Дом на перекрестке ( трилогия, СИ ) - Милена Завойчинская

— Ну хорошо… А твоя скорая свадьба? Ты ведь как женишься, в любом случае переедешь. Мне нужен будет новый телохранитель, я предпочту женщину. И мне спокойнее, и муж мой ревновать не будет. Ай, — вскрикнула я, так как его пальцы сжали мою ногу изо всех сил. — Поаккуратнее, пожалуйста.

— Нет. Я не уеду.

— Блин! Эрилив… С тобой очень тяжело разговаривать. Ладно, ты живешь здесь до своей свадьбы на правах гостя, никто тебя никуда не гонит. Уезжай, приезжай, просто живи. Присмотришь за моей новой телохранительницей и натаскаешь ее, чтобы к моменту моего замужества она уже была полностью самостоятельна. Ай! Ты мне ногу сломаешь так, — я выдохнула. — А ближе к дате венчания уезжаешь к своей невесте.

— Нет, — процедил он сквозь зубы, и принялся массировать мою вторую ногу.

— Ну что нет-то? Что тебя не устраивает?

— Вика, прекрати меня мучить, — как-то устало произнес он, не глядя на меня. — Ты ведь все понимаешь и видишь. Я просто не могу… Не могу уехать от тебя. Не могу оставить тебя. Вообще не могу… И ничего не могу.

Мы помолчали. Он не поднимал лица и не смотрел в мою сторону, полностью сосредоточившись на массаже, а я разглядывала его сквозь ресницы.

Собака на сене! Сам не гам, но и другому не дам. Ничего не может, вообще не может, без меня не может. Вот и поговорили.

— Друзья? — тихо задала я вопрос.

— Больше, чем друзья, — печально ответил он. — Поворачивайся спиной, я разберу тебе волосы. А то ты сама до утра будешь расплетать все, что тебе Янка тут навертела.

Мы с девушками действительно прихорошились к застолью, и Яна под руководством сестры сделала прическу сначала Арейне, потом мне и самой Алексии. А уж после этого, воодушевившись, отправилась к Селене и Ниневии.

— А вишенки все равно мои, — решила я как-то сгладить разговор. — И не только с тортиков, но и из коктейлей. И на лошадке покатай. А насчет остального не заморачивайся, как-нибудь потом разберемся.

— Как скажешь, — лирелл, погладив меня по волосам, продолжил распутывать шедевр Яниты.

Расслабившись, я сидела и медитировала. В такие моменты всегда хочется что-то мурлыкать под нос или вспоминать стихи. Но так как петь я не умела, точнее, умела, но плохо и фальшивила, то рисковала это делать только наедине или в шумной компании, когда кто-то вытянет правильный мотив. Оставались стихи. Вот и бубнила я себе тихонечко под нос стих на заданную тему.

— Что ты там бормочешь? — не выдержал через минуту Эрилив. — Мне не слышно.

— Стих вспомнился. Вот и бубню…

— А погромче? С удовольствием послушаю стихи твоего мира.

— Можно и погромче, — сев чуть поудобнее, я начала читать вслух стих, который написал Хименес Хуан Рамон.

Ты меня не догонишь, друг,

Как безумный в слезах примчишься,

А меня ни здесь, ни вокруг.

Ужасающие хребты

Позади себя я воздвигну,

Чтоб меня не настигнул ты…

Постараюсь я все пути

Позади себя уничтожить,

Ты меня, дружище, прости…

Ты не сможешь остаться, друг,

Я, возможно, вернусь обратно,

А тебя ни здесь, ни вокруг.

Руки на моих волосах замерли, и повисла пауза.

— Вика, скажи, что ты пошутила.

— М-м?

— Ты ведь не сбежишь?

— Ты о чем? — у меня слипались глаза, и все труднее было сдерживать зевоту. Откровенно говоря, я держалась из последних сил, только ожидая, пока мне помогут с волосами.

— Пообещай мне, что ты не сбежишь.

— Рил, что-то я не пойму тебя, — я, не выдержав, зевнула. — Это мой дом, куда мне бежать-то?

— К феям, например, — он снова стал расчесывать мне волосы.

— А-а. Так нет их. Что-то не спешат они ко мне такой чудесной. А то бы я к ним прогулялась в то измерение. Интересно ведь как они живут.

— Я с тобой.

— А ты фей?

— Нет, я твой телохранитель, — получила я мрачный ответ.

— Тогда сам с ними договаривайся. Ох, все, Рил. Я сейчас отключусь прямо здесь, на диване. Спасибо за помощь, но я спать, — я сползла с дивана и, помахав рукой куда-то в его направлении, побрела в спальню.

Провожать его я не собиралась. Комнаты у нас рядом, сам дорогу найдет.

— Вика! — донесся мне в спину требовательный голос.

— Ну что еще?

— Пообещай, что ты не сбежишь!

— Если не вынудите, то не сбегу. Все, Рил, топай к себе.