Хорошая девочка попадает в неприятности - Софья Подольская

— Как же я рада тебя видеть, братец, — голос еще плохо слушался ее, — дай же я на тебя посмотрю. Ну надо же, и кто из нас теперь старший, а кто младший, — спросила Лена, задрав голову.

Рин озадаченно нахмурился, а она засмеялась. Все хорошо. Все будет хорошо. Куда бы она ни попала, она здесь не одна.

— Слушай, — спохватилась Лена, — у тебя зеркало есть?

— Зеркало? — удивленно переспросил он.

— Ага, зеркало, мне нужно кое в чем убедиться.

Страхуя, Рин подвел Лену к шкафу, который та идентифицировала, как платяной, и открыл дверь.

— Ты только не отходи далеко, — попросила и, закусив губу, заглянула в глаза своему отражению

Да, первое впечатление не обмануло, она где-то потеряла лет пятнадцать. Кожа разгладилась, исчезли мимические морщины, печальные складочки в уголках рта и ранняя седина. А жаль, взрослой она себе нравилась больше.

Наблюдая, как пристально и сосредоточенно Лена рассматривает себя в зеркале, Рин поинтересовался.

— Что-то не так?

— Да ерунда какая-то творится, — расстроено ответила Лена, — я где-то потеряла свои законные прожитые годы. Точнее нутром я их чувствую, в глазах вижу, а вот на лице никаких следов. Но что еще интереснее, у меня все шрамы детские пропали. Даже уши больше не проколоты. Это такой магический эффект от перехода между мирами?

— Не думаю, — Рин был явно расстроен, — Лена, я должен тебе кое-что рассказать.

— Разговор будет долгим и серьезным, да?

— Да.

— Тогда давай и вправду сначала поедим. Серьезные разговоры на голодный желудок…

— Последнее дело, — улыбнувшись закончил Рин.

Он подвинул кресло к столу, достал вилки, ножи и два бокала. Разложил по тарелкам ломти хлеба, сыра, холодного мяса и какие-то овощи. Наполнил бокалы.

— Приятного аппетита, — он пододвинул Лене ее порцию.

— Вино? — понюхав содержимое бокала, она удивленно подняла бровь, — а как же что-то там про бодрость ума, ясность духа и избегание соблазнов?

Рин удивленно посмотрел на Лену. В ее глазах плясали смешинки.

— Я правда был таким занудой? — он грустно улыбнулся.

— Ты был очарователен, — категорично заявила Лена, — так сколько лет у вас тут прошло?

— Двадцать.

— Ну ничего ж себе! Вот так и сбываются детские мечты о старшем брате.

— Мне будет трудно представить тебя младшей, — задумчиво сказал Рин.

— Тогда давай не совсем младшей, на пару лет буквально. Мне, кстати, тоже непривычно видеть тебя таким взрослым.

— А сколько у вас там прошло?

— Два года, так что у тебя тут наверняка больше новостей, чем у меня, — Лена решила растормошить Рина. — Университет закончил?

— Да, — он наконец-то улыбнулся.

— С отличием?

— Конечно!

— Магистра получил?

— Давно уже.

— Молодчина! — Лена важно подняла вилку с наколотой вареной морковкой. — Никогда в тебе не сомневалась.

Она улыбалась. Очнулась одна в незнакомом мире. Обнаружила, что ее тело непонятным образом изменилось. Когда она изучала себя в зеркале, Рин видел и ее неуверенность, ее страх. И тем не мене сейчас она улыбалась, стремясь подбодрить его. Почти как тогда.

Только спустя много лет после возвращения, воскрешая в своей идеальной памяти события той ночи, Рин понял, насколько ей было страшно. И тогда ему стало стыдно за себя. За свой детский эгоизм и непонимание очевидных вещей.

— Лена, — позвал.

— Аюшки?

И все же, Лена не изменилась. Улыбка осталась той же, и глаза. Спокойные, как лесное озеро.

— Я много думал потом о том, что со мной было в твоем мире. Понял, кажется, все, кроме одного. Кто это был тогда в лесу, когда мы нашли место силы и я показывал тебе библиотеку.

— Саша, — ответила спокойно, только взгляд погрустнел, — мой муж. Второй. Он умер. Несчастный случай.

— Прости, — выдохнул Рин.

— За что? — она смотрела с недоумением.

— За то, что я был таким болваном.

— Рин, ну что ты, — Лена тихо засмеялась, — ты был почти ребенком. Попавшим в ужасную ситуацию. И, поверь мне, ты держался просто молодцом. Я, конечно, понимаю, что сейчас твои тогдашние действия кажутся неуклюжими и странными. Да я когда себя вспоминаю в аналогичном возрасте, хочется то заплакать, то обнять, то отвесить подзатыльник. Поверь мне, тебе совершенно не за что просить прощения.

— Но я больше не ребенок, — Рин был очень серьезен.

— Нет, ты больше не ребенок. И вот если вдруг сейчас накосячишь, будешь извиняться. А за то не вздумай!

— Я уже накосячил.

Рин посмотрел на нее с таким отчаянием, что Лена мгновенно отодвинула тарелку и знакомым жестом подперла подбородок — она готова его слушать.

— То, что я тебе расскажу должно остаться между нами.

— Клянусь, — кивнула Лена, — могу на крови.

— Не нужно. Недавно мой друг, точнее я считал Бриана своим другом, создал запретный артефакт. Он не должен был этого сделать. Все записи были уничтожены, даже упоминания. Но Бриан, — Рин вскочил со стула и принялся расхаживать по комнате, — как-то воссоздал ритуал и создал Искру. Мой учитель, Гелен, я тебе о нем рассказывал, — Рин дождался ее кивка и продолжил, — обо всем догадался и попытался уничтожить артефакт. Но не смог, Искра ранила его и сейчас он очень болен. Я поклялся уничтожить Искру, но сначала думал использовать ее, чтобы вылечить учителя. Я потребовал у Бриана отдать артефакт, и он его отдал… — Рин рухнул на стул и вцепился пальцами в волосы.

Лена с удивлением заметила в них ниточки седины. Она смотрела на Рина и ловила себя на мысли, что в рассказе не хватает какой-то очень важной детали. Иначе с чего ему быть в таком разобранном состоянии.

— Рин, прости, но я не понимаю. Если артефакт у тебя, то в чем проблема?

Он посмотрел на нее с такой болью, что Лена мигом слетела с кресла и встала напротив мужчины.

— Рин, послушай меня. Что бы ни случилось, ты справишься. Ты же гениальный маг, а я временно побуду группой поддержки, — она улыбалась пытаясь поймать его взгляд.

— Артефакт в тебе. Бриан поместил Искру в тебя.

Она опешила. Попробовала переварить эту мысль. Получалось плохо.

— Так это не ты забрал меня из дома?

Рин замотал головой. Лена сделала глубокий вдох и проговорила, все еще не в силах поверить.

— Значит этот Бриан пришел ко мне домой, перенес в ваш мир и поместил в меня какой-то суперартефакт. А тебе этот артефакт нужен, чтобы вылечить учителя и потом уничтожить. И, судя по твоему состоянию, достать этот артефакт из меня ты не можешь. Правильно?