Королевство гнева и тумана - Сара Маас

Я успела отвыкнуть от принятого в человеческом мире обращения на «вы». У меня одеревенела спина. Под взглядом этой старухи моя корона казалась мне игрушечной и даже шутовской.

– Да. Я – Фейра, – ответила я, памятуя наставление Риза: говорить как можно короче и только то, что необходимо.

Острые глаза старой королевы полоснули по Ризу.

– А вы – верховный правитель, написавший нам весьма интересное письмо после нескольких, полученных от вас ранее.

Я не отваживалась взглянуть на Риза. К этой минуте он отправил через моих сестер немало писем королевам.

«Ты не спрашивала, что́ я пишу», – сказал он через нашу связующую нить. Я улавливала его внутренний смех. Я убрала заслоны на случай, если нам понадобится вступить в мысленный разговор.

– Да, он самый, – ответил Риз, едва заметно кивнув. – А это моя дальняя родственница Морригана.

Мор приблизилась к нам. Ее красное платье чуть подрагивало, словно на легком ветру. Золотоволосая королева следила за каждым ее шагом, за каждым вдохом. Мор была угрозой ее красоте, силе и владычеству.

– Давненько я не встречалась со смертными королевами, – сказала Мор, склоняясь в их сторону.

Королева в черном приложила белоснежную руку к сердцу:

– Морригана… Та самая Морригана… времен Войны.

Это застигло всех пятерых врасплох. Я уловила что-то похожее на благоговейный ужас.

Мор снова поклонилась:

– Прошу вас, располагайтесь.

Она указала на стулья, которые мы расставили заранее, поместив каждый на достаточном расстоянии от соседних, чтобы в случае чего караульные могли встать между стульями.

Королевы уселись почти одновременно. Караульные остались на своих местах.

Золотоволосая королева расправила пышный подол платья.

– А это, полагаю, наши хозяйки, – сказала она, мельком взглянув на Несту и Элайну.

Неста не шелохнулась. Элайна покраснела, как маленькая, и сделала реверанс.

– Это мои сестры, – пояснила я.

Янтарные глаза скользнули по мне. По моей диадеме. Затем – по короне Риза.

– Посланница носит золотую диадему. Это притианская традиция?

– Нет, – учтивым тоном ответил Ризанд. – Но диадема так красиво смотрится на Фейре, что я не смог устоять перед искушением оставить ее на голове посланницы.

Золотоволосая королева не улыбнулась и заговорила так, словно размышляла вслух:

– Смертная, превращенная в фэйку. В фэйскую знать… Теперь она стоит рядом с верховным правителем, на почетном месте. Интересно.

Я расправила плечи, приподняла голову. Все эти недели Кассиан учил меня оценивать противника. Чем были слова этой королевы, как не началом словесного сражения?

– В вашем распоряжении – час нашего времени, – объявила Ризу старуха. – Прошу это учесть.

– Кто научил вас совершать переброс? – спросила Мор, сидящая рядом со мной.

Теперь золотоволосая королева позволила себе легкую, насмешливую улыбку.

– Это наш секрет. Могу лишь сказать, что умение досталось нам в подарок от вашей породы.

Прекрасно. Риз поглядел на меня, и я слегка подалась вперед:

– Близится война. Мы пригласили вас, чтобы предупредить и высказать одну просьбу. Все, что мы проделали при Дворе лета, в случае отказа смертных королев грозило провалом. Чары Риза не возымеют действия. Украсть их половину Книги тоже не получится. Риз даже не мог себе позволить заглянуть в головы королев, опасаясь, что защитные заклинания, оберегавшие Книгу, ее уничтожат.

– Мы знаем о надвигающейся войне, – ответила старая королева. Ее голос был похож на хруст сухих листьев под ногами. – И мы уже много лет готовимся к ней.

Похоже, разговор с нами вели лишь старуха и золотоволосая. Остальные трое были не более чем наблюдательницами.

Дальше слово предоставлялось мне. Стараясь убрать из голоса малейший намек на дрожь, я сказала:

– Люди, живущие на южной оконечности острова, даже не подозревают о нависшей угрозе. Мы не видели у них никаких признаков приготовлений к войне.

Я говорила сущую правду. Азриель несколько недель подряд наблюдал за землями смертных. К моему великому сожалению, бывшие соплеменники оставались на редкость беспечными.

– Эти земли, – холодно отозвалась золотоволосая, – всего лишь узкая полоска суши по сравнению с обширным континентом. Защищать их – отнюдь не в наших интересах. Это было бы напрасной тратой сил и средств.

Как она может так говорить?

– Потеря даже одной невинной жизни была бы ужасающей, – растягивая слова, произнес Риз.

Старая королева сложила морщинистые руки на коленях:

– Да. Потеря даже одной жизни ужасна. Но война есть война. Если ради спасения континента мы должны пожертвовать этим клочком земли, значит так тому и быть.

Я не отваживалась взглянуть на сестер. На их дом, от которого, начнись война, останутся лишь дымящиеся развалины.

– Но здесь немало хороших, достойных людей.

Золотоволосая королева изящно парировала мой удар:

– Тогда пусть могущественная Притиания возьмет их под свою защиту.

В гостиной стало тихо. Потом раздался тихий, негодующий голос Несты:

– У наших слуг есть семьи. У них, и не только у них, – дети. А вы предлагаете бросить нас на произвол судьбы? На милость фэйцев?

Лицо старухи чуть смягчилось.

– Поверьте мне, милая девушка, это нелегкий выбор.

– Это выбор трусливых душ, – язвительно бросила ей Неста.

Я прервала сестру, не дав ей окончательно погубить едва начавшуюся встречу.

– Зная, как люди ненавидят нас, вы бы решились отдать ваших подданных под фэйскую защиту?

– А разве они не обязаны нас защищать? – спросила золотоволосая королева. Она тряхнула головой, заставляя золотой каскад разметаться по плечу. – Разве фэйцы не обязаны защищать людей от угрозы, которую сами же и создали? – Она презрительно фыркнула. – Разве фэйская кровь не должна пролиться после всех преступлений, которые ваша порода совершала десятки и даже сотни лет?

– Ни одна сторона не может похвастаться полной невиновностью, – спокойно возразил ей Риз. – Но мы могли бы совместными усилиями защитить тех, кто действительно непричастен.

– Надо же! – воскликнула старуха. Ее морщины стали еще глубже и жестче. – Верховный правитель Двора ночи зовет нас примкнуть к нему и совместными усилиями спасать жизни. Вместе сражаться за мир. А как насчет тех жизней, что вы поломали и уничтожили за время собственной долгой и отвратительной жизни? Как мы должны относиться к верховному правителю, за которым по пятам следует тьма и которому ничего не стоит, если понадобится, проникнуть в чужой разум?