Королевство гнева и тумана - Сара Маас

Пара. И он знал. Знал.

Я посмотрела в сторону реки, словно отсюда могла увидеть пещеру, где спал Ризанд.

Когда я повернулась к суриелю, он исчез вместе с моим плащом.

Я набрала охапку травы с мелкими розовыми цветками и вернулась в пещеру.

К счастью, Риз пришел в сознание и сейчас пребывал в состоянии полудремы. Одеяла были откинуты в сторону. Меня он встретил напряженной улыбкой.

Я бросила ему траву. Вместе с комочками земли.

– Это тебе надо пожевать.

Он недоуменно моргал, глядя на меня.

«Пара».

Я ожидала возражений, но Риз сорвал несколько листьев и принялся жевать. Затем, морщась, проглотил. Я стала закатывать рукав камзола, но он не желал поддаваться. Тогда просто надорвала его. Рукав рубашки оказался сговорчивее.

Надо же! Он знал – и утаивал от меня!

А другие – знали? Догадывались?

Он ведь обещал мне не врать и ничего от меня не утаивать.

И утаил… самое важное во всем моем бессмертном существовании!

Я полоснула кинжалом по своей руке. Надрез получился длинным и глубоким. Боли я не почувствовала. Встав на колени, я поднесла руку к губам Риза:

– Пей! Немедленно.

Риз снова заморгал, удивленно подняв брови. Я не стала ждать его возражений. Ухватив его затылок, я прижала руку к его губам:

– Пей!

Моя кровь окрасила ему губы. Потом он открыл рот и слизал кровь. Один глоток. Второй. Третий.

Я отдернула руку. Рана уже затягивалась. Я торопливо опустила рукав. Увы, сращивать кожу на разорванном рукаве камзола я не умела.

– Вопросы задавать буду я.

Риз смотрел на меня, в его глазах светились боль и усталость, на губах блестела моя кровь. Отчасти я ненавидела себя за свой тон. Он ведь еще не оправился от ран. Но злость во мне перехлестывала сострадание к нему.

– Я буду спрашивать. А ты – только отвечать.

Глаза Риза настороженно сверкнули, но он кивнул, отправив в рот еще несколько листиков травы с розовыми цветками.

– Как давно ты знаешь, что я – твоя пара?

Риз замер. Вместе с ним замер весь мир.

– Фейра, – пробормотал он, глотая листья.

– Как давно ты знаешь, что я – твоя пара?

– Ты… ты поймала суриеля?

Мне было плевать, как он об этом догадался.

– Вопросы буду задавать я.

Кажется, Риз всерьез испугался. Он положил в рот еще несколько листьев. Возможно, трава действительно ускоряла исцеление. А Ризу сейчас очень нужна была сила. Похоже, мои вопросы оказались для него опаснее столкновения с солдатами Сонного королевства.

У него порозовели щеки. Никогда не думала, что моя кровь способна исцелять раны.

– Сначала я лишь догадывался, – сказал Риз, пережевывая очередную порцию листьев. – Когда Амаранта тебя убивала, я укрепился в этой мысли. Потом, когда мы стояли с тобой на балкончике, после твоего воскрешения… я уже не сомневался. Все между нами встало на свои места. Твое воскрешение только усилило ощущение связующей нити. Я посмотрел на тебя, и сила нашей связи ударила по мне.

Я помнила его странное поведение тогда. Помнила его округлившиеся глаза. Он попятился от меня, словно ему стало страшно. А потом исчез.

Это было более полугода назад.

Кровь гулко стучала у меня в висках.

– И когда ты собирался мне рассказать?

– Фейра…

– Повторяю вопрос. Когда ты собирался мне рассказать?

– Не знаю. Хотел вчера. Или когда ты сама заметишь, что все это было не просто уговором, который мы заключили, дабы спасти твою руку. Я надеялся, что вчера, когда мы легли, ты догадаешься…

– А остальные знают?

– Амрена и Мор знают. Азриель и Кассиан догадываются.

Мне стало жарко. Они знали! Они!

– Почему ты мне не сказал?

– Ты же искренне его любила. Собиралась за него замуж. А потом… потом на тебя столько всего навалилось, я считал неуместным обрушивать на тебя еще и это.

– Я имела право знать.

– Совсем недавно ты сказала, что хочешь отвлечься и развлечься. Возможно, тебе не нужны парные узы. Или нужны, но не с таким непредсказуемым существом, как я.

Видно, слова, брошенные мною после визита ко Двору кошмаров, его задели.

– Ты же обещал. Ты обещал, что не будет никаких секретов, никаких игр. Ты обещал! – выкрикнула я.

Что-то оборвалось в моей душе – что-то, как мне казалось, давно ушедшее.

– Помню, что обещал. – С лица Риза уходила смертельная бледность. – Думаешь, мне не хотелось тебе рассказать? Или думаешь, мне приятно было слышать, что я нужен лишь для развлечения и удовлетворения потребностей тела? Знаешь, почему эти мерзавцы сумели добраться до меня и свалить на землю? Я позволил себе рассеять внимание. Моя голова была занята совсем другим. Я решал, рассказать ли тебе сейчас или ждать дальше, довольствуясь тем, что ты мне предлагаешь, и не просить о большем. У меня даже были мысли отпустить тебя, чтобы обезопасить твою бессмертную жизнь. Верховные правители не смирятся с нашим союзом, и за пределами Велариса опасность может подстерегать тебя на каждом шагу.

– Не хочу слушать твоих объяснений! Опять получается, что ты знал лучше меня, что я вынесу, а чего не вынесу!

– Но ты же задала вопросы. Я стараюсь на них ответить.

– Нет! Ты рассказываешь, как решил держать меня в неведении, когда все твои друзья знали. Получается, вы все решали, что́ для меня лучше.

– Фейра…

– Верни меня в иллирианский лагерь. Сейчас же.

Он тяжело, прерывисто дышал.

– Фейра, прошу тебя…

Я подскочила к нему и схватила за руку:

– Немедленно верни меня в лагерь!

Его глаза были полны боли и печали. Я это видела, но не обращала внимания. Что-то рвалось у меня в груди – я и на это не обращала внимания. А мое сердце… Оно вновь болело, причем сильно. Вновь чувствовало. Оно ожило за последние несколько месяцев. Можно сказать, Риз починил мое сердце.

Но я все равно не могла простить ему этого утаивания.

Все это Риз прочитал на моем лице. Ему самому было очень больно, и не только от душевных терзаний. Напрягая едва вернувшиеся силы, он перебросил нас в иллирианский лагерь.