Великая Охота - Роберт Джордан

Поводья лошадей принял конюх, который, думая, что за ним не смотрят, бросал быстрые взгляды на Ранда и Лойала. Ранд заставлял себя унять разгулявшееся воображение; не каждый же в этом городе играет в эту их Игру. А коли и так, сам он все равно в нее играть не станет.

Общая зала оказалась аккуратно прибранной, столы расставлены так же строго, что и распланирован сам город, и людей за ними сидело немного. Посетители глянули на вошедших и тут же вновь уткнулись в свое вино; у Ранда появилось чувство, что они все равно наблюдают и прислушиваются. Хотя день был погожим, в большом очаге горел маленький огонь.

Хозяин гостиницы — пухлый, елейного вида мужчина, поперек его темно-серой куртки проходил единственный зеленый разрез, — завидев новых гостей, вздрогнул, чему Ранд не удивился. Входя в дверь, Лойалу, несущему в руках под полосатым одеялом ларец, пришлось пригнуть голову, на Хурина были навьючены все их седельные сумки и узлы, а красная куртка самого Ранда ярким пятном выделялась на фоне унылых цветов одежд сидящих за столами.

Содержатель ухватил взглядом Рандову куртку и его меч, и льстивая улыбка вернулась на его лицо. Он поклонился, угодливо потирая руки:

— Простите меня, милорд. Всего на мгновение я принял вас… Простите меня. Разум у меня уже не тот, что был. Вам нужны комнаты, милорд? — Он отвесил еще один поклон, не такой низкий, Лойалу. — Меня зовут Куале, милорд.

Он решил, что я — айил, сумрачно подумал Ранд. Ему уже хотелось уехать из Кайриэна. Но этот город — единственное место, где Ингтар может их отыскать. И Селин говорила, что будет ждать Ранда в Кайриэне.

Придется немного обождать, пока комнаты будут готовы, объяснял Куале, расточая улыбки и поминутно кланяясь, ведь необходимо разместить кровать для Лойала. Ранд хотел, чтобы они втроем вновь заняли одну комнату. Но под давлением шокированных взглядов хозяина и настойчивого шепота Хурина: «Лорд Ранд, мы должны показать этим кайриэнцам, что нам тоже, и не меньше, чем им, известно, что правильно и прилично», — он уступил, и они с Куале сошлись на двух: одна для самого Ранда, вторая — смежная, соединенная с первой дверью, для его спутников. Комнаты во многом походили друг на друга, только в первой стояли две кровати, одна из них — под рост огир, а в комнате Ранда кровать была одна, и большая, как обе кровати из соседней комнаты вместе взятые, — с массивными квадратными столбиками, доходящими почти до потолка. Квадратными и массивными оказались и мягкое кресло с высокой спинкой, и умывальник, а стоящий у стены платяной шкаф был вырезан в тяжеловесном суровом стиле, отчего казалось, будто сей предмет обстановки готов в любой момент опрокинуться на постояльца. Пара окон, пообочь от кровати, выходили на улицу, что была двумя этажами ниже.

Едва содержатель гостиницы ушел, Ранд распахнул дверь и впустил Лойала и Хурина в свою комнату.

— Что-то тут у меня кошки на душе скребут. Жутко неуютно, — сказал он им. — Каждый смотрит на тебя так, словно думает, что ты что-то такое делаешь. Я схожу в Слободу, где-то на часок. Там хоть люди смеются. Кто из вас будет первым охранять Рог?

— Я останусь, — быстро сказал Лойал. — Я бы не прочь почитать немножко. Только потому, что я не заметил огир, еще не следует, что здесь нет каменщиков из Стеддинга Тсофу. Он неподалеку от города.

— А мне казалось, ты захочешь с ними встретиться.

— Э-э… нет, Ранд. В прошлый раз они и так много расспрашивали, почему я один в большом мире. Если до них дошли вести из Стеддинга Шангтай… Так что, по-моему, я лучше тут отдохну и почитаю.

Ранд покачал головой. Подчас он забывал, что Лойал, в сущности, убежал из дома, решив посмотреть на мир.

