Дом у Змеиного озера - Евгений Гаглоев

– Он видел вас?

– И даже намял бока моим сообщникам. Пришлось вырубить его шокером, иначе он не дал бы нам уйти.

– Какая неприятность. Но я понятия не имел, что он в Санкт-Эринбурге. Надеюсь, мальчишка не сильно пострадал?

– На нем очень быстро все заживает.

– Он точно не узнал тебя, дорогая?

– Надеюсь, – хмуро ответила Серафима. – Тимофей – мой друг. Мне не нравится, что приходится его обманывать, да еще и обворовывать!

– Без этого никак, родная, – потрепал ее по плечу отец. – Это все для нашего же блага. Но погоди… – Он заглянул в опустевший пакет. – А где медальон?

– Медальон? – непонимающе уставилась на него Серафима.

– Знак Близнецов. Символ принадлежности…

– В тайнике за зеркалом больше ничего не было. Я просмотрела все стены комнаты и ничего не нашла.

– Дьявол! – раздраженно выдохнул Платон. – Где же она его спрятала?! Среди ее вещей медальона тоже не оказалось. Возможно, у Ангелины есть еще какой-то тайник?

– Если и есть, то только не в городской квартире, – развела руками Серафима. – Ты знаешь, при желании я очень хорошо вижу сквозь любые стены.

– Да, к тебе у меня никаких претензий, – огорченно произнес Платон Евсеевич. – Но медальон Близнецов нам просто необходим. Придется поговорить с Егором Зверевым.

– Поедешь в Клыково?

– Придется. Хочешь со мной?

– Не думаю, – помолчав, ответила Серафима. – Мне в Клыково делать нечего…

Она еще не забыла Клима Поликутина и не хотела ехать в город, где каждая улица, где они гуляли, каждое кафе, где они завтракали и ужинали, напоминали о нем.

* * *

В полицейский участок Влад Пивоваров приехал вечером, после окончания рабочего дня. С Мезенцевым он договорился заранее, поэтому шериф, несмотря на позднее время, ждал его в своем кабинете за столом. Перед ним высилась целая стопка старых, пожелтевших от времени картонных папок с нераскрытыми делами прошлых лет.

– Привет, шериф, – поздоровался Пивоваров. – Вижу, ты наконец начал воспринимать мои просьбы всерьез?

– Только когда это не противоречит моим принципам, – сдержанно ответил Мезенцев, – и не мешает нашим собственным расследованиям.

– Удалось еще что-нибудь отыскать? – Пивоваров плюхнулся на свободный стул, затем вытащил из кармана плаща блокнот и авторучку.

– Тебя интересует старое дело о гибели Тимура Сатановского, сына Устиньи… – Мезенцев взял верхнюю папку и открыл ее. – Не сразу, но я его нашел. Здесь множество и других похожих на него дел. Убийства давние, так и остались нераскрытыми.

Из темной приемной в распахнутую дверь кабинета заглянул Борис Макарский.

– И чего ради мы снова делимся информацией с журналистами, шериф? – недовольно буркнул старик. – Особенно с этим вечно пьяным прощелыгой?

– Не сильно ты меня любишь, дед, – расхохотался Пивоваров.

– Это еще мягко сказано, – сурово ответил Макарский. – Будь моя воля, тебя давно вышвырнул бы вон из этого участка, чтобы впредь неповадно было!

– Хорошо, что ты здесь больше не начальник, – усмехнулся журналист.

– Позже поговорим, Борис, – покосился на Макарского шериф. – А сейчас оставь нас…

Пожилой полицейский удалился с недовольной миной.

– Тебе удалось найти какую-то зацепку? – поинтересовался Мезенцев, перелистывая желтые страницы.

– Личность Устиньи и правда меня заинтересовала, – признался Пивоваров. – Хочу узнать побольше о ее жизни. Так что же случилось с ее сыном?

Владимир Мезенцев выложил на стол несколько старых черно-белых фотографий, сделанных на месте преступления. Влад не сразу понял, что на них изображено, но, присмотревшись внимательнее, похолодел.

– Было обнаружено три тела, – сообщил Мезенцев, глядя в старый отчет. – В лесу, за территорией академии, на старом болоте в районе заброшенного кладбища… Погибло трое молодых людей, все учились в закрытой академии. Той ночью, почти семнадцать лет назад, они стали первыми жертвами жуткого побоища… На телах видны следы от ранений, похожие на ножевые…

– Так и написано? Похожие на ножевые? – уточнил Влад.

– Именно так. А еще следы от сильных ожогов. Их будто кто-то из огнемета опалил. Но самое странное – их одежда…

– Что с ней?

– Взгляни сам. – Шериф пододвинул Пивоварову одну из фотографий.

Действительно, на погибшем парне был очень странный наряд. Верхнюю часть тела несколько раз пересекали ремни из толстой кожи, образуя нечто вроде кольчуги. Руки до локтя покрывали кожаные перчатки, каждый палец которых оканчивался острым стальным когтем. Ниже пояса одеяние переходило в некое подобие длинной юбки с продольными разрезами. На груди погибшего на толстой цепочке висел странного вида медальон в виде рогатой драконьей головы с оскаленной пастью.

– Все трое были облачены в одинаковые одежды, – сообщил шериф, листая отчеты судмедэкспертов.

– Похоже на какое-то ритуальное облачение, – признал Пивоваров. – Чем они занимались в лесу?!

– Создается впечатление, что они и в самом деле творили какой-то ритуал. Судя по описанию, тела нашли на большой поляне, в центре которой стоял огромный обожженный пень. Земля была расчерчена необычными символами, по диаметру круга горело несколько небольших костров. Следов поблизости оставлено множество, но никого так и не смогли задержать.

– Почему? – поинтересовался журналист. – Никого не заподозрили?

– Это ведь случилось той самой ночью, – тихо сообщил шериф. – Дата, вошедшая в историю Клыково. Мертвые тела были на улицах, в академии, и в районе Змеиного озера. Столько трупов, что весь город впал в шок. Тогда было не до поисков.

– Эй, старик! – крикнул Пивоваров в дверной проем. – Знаю, что подслушиваешь! В ту пору ведь ты управлял местной полицией?

– И что с того? – буркнул в ответ Макарский. Он даже не удосужился выйти из-за стола в приемной.

– Неужели тогда даже подозреваемых не было?

– Не было, – неохотно ответил Борис. – Все списали на заезжую банду. Якобы устроили резню и скрылись в неизвестном направлении. У нас тогда ни дорожных камер не было, ни интернета, ни сотовой связи. Попробуй вычисли!

Пивоваров странно взглянул на шерифа, затем вполголоса произнес:

– Сдается мне, дело тут не в отсутствии интернета и камер… А ты вообще доверяешь этому старикану?

– У меня нет причин не доверять ему, – шепотом ответил Мезенцев.

– Зря, – так же тихо сказал журналист. – Мне кажется, дед что-то недоговаривает, прикрывая свою шкуру. Но и на том спасибо. Я могу взять эту папку с собой?

– С ума сошел? – возмутился шериф. – Это собственность полицейского участка!