Давший клятву - Брендон Сандерсон

Далинар начал медленно опускаться. Он в общих чертах знал, как действуют потоки ветробегунов, но все равно был впечатлен. Он коснулся земли, и чувство легкости его покинуло, а буресвет, поднимавшийся от кожи, собрался в облачко и улетел. Зато он теперь меньше походил на мишень во тьме, в отличие от другого Сияющего, который полыхал, точно синий маяк, рубя Полуночную суть огромным осколочным клинком.

Далинар крался через городок, и его обычный поясной меч выглядел хлипким оружием против осколочного клинка – но, по крайней мере, это не железная кочерга. Несколько тварей проскакали по главной улице, и Далинару пришлось подождать за валуном, пока они не скроются из вида.

Он легко определил нужный дом – рядом с утесом, защищавшим город, с сарайчиком, пристроенным сзади. Князь подобрался ближе и увидел, что у сарая нет одной стены. Он помнил, как прятался там с Сили, а потом сбежал, когда напал монстр.

Сарай был пуст, так что Далинар отправился к дому, который выглядел лучше, чем он помнил, и был сложен из кремных кирпичей. В нем явно жила только одна семья, что странно для такого просторного дома: в лейтах земля ценилась высоко.

Чтобы отличить от кремового цвета.

Кое-какие из его предположений, очевидно, не годились для этой эпохи. В Алеткаре хороший деревянный особняк был бы символом богатства. А многие здешние дома были из дерева.

Далинар проник внутрь строения, ощущая растущую тревогу. События в видении не навредят настоящему телу Фэн, но она все же могла чувствовать боль. Хоть ранения и окажутся нереальными, ее гнев на Далинара уж точно будет подлинным. Он мог погубить всякую надежду на то, что она к нему прислушается.

«Фэн уже тебя не слушает», – напомнил он себе. Навани была согласна – видение не могло ничего испортить.

Он сунул руку в карман униформы и обрадовался, обнаружив там самосветы. У Сияющего должен быть буресвет. Он вытащил маленький бриллиант размером с гальку и в его белом свете изучил комнату. Стол был перевернут, стулья разбросаны как попало. Дверь висела на одной петле, тихо поскрипывая на ветру.

Признаков королевы Фэн не было, но тело Таффы лежало у очага лицом вниз. На ней было изодранное коричневое платье. Далинар со вздохом вложил меч в ножны и, присев на корточки, осторожно коснулся спины женщины там, где ее не исполосовали когти чудовища.

«Это не по-настоящему, – убеждал он себя. – Не в этот раз. Эта женщина жила и умерла тысячи лет назад».

И все же, увидев ее такой, он испытал боль. Князь вышел через покосившийся дверной проем в ночь, где со стороны городка слышались крики и вой.

Он быстрым шагом направился по дороге, чувствуя, что надо спешить. Нет… дело не в спешке, скорее, Далинар ощущал нетерпение. Увидев труп Таффы, он понял: что-то изменилось. Князь не был тем сбитым с толку человеком в центре ночного кошмара, каким был, попав сюда впервые. Почему он крадется? Эти видения принадлежат ему. Нет смысла бояться того, что они в них содержатся.

Одна из тварей выскочила из тени и вцепилась ему в ногу. Далинара обожгло болью, но он ее проигнорировал, вдохнул буресвет, и рана затянулась. Мужчина смотрел на тварь, которая снова бросилась в атаку – и столь же безрезультатно. Чудовище отпрянуло на несколько шагов, и в том, как оно держалось, князь ощутил… смятение. Ведь жертвы ведут себя иначе!

– Вы не едите трупы, – заявил Далинар существу. – Вы убиваете для удовольствия, верно? Я часто размышляю о том, насколько спрены и люди отличаются, но есть в нас и сходство. Например, оба племени убивают без цели.

Нечестивая тварь снова на него кинулась, и Далинар схватил ее обеими руками. Тело было пружинистым на ощупь, как переполненный винный мех, готовый вот-вот лопнуть. Он «выкрасил» извивающегося монстра буресветом и, развернувшись, швырнул на ближайший дом. Существо ударилось о стену спиной и прилипло в нескольких футах над землей, перебирая лапами.

Далинар продолжил путь. Двух следующих тварей, напавших на него, он просто разрубил напополам. Части их тел продолжили дергаться, из трупов вытекал черный дым.

«Что это за вещество?» Оно клубилось впереди в ночной тьме и делалось все сильнее. Жесткое оранжевое сияние затопило дальний конец улицы.

Он не помнил пожар. Горят дома? Далинар приблизился и обнаружил огромный костер из мебели, в котором плясали спрены огня. Вокруг собрались десятки людей с метлами и грубыми пиками: мужчины и женщины вооружились, кто чем смог. Он увидел даже одну или две кочерги.

Судя по собравшимся вокруг них спренам страха, жители городка были в ужасе. И все же они каким-то образом сумели организоваться. Детей поместили в центр, ближе к пламени, и яростно защищали от полуночных чудовищ. Рядом с костром женщина руководила людьми, забравшись на ящик. В голосе Фэн не чувствовался акцент; Далинару казалось, что кричит она на безупречном алетийском, хотя – таким странным образом были устроены эти видения – все присутствующие на самом деле говорили и думали на древнем языке.

«Как ей удалось все сделать так быстро?» – Далинара изумила картина сражающихся горожан. Некоторые падали, окровавленные и вопящие, но другие пришпиливали чудовищ к земле и вскрывали им спины – иной раз кухонными ножами, – чтобы выпустить черный дым.

Далинар топтался на задворках битвы, пока с неба эффектно не упала светящаяся синим фигура. Ветробегун быстро разобрался с оставшимися тварями.

В конце он бросил на Далинара сердитый взгляд:

– Что ты там стоишь? Почему не помогаешь?

– Я…

– Мы поговорим об этом, когда возвратимся! – рявкнул рыцарь, указывая на одного из павших. – Помоги раненым!

Далинар повернулся, но пошел к Фэн, а не к пострадавшим. Одни горожане прижимались друг к другу и плакали, но были и те, кто выражал восторг, оттого что удалось выжить, радостно вскрикивая и потрясая импровизированным оружием. Он уже видел, как такое случается после битвы. Эмоции проявляли себя по-разному.

От жара костра на лбу выступил пот. В воздухе клубился дым, напоминая ему о месте, где он побывал, прежде чем полностью вошел в это видение. Ему всегда нравилось тепло настоящего костра, в котором плясали спрены пламени, готовые сгореть дотла.

Фэн была более чем на фут ниже Далинара, с овальным лицом, желтыми глазами и белыми тайленскими бровями, завитыми и свисающими вдоль щек. Она не заплетала свои седые волосы, как это сделала бы алетийка, но позволила им свободно падать на плечи. В видении королева была одета в простую рубаху и штаны – наряд того мужчины, которого она заменила, – но как-то умудрилась разыскать перчатку для защищенной руки.

– И вот теперь появляется Черный Шип собственной персоной? – проворчала она. – Клянусь преисподней, до чего странный сон.

– Фэн, это не совсем сон, – сказал Далинар, оглядываясь на Сияющего, который кинулся на маленькую стаю полуночных монстров, пробежавшую по улице. – Не знаю, успею ли я объяснить.

– Могу все замедлить, – вмешался один из жителей поселка голосом Буреотца.