— А ты, Хурин? В Слободе музыка и люди смеются. Готов поспорить, там никто не играет в Даэсс Дей'мар.

— Лично я, Лорд Ранд, далеко не так в этом уверен. Все равно спасибо, что позвали. Но я не пойду. Там слишком много драк — и убийств тоже, да и запах там, в Слободе, если вы понимаете, что я хочу сказать. Нет, навряд ли они решат докучать лорду, конечно; начни они задираться, солдаты быстро с ними разберутся. Но я, если вы не против, посидел бы в общей зале, пропустил кружечку-другую.

— Хурин, тебе незачем просить у меня разрешения что-нибудь делать. Тебе же это известно.

— Как скажете, милорд. — Нюхач изобразил нечто вроде слабого поклона.

Ранд тяжело вздохнул. Если они вскоре не уберутся из Кайриэна, Хурин, того и гляди, начнет раскланиваться и расшаркиваться. А увидев такую сцену, Мэт и Перрин никогда не дадут Ранду об этом забыть.

— Надеюсь, Ингтара ничто не задержит. Если в скором времени он не появится, мы сами доставим Рог в Фал Дара. — Он тронул записку Селин через ткань куртки. — Должны будем доставить… Лойал, я скоро вернусь, и вы сможете посмотреть на город.

— Я предпочел бы не рисковать, — заметил Лойал.

Хурин проводил Ранда вниз по лестнице. Когда они оказались в общей зале, перед Рандом возник Куале, с поклоном протянув поднос. На подносе лежали три сложенных и скрепленных печатями пергамента. Ранд взял их — чего, видимо, и ожидал хозяин гостиницы. Пергамент был превосходного качества, мягкий и гладкий на ощупь. Дорогой.

— Что это такое? — спросил Ранд.

Куале опять поклонился:

— Разумеется, приглашения, милорд. От трех особ из благородных Домов. — Вновь поклонившись, он удалился.

— Кто бы мог прислать мне приглашения? — Ранд вертел их в руках. Никто из сидящих не поднял на него взора, но у него было ощущение, что они в то же время наблюдают за ним. Печати ни о чем не сказали Ранду. Ни на одной не было полумесяца и звезд, которыми была запечатана записка Седин. — Кто бы мог узнать, что я тут?

— К этому моменту, Лорд Ранд, — кто угодно, — тихо произнес Хурин. Похоже, он тоже чувствовал, что за ними наблюдают. — Стражники у ворот не станут держать рот на замке, сразу разболтают о чужеземном лорде, прибывшем в Кайриан. Конюх, хозяин гостиницы… всякий выложит, что знает, там, где, как полагает, ему из такого рассказа будет наибольшая выгода, милорд.

Морщась, Ранд сделал два шага и швырнул приглашения в камин. Пергамент вспыхнул моментально.

— Я не играю в Даэсс Дей'мар, — сказал он громко, чтобы услышали все. Но на него даже Куале не взглянул. — Мне дела нет до вашей Великой Игры. Здесь я просто жду друзей.

Хурин схватил Ранда за руку:

— Прошу, Лорд Ранд, — настойчиво шептал он, — пожалуйста, не делайте больше так.

— Ты что, и в самом деле считаешь, что я получу еще?

— Уверен. Свет, вы напомнили мне один случай, когда Тева совсем обезумел от осы, жужжащей в уши. Тогда он наподдал по ее гнезду. Скорей всего, вы убедили всех в этой зале, что вы замыслили что-то глубоко скрытое. Должно быть, вы участвуете в тайной части Игры, раз вы вообще отрицаете свое участие, — так они решат. В Кайриэне в нее играют все лорды и леди. — Нюхач посмотрел на приглашения, чернеющие и сворачивающиеся в жарком огне, и скривился: — И наверняка у вас появились враги в трех Домах. В Домах не из великих, иначе они не стали бы так спешно действовать, но все-таки из благородных. Милорд, вам надо отвечать на любое приглашение, которое еще получите. Отклоните его, если вам угодно, — но они что-то прочтут в том, чьи приглашения вы отклонили. И в том, чьи примете. Конечно, если вы откажетесь ото всех или примете все…