Стихийный мир: трилогия в одном томе - Евгения Телицына

Его губы и руки были везде. Я с трудом вникала в смысл того, что он говорил, сгорая от желания.

А он продолжал целовать, ласкать, обещать…

– Сэн, – мой стон утонул в новом поцелуе. Отчаянно-яростном. Таком долгом, что я поняла, что это последний наш поцелуй…

Он ушел тогда, не сказав больше ни слова. А я до сих пор думаю об этом. Думаю и не понимаю. Нас обоих.

В чем-то он оказался прав. Потому что я никак не могла выкинуть из головы то, что произошло в последние дни перед отъездом. И каждый раз вспоминая это прощание… Каждый раз мне кажется, что это была почти точка. Почти итог наших не сложившихся отношений…

Я тяжело вздохнула и нерешительно встала. Боль в груди прошла, оставив после себя странную пустоту. Словно сидя ночью на балконе, я решилась чего-то важного, даже не поняв этого…

Утра началось с Натаниэля. Снова. На этот раз изобретательный посол открыл дверь, но в комнату не зашел. Так и распивал глупые песенки, стоя на пороге.

– Какого черта, Нат? Я же извинилась за тронный зал. И за шутку в саду извинилась. Прекрати! – простонала я, накрыв голову подушкой.

Эльф мне мстил. Каждое утро изобретал новый мерзкий способ побудки в качестве наказания за мои невинные шутки. А я ведь просто хотела помочь.

Почти сразу стало понятно, что Натаниэлю не нравится дома. Я так и не смогла понять, в чем дело. Но видела, что он с большим удовольствием уехал бы из столицы. Так что я решила его отвлечь. Но ушастый помощи не оценил…

– Ваше светлое высочество, что мне сделать, чтобы вы заткнулись? – проорала я, садясь на кровати.

– Съездить в сельскохозяйственную зону и осмотреть поля, – между куплетами пропел эльф.

– Если поеду, ты перестанешь будить меня по утрам?

– Я подумаю.

– Хорошо. Дай мне полчаса на сборы, – сдалась я.

Довольный Натаниэль тут же закрыл дверь. Вот ведь гад…

Я убила на изучение полей и огородов целый день. И не нашла ничего плохого. Прекрасная плодородная земля, крепкие деревья, густые молодые побеги…

Из всего этого напрашивается только один вывод – Натаниэль затеял это только ради мести. М-да, не надо было мне рассказывать королю историю о том, как как-то раз, спасаясь от дэмпов, посол эльфов неграциозно перелезал забор… Нат тогда зацепился штаниной за острый побег декоративной лозы, идущей вдоль верхней части ограждения. И дальнейший свой путь продолжил без такой важной детали гардероба, как брюки. Надо ли продолжать историю, объяснением, что в таком виде его и застукала одна придворная эльфийка, любовавшаяся луной со своего балкона? И как назло именно эта дама украла сердце посла…

Но откуда ж я могла знать, что Навинуэль, услышав эту байку, будет еще несколько дней подкалывать сына?..

– Скай, как удачно, что я тебя встретил, – услышала я голос короля.

Легок на помине…

– Добрый вечер, ваше величество, – я поклонилась.

– И тебе. Ты занята? Я хотел побеседовать с тобой о Нестории.

Наконец-то! Я уже думала, никогда не дождусь обещанного рассказа! Но вслух я сказала только:

– Я совершенно свободна.

– Тогда пойдем. Я приказал накрыть в библиотеке. Там и поговорим.

– Хорошо.

Мы с Навинуэлем в тишине дошли до дворцовой библиотеки – помещения, кажущегося совсем маленьким, пока не исследуешь его все. Эльфы не стали строить огромную комнату на одном этаже. Они предпочли выстроить целую башню, вместившую в себя книгохранилище, архив, рабочий этаж и многое другое.

С первого этажа дворца, заходя в башню, ