мерно светиться и пришли в движение, вращаясь вокруг искусственного солнца.

– Увидимся сегодня вечером после репетиции? – спросил у Насти Степан. – В «Антарес» новый фильм привезли. Как раз успеем на сеанс после того, как Дубровский нас отпустит.

– Посмотрим, – уклончиво ответила Ведунина. – Нам столько задают в последнее время, что я почти не вылезаю из библиотеки…

Антон Седачев и Сергей Бельцев странно переглядывались с Миланой, которая с ума сходила от нетерпения. Тимофей тут же понял, что эти поганцы снова что-то задумали.

Настя повернула колесико кодового замка на дверце шкафчика, затем потянула его на себя. Задвижка щелкнула и подалась.

Дверца распахнулась так, словно что-то выбило ее изнутри. Из шкафчика, висевшего на уровне Настиной груди, повалилась склизкая, зловонная, шевелящаяся масса – на руки, ноги, одежду, туфли.

Настя испуганно вскрикнула и отпрянула. Но из шкафчика продолжал литься поток живых земляных червей. Милана и ее подружки едва не задохнулись от хохота, снимая все на телефоны.

Настя с ужасом смотрела на извивающихся червей, которые покрыли ее новые туфли, пол, полки с книгами в шкафчике. Со всех сторон послышались смешки. Они звучали все громче и наконец переросли в хохот. А громче всех смеялась Поветруля. Неподалеку загибался от смеха Антон Седачев.

– Кто это сделал? – злобно крикнул Степа, оглядывая аудиторию. – У кого ума хватило?!

– Действительно, кто? – нахмурился Анатолий Сергеевич. – Кого заставить наводить порядок в лаборатории?!

– Может, это она сама? – с торжествующей улыбкой спросила Милана, глядя на растерянную Настю. – Решила в очередной раз привлечь внимание к своей жалкой персоне? Или развела червей, а потом забыла об этом?! На твоем месте я бы почаще наводила чистоту в шкафу.

Ее свита услужливо хихикала, жадно ловя каждое слово Поветрули.

Настя брезгливо стряхнула с одежды налипших червяков. По щекам девушки градом потекли слезы.

– Впредь не будешь мне перечить, – одними губами произнесла Милана и гадко улыбнулась.

Не в силах терпеть, Настя закрыла лицо ладонями и бросилась к выходу из лаборатории. Степа побежал за ней.

– Ну хватит! – прикрикнул на остальных учеников Анатолий Сергеевич. – Посмеялись, и будет! А я еще подумаю, кого заставить все это убирать!

Смех в лаборатории тут же оборвался.

Настя выбежала в коридор, сбрасывая с себя червяков, и уже там горько разрыдалась. Подоспевший Степа положил руку ей на плечо и мягко сжал.