Королевство гнева и тумана - Сара Маас

– Фейра, – простонал Риз, силясь подняться на ослабевших руках.

Я даже не взглянула на него и бросилась в дом, в открытую настежь дверь. Кассиан и Мор торопливо оглядывали нас, пытаясь понять, что произошло. Убедившись, что мне помощь не требуется, Кассиан поспешил к Ризу. Тот все еще пытался встать на четвереньки, скользя ладонями по мерзлой глине. Мор взглянула в мое лицо, и я поняла: со мной что-то неладно.

Я подошла к ней, не чувствуя ничего, кроме холода и пустоты в душе.

– Перенеси меня куда-нибудь подальше отсюда, – сказала я. – Сейчас же.

Мне требовалось иное пространство. Мне требовалось время, чтобы успокоиться и все обдумать.

Мор смотрела то на меня, то на Риза, покусывая губу.

– Пожалуйста, – дрогнувшим голосом прошептала я.

Риз снова меня окликнул.

Мор еще раз вгляделась в меня и стиснула мою руку.

Ветер и ночь поглотили нас.

Я очутилась в царстве ослепительного света. На склонах гор, искрясь под полуденным солнцем, лежал свежий снег. Единственной грязнулей в этих местах сверкающей чистоты была я.

Я оказалась высоко в горах. На расстоянии нескольких сотен локтей я увидела деревянную хижину, втиснувшуюся между соседними склонами. Они надежно защищали ее от ветра. В окнах хижины было темно. Вокруг – никого.

– Дом – под особой магической защитой. Никто не сумеет совершить переброс внутрь. Никто вообще не появится в этих местах без нашего позволения.

Мор направилась к хижине. Снег весело поскрипывал под ее сапогами. День выдался безветренный, поэтому было сравнительно тепло. Весна добиралась и до здешних краев, хотя после захода солнца мороз возвращался. Я поплелась за Мор, ощущая, как звенит магическая сила, соприкасаясь с моей кожей.

– Тебе позволено войти, – сообщила Мор.

– Потому что я – его пара?

– Сама догадалась или он тебе сказал? – не оборачиваясь, спросила Мор.

Ее ноги по колено утопали в снегу.

– Мне сказал суриель. Я поймала его, чтобы узнать, как исцелить Риза.

– Что с Ризом? – спросила Мор, сопроводив вопрос ругательством.

– Жить будет.

Других вопросов она не задавала, а меня не тянуло рассказывать о вчерашнем нападении. Мы подошли к двери хижины. Мор взмахнула рукой, и дверь открылась.

Большая комната одновременно служила гостиной, столовой и кухней. Слева громоздился кожаный диван, покрытый меховыми накидками. Напротив входной двери была другая, открывавшаяся в коридорчик с общей купальне и двумя комнатами поменьше. Вот и весь дом.

– Когда были помоложе, мы любили сбегать сюда для «размышлений», – рассказала Мор. – Риз ухитрялся протащить сюда книги и выпивку для меня.

При звуке его имени я сжалась.

– Красивое место, – пробормотала я.

Новый взмах руки Мор зажег огонь в очаге. В комнате мигом потеплело. На кухонных столах сама собой появилась еда.

– Очаг не нуждается в дровах, – пояснила Мор. – Огонь будет гореть, пока ты не покинешь это место.

Она вопросительно посмотрела на меня. Ей хотелось знать, долго ли я здесь пробуду.

– Прошу тебя, не рассказывай ему, где я, – сказала я, отводя глаза.

– Он попытается тебя найти.

– Тогда скажи, что я не хочу, чтобы меня искали. Мне нужно время.

Мор закусила губу:

– Вообще-то, это не мое дело…

– Я тебя ни о чем не расспрашиваю.

И все же она проговорилась:

– Он хотел тебе рассказать. Знала бы ты, как его угнетало молчание! Но… Когда он был с тобой… я впервые видела его по-настоящему счастливым. Думаю, это никак не связано с парными узами.

– Мне все равно, – сказала я.

Мор умолкла, но я чувствовала: ей хочется сказать еще что-то.

– Спасибо, что перебросила меня сюда.

Вежливый намек на мое желание остаться одной.

Мор наклонила голову:

– Я проведаю тебя дня через три. Одежды в комнатах более чем достаточно. Захочешь вымыться – только скажи: «Мне нужна горячая вода», и она появится. Магия дома позаботится о тебе. Достаточно мысленно пожелать или вслух произнести то, что тебе надо, и это возникнет.

Я хотела лишь тишины и уединения, но возможность вымыться в горячей воде заметно подняла мне настроение.

Мор исчезла, даже не простившись.

Я осталась одна. На многие лиги вокруг – никого. Я стояла в тихой хижине, глядя в пустоту.