Война с демонами. Книга 4. Трон черепов - Питер Бретт

333 П. В., зима

Когда Сиквах растолкала Рожера, голова у него трещала. Он едва помнил, как доковылял до покоев и заполз в постель. Аманвах и Кендалл спали в своих комнатах. Рожер посмотрел в окно. Было еще темно.

– Создатель, что за срочность? – спросил он. – Если не проломили стены, я собираюсь спать до полудня.

– Нельзя, – сказала Сиквах. – Снаружи ждет человек герцога. С рассветом ты отправишься на охоту.

– Ночь, – пробормотал Рожер, растирая лицо. Он совершенно забыл. – Скажи, что я сейчас буду.

Когда он оделся, наверх прислали поднос с завтраком, но Рожер лишь захватил булочку по пути к двери.

– Муж мой, тебе надо поесть, – сказала Сиквах.

Рожер отмахнулся:

– Я еду охотиться с герцогом Райнбеком. Поверь, там будет вдоволь еды. Наверно, я вернусь на несколько фунтов тяжелее, и не от дичи.

Сиквах пришла в недоумение:

– Когда охотятся шарумы, они берут с собой только воду. Это проверка на выживаемость.

Рожер рассмеялся:

– Для многих на севере – тоже. Но королевские особы охотятся ради развлечения. Если слуги подгонят оленя под герцогский лук – а герцог сумеет попасть в него, а не в них, – то повара закатят королевский пир, но сторожку и без того забьют едой так, что прокормится целое войско.

Он поцеловал ее и отправился в конюшни на поиски Гареда, решив не тревожить сон Аманвах и Кендалл.

Ему повезло сперва услышать, а уж потом увидеть Джасина. Рожер юркнул в альков и спрятался в тени статуи Райнбека Первого, чтобы переждать, пока Джасин и Джансон пройдут.

– Не может быть, чтобы этого милнского хлыща и проклятого Восьмипалого пригласили, а меня нет, – прорычал Джасин.

– Потише, мальчик мой, – велел Джансон.

Подобострастный тон, которым он изъяснялся с королевскими особами и гостями, исчез. Рожер давно не слышал теперешних ноток, но хорошо их помнил. Джансон частенько говорил так в последние дни службы Аррика у герцога.

– Райнбек не желает видеть тебя на охоте, и это все, что тебе нужно знать. Тебе повезет, если ты сохранишь должность после всего, что натворил за поездку на юг.

– Ты сам сказал, чтобы я приказал солдатам гнать бродяг с караванных стоянок, – парировал горе-племянник, понизив голос до резкого шепота.

– Я не говорил тебе похваляться этим в Лощине, и если ты еще хоть раз заикнешься о моем распоряжении, то траурное платье, которое я закажу для сестры, будет небольшой ценой за избавление от головной боли из-за твоих выходок.

Джасин мудро воздержался от ответа, а в следующую секунду министра позвали проследить за каким-то делом, связанным с отъездом герцога. Насвистывая жизнерадостный мотивчик, Рожер выкатился в коридор. Джасин взглянул на него и состроил мину.

– Жаль, что ты с нами не едешь, – бросил Рожер, проходя мимо.

Джасин схватил его за руки и с силой впечатал в стену. Он не был таким великаном, как Гаред, но все же выше и сильнее Рожера.

– Я думал, ты понял, увечный, что на меня не стоит катить бочку, но, похоже, надо напомнить…

Рожер что было мочи топнул по ноге Джасина и вывернулся из хватки простым приемом шарусака. Он шевельнул рукой, нож прыгнул в руку, и острие уперлось в горло герольда.

– Я тебя больше не боюсь, Дятел, – выдохнул Рожер. Он надавил ножом, и выступила капля крови.

Лицо Джасина стало из розового белым как снег.

– Ты не посмеешь…

Рожер нажал сильнее, пресекая его речь.

– Думаешь, я забыл, как ты со мной поступил? Что сделал с Джейкобом? Дай мне повод. Умоляю тебя.

– Что здесь происходит?

Рожер и Джасин дружно повернулись на голос. Рожер быстро отшагнул, прикрывая нож, который мигом исчез в рукаве. Лорд Джансон стоял в коридоре, сверля их взглядом. Вряд ли он заметил нож, но судить с уверенностью было нельзя. Да и Джасин мог обвинить Рожера, показав прокол.

Но Соловей улыбнулся и развел руками.

– Ничего, дядюшка. Старые разногласия.

Глаза Джансона сузились.

– Уладите их в другой раз. Его милость ждет вас, мастер Восьмипалый.

– Конечно, министр, – поклонился Рожер.

– В другой раз, – согласился Джасин, развернулся и потопал обратно во дворец.

– Восьмипалый! – позвал Райнбек, когда Рожер дошел до конюшен.