Хроники Вергилии. Изгой - Виктор Ятаганов

Если ты думаешь, что заключил выгодную сделку с Оксом, перечитай договор еще раз. А когда найдешь тот пункт, что пропустил, не жалуйся.

Увы, это недостаток любого наркотика – за минутное удовольствие потом приходится расплачиваться болью. Бесерин на время наделяет принявшего его сверхчеловеческими (сверхэльфийскими, сверхорочьими) возможностями, но и боль, которая приходит после его использования, тоже не сравнима ни с чем.

Первое, что я почувствовал, – это жажда, практически такая же невероятная, как и та боль, что медленно грызла мои кости, выворачивала суставы и тысячами раскаленных иголок впивалась в глазные яблоки. Я снова застонал. Чьи-то заботливые руки положили мне на лоб прохладную тряпицу, смоченную какой-то резко пахнущей жидкостью. Моих губ коснулся шершавый обод чаши.

– Выпей, это снимет боль.

Не думая, что это может быть отрава, я сделал несколько больших глотков и действительно через несколько минут почувствовал, как боль, разочарованно шипя, медленно покидает мое тело.

– Я вижу, тебе лучше, Изгой.

Я приоткрыл глаза и, морщась от яркого света, посмотрел на склонившуюся надо мной фигуру.

– Спасибо, Дидра, – пробормотал я, вновь обессиленно закрывая глаза.

Девушка хохотнула и поправила компресс у меня на лбу.

– А ты крепче, чем я думала. Очнулся всего лишь через сутки после приема бесерина!

Я рассеянно кивнул, оглядывая свое временное убежище. Небольшая светлая комната с тяжелой дубовой кроватью, на которой я сейчас и лежал. Комод, несколько стульев и невысокий трехногий столик, заставленный какими-то склянками и баночками, чисто выметенный пол и свежепобеленный потолок. Вполне обычная комната. Хм…

– Где Эль?

– Не беспокойся, с твоим напарником все в порядке, он же эльф. Он очнулся около оборота назад и сейчас беседует с моим отцом.

Теперь настал мой черед усмехаться.

– Значит, почтенный эрл Алориэль все-таки счел нас достаточно ценными, раз уж он рискнул спасти наши шкуры?

Дидра кивнула:

– О да. Я позову их…

И, не став больше ничего объяснять, девушка вскочила с места и выбежала вон из комнаты, оставив меня наедине с моими мыслями.

Мое предложение, обращенное к Алориэлю через его дочь там, в казематах Подземелья Ужасов, было продиктовано отчаянием, и я искренне не понимал, чем мы с Элем могли быть полезны главе гильдии воров. Насколько я слышал, этот эльф всегда предпочитал действовать без крови и только в пределах зоны влияния своей гильдии. То есть, если в Лагарике что-то ценное меняло своего хозяина не самым честным путем, концы всегда можно было найти в гильдии Алориэля, но с убийствами он дел предпочитал не иметь. Вот я и спрашивал себя – что заставило его вытащить из петли головы двух обвиняемых в убийстве преступников? Это не говоря уже о том, что мы совершили преступление против его сородича, а значит, по их же дурацким законам чести, нанесли оскорбление и всему эльфийскому роду?

Чем больше я думал об обстоятельствах нашего спасения, тем больше и больше они начинали вонять.

От раздумий меня отвлек скрип открываемой двери. В комнату вошли трое: Алориэль, Дидра и Эль.

– Приветствую тебя, Эрик-Изгой. – Глава гильдии воров придвинул к моей кровати стул и уселся на него верхом.

Голубые глаза эльфа изучающе уставились на мое лицо, и я моментально ощутил себя мясной вырезкой, критически оцениваемой поваром – то ли он купил? Я ответил ему не менее выразительным взглядом. Если он хочет меня испугать, ему это так просто не удастся!

– Как ты, брат? – Эль присел рядом со мной. – На тебя бесерин подействовал сильнее, чем на меня.

– Все в порядке, – ответил я побратиму, по-прежнему не отрывая взгляда от горящих холодным голубым пламенем глаз Алориэля.

Самый главный вор усмехнулся и отвел взгляд от моего лица.

– Что ж, я вижу, распущенные о вас слухи действительно имеют под собой кое-какую почву – ты и вправду не из робкого десятка…

Было в этом эльфе что-то настораживающее, что-то, что заставляло меня желать сократить всякое с ним общение до минимума.

– Почтенный эрл Алориэль, нас спасли по вашему приказу, значит, теперь мы должны с вами расплатиться. Просто давайте порешим с этим поскорее и снова разойдемся на дороге жизни, идет?

Наверное, мои слова звучали несколько невежливо, но мне было совершенно на это плевать. Алориэлю, впрочем, по всей видимости, тоже. Эльф снова усмехнулся и зажал сложенные лодочкой ладони между коленями.

– Ты прав, Изгой, я спас вас не просто так. Я рискнул и поставил на вас в одном… очень важном для меня деле. Если вы проиграете, то вместе с вами проиграю и я. А ставка в этом деле – жизнь…