Ричард Длинные Руки - принц короны - Гай Юлий Орловский

В дверном проеме возникла и тут же исчезла та бойкая принцесса, что говорила и за сестер, в комнате послышался испуганный писк.

Я приблизился рассчитанно медленно, давая им возможность закрыться хотя бы ладошками, как женщины особенно любят, если вдруг почему-то голые. Нет, в мило и очень по-женски обставленной комнате сгрудились все трое, одетые, испуганные, бледные, уцепившиеся друг за друга, будто вот щас брошусь их растаскивать.

— Здравствуйте, — сказал я. — Простите, некогда было головы поднять! Да и сейчас некогда, но и дальше откладывать ваш вопрос как-то неловко.

Старшая, если она старшая, а не просто самая отважная, проговорила в страхе:

— Теперь что, будете нас насиловать?

Я вздохнул, развел руками.

— Увы, принцесса… надо. Кто мы против старинных обычаев, освященных веками и славой наших предков?.. Да и без этого чувствуется некая незавершенность композиции. Я, как эстет и гурман, будучи большим покровителем всяческих искусств, просто страдаю, когда в великолепной картине вижу незакрашенное пятнышко.

Она сказала жалобно:

— Но… может быть…

Я посмотрел, как она жутко залилась краской, даже лоб и шея покраснели, спросил в лоб:

— Что?

— Может быть, — сказала она еще жалобнее, — вы нас отнасилуете… в одиночку? Вы же принц, а вот все остальные…

— Герцоги, графы, — возразил я, но уже с сомнением, — тоже достаточно высоко. К тому же боевые соратники…

— Но не ровня вам, — сказала она чуть смелее, — никто не смеет равняться с вами и выдирать добычу из когтей льва!

Я спросил с сомнением:

— Это я лев?

— Ну да, — подтвердила она, — очень похожи!

— А где у меня хвост? — спросил я. — Ах да, простите, я недавно из боя, до сих пор не соображаю и утонченные намеки не всегда втемяхиваю. Кстати, идея вообще-то не самая слабая… Вас как зовут?

— Джоанна, — ответила она. — Принцесса Джоанна. А это мои сестры, Рианелла и Хайдилла.

— Джоанна, — сказал я, — вы еще никуда не пытались выйти? Да-да, вижу по вашим принцессьим мордочкам. У вашей двери стража, но если все-таки кто и войдет спьяну, вы всем говорите, что я на вас уже положил… львиную лапу. Или наложил? Нет, наложил — какое-то двусмысленное… Правда, положил… гм, тоже. Эх, как плохо быть грамотным интеллектуалом!.. Горе от ума, как сказал один великий мудрец, а второй вообще сокрушался: бороду-то сбрею, но умище куда девать?

— Ваше высочество?

Я с усилием потер ладонью лоб.

— Что-то туплю в последнее время. Недоизнасилованные стоят дороже, а я, как политик, заинтересован продать вас с хорошей прибылью. Если король Леопольд… гм… удалился из этих мест, то вами по праву старшего и альфа-самца распоряжаюсь я, верховный сюзерен всего, до чего дотягиваюсь. Потому… гм… скорее всего, я вас быстренько так это повыдаю замуж.

Принцесса Джоанна испуганно вскрикнула:

— Замуж?

— Ага, — сказал я понимающе, — рады?.. Не пугайтесь, не за актеров. У меня полно неженатых герцогов. Да и графы красавец на красавце, все молодые и бравые…

Они прижимались одна к другой, как овечки, а Джоанна, действительно самая смелая, сказала гордо:

— Но мы дочери короля!

— Вообще-то, — сообщил я с достоинством, — у меня есть и принц, сын короля Буркхарта Третьего из королевства Вендовер, но я ему приказывать, увы, не могу. Сами ему глазки стройте и постарайтесь очаровать. У кого получится, та будет впоследствии женой короля Вендовера, ибо принп Сандорин — единственный наследник. Остальным в мужья достанутся всего лишь герцоги.

Джоанна спросила с подозрением:

— Вы это всерьез? Вам-то это зачем?

— А династические связи? — напомнил я. — Если у вас мужьями будут мои полководцы, то и все королевство останется… гм… дружественным. В нашем особом понимании, демократическом.

Она подумала, ответила за себя и за сестер:

— Нет, мы не согласны!

— Тогда изнасилование, — ответил я со вздохом и развел руками.

Она подумала, глядя на меня пристально, буркнула, надув губки:

— Ладно.

— Ага, — сказал я довольно, — согласны на замужество?

Она посмотрела на меня в упор и ответила дерзко:

— Нет! На изнасилование.

С принцессами разговор пришлось прервать на полуслове, откуда-то снизу окно озарились страшным плазменным светом, и я выскочил в коридор и промчался, как конь, стражи едва успели распахнуть передо мной двери моих покоев, но все-таки успели.

В комнате полумрак, затем нещадный свет первого дня творения выжег даже намек на тьму, в двух шагах от меня возникла огромная пылающая неземным огнем фигура, я рассмотрел только крупное лицо со сгустками пламени на месте рта и глаз.

— Тертуллиан! — вскрикнул я. — Ты как никогда вовремя! Мне нужно…