Маг моего сердца - Марина Дробкова

Однако стоило дойти до угла, как меня постигло горькое разочарование. Дом с торца упирался в крепостную стену. Я уже хотела развернуться, когда заметила ступени, несомненно, ведущие наверх, к смотровой площадке. Разве я могла пропустить такое? Я стала подниматься, держась рукой за стену и то и дело рискуя оступиться и подвернуть ногу. Камень был шершавый, но тем удобнее было хвататься за него – перила ведь отсутствовали. Упасть с высоты, впрочем, мне не грозило: сбоку стена дома. Главное, не скатиться кубарем вниз.

Подъем длился довольно долго, и я только сейчас поняла, насколько стена в действительности высокая. Наконец лестница закончилась, и я взошла наверх, вспугнув парочку ворон, с карканьем взмывших ввысь. С внешней стороны виднелись бойницы, но свет через них уже не проникал – совсем стемнело. Вечер до сих пор был тихим, но тут поднялся ветер, он сквозил в узкие окошки, отчего становилось немного зябко. Впервые подумав, а не зря ли я сюда взобралась, я на секунду заколебалась. Но потом любопытство взяло верх, и я медленно двинулась вперед, воображая себя дозорным в карауле. Все спят, а я одна обхожу периметр и зорко слежу, чтобы враг… Впрочем, тут моя фантазия явно зашкаливала: какое там «зорко слежу», ничего ж не видно. У дозорных обязательно должны быть факелы, а то и сигнальные костры. Странно, что здесь темень, хоть глаз выколи. Ступать приходилось осторожно – кто его знает, что тут под ногами.

Так я добралась до караульной башенки – когда-то, видимо, здесь все-таки были дозорные, теперь же она пустовала. Я задрала голову, пытаясь угадать примерную высоту башни. В светлое время я бы непременно влезла на нее, но сейчас, почти ночью, опасно. Грохнусь – костей не соберу. Я вошла в башню – в ней тоже имелись бойницы, но было пусто. Вдруг издалека донесся слабый звук.

Я остановилась, прислушиваясь. Трудно описать, на что этот звук походил. Я могла бы подумать, что ветер шумит в трубе, но слишком уж мелодично звучали порывы ветра. Кроме того, высота звука то и дело менялась, словно дули в огромную свирель: до-до нижнее си-фа-соль… Пожалуй, это даже можно назвать музыкой.

Я осторожно выглянула из своего убежища. И чуть не вскрикнула от неожиданности.

Несмотря на непроглядную темень, впереди маячил едва-едва светящийся вихрь. Он-то и издавал необычные звуки. Словно гигантский волчок, вихрь описывал круги, хотя ему тесно было между двух стен. Наблюдая из башни и боясь шевельнуться, я гадала, что это может быть. Не найдя ответа, решила осторожно взглянуть на поющую воронку магическим зрением, хотя делать это было опасно, ведь я могла себя обнаружить, если бы поблизости находился другой маг.

Первый же беглый осмотр показал, что внутри «волчка» кто-то есть – живой и, скорее всего, человек, а не магическое существо. Но больше, как я ни старалась, как ни напрягала силы, выявить ничего не удалось. Либо маг, находящийся внутри, а то, что это мог быть только маг, сомневаться не приходилось – обладал огромными возможностями, либо…

Либо задействовал артефакт, пришел ответ сам собой. Но что это за артефакт в таком случае? Амулеты и жезлы, а также всевозможные разновидности тотемов животных я способна распознать – уж заподозрить-то наверняка, от них всегда сильно фонит. Здесь же никакой посторонней ауры не определялось, но я была готова отдать голову на отсечение, что маг использует какой-то атрибут. Именно предмет, а не мудреное заклинание. Использовать неизвестные заклинания на территории, где живет так много магов, и остаться незамеченным практически невозможно. Это нарушает микроклимат: начинают вянуть цветы, высыхают деревья, животные, если они есть, разбегаются или вымирают. А здесь вон – полынь по пояс, тутовника как грязи, и вороны живут себе и здравствуют. Нет, какой-то хитрый, незаметный со стороны, но сильный магический предмет. И я буду не я, если не узнаю, что это. Хорошо бы осмотреть это место после того, как маг уйдет, и поискать следы.

Единственное, что меня заботило: скоро отбой и надо успеть вернуться, пока не защелкнется замок. Но, видимо, маг внутри вихря тоже беспокоился о времени, потому что я увидела, как бешеная карусель постепенно замедляется. Что же мне делать: уйти сейчас? Ведь если он или она решит возвратиться тем же путем, что пришла сюда я, мы непременно столкнемся. Но надежда на то, что человек решит обойти дом с другой стороны, призрачна мала. Я даже не знаю, есть ли там поблизости лестница, чтобы спуститься. А спрятаться тут совершенно негде.

Разве что…

Я подняла голову, вновь прикидывая высоту башенки.

Кажется, чудеса эквилибристики я проделаю уже сегодня. Сейчас. В темноте.

Медлить не стоило: еще чуть-чуть, и маг вынырнет из вихря, тогда придется либо срочно уносить ноги, либо здороваться. И что для меня хуже – неизвестно. Камни, из которых была сложена башня, были подогнаны неровно, словно специально, чтобы по ним можно было влезать наверх.

Я поставила ногу на самый высокий торчащий выступ, до которого могла дотянуться, ухватилась руками и рывком подтянула вторую ногу. Вообще люблю лазать. Всегда любила. На ощупь выбирая удобные камни, я медленно, но верно поднималась наверх, цепляясь, как обезьяна, и вскоре оказалась на крыше. Сидеть здесь было не слишком удобно из-за покатого верха. Но чуть-чуть потерпеть, пожалуй, можно. Здесь гулял пронизывающий ветер, он трепал мою косу, которая хлестала меня по спине. Я впервые порадовалась, что вокруг темно. Иначе мне было бы слишком страшно смотреть вниз.

Наконец я поняла, что не слышу больше звуков свирели-трубы: значит, маг закончил. Я вовремя успела.

Однако неизвестно: вдруг он хорошо видит в темноте? Я ведь представляю собой чудесную мишень, сидя верхом на башне.

Очень аккуратно, чтобы не свалиться, я подогнула ноги и улеглась животом на холодный купол, распласталась и обхватила жесткий камень руками, прижалась щекой. Косу пришлось взять в зубы, чтобы не болталась на ветру.

Меня здесь нет. Я с башней – одно целое.

Впрочем, любой более-менее толковый маг способен меня обнаружить – если специально будет искать. Я уповала на то, что не будет. Зачем ему?

Послышались легкие шаги. Маг вошел в башню… и затих там.

И тут я с ужасом подумала: а с чего я, собственно, взяла, что внутри вихря был кто-то из студентов, приблизительно равных мне по силе? А если это Ральф или профессор? Да они заметят меня без всяких усилий. И что тогда? Исключат? Убьют? Будут шантажировать? Чем?

Пока я мысленно стонала, изображая дохлую морскую звезду на крыше, неизвестный вышел наружу, шаги стали удаляться и вскоре затихли.

Неужели повезло?

Выждав для верности некоторое время, я решила спускаться.

Только вот как?

С трудом найдя, во что тут можно вцепиться руками, я принялась осторожно спускать ногу, шаря ею в поисках опоры. Что-то нащупала, встала на мысок. Спустила другую ногу. Переместила, одну за другой, руки. Таким же образом, осторожно повторила маневр.

И тут удача изменила мне. Она и так слишком долго терпела мои выкрутасы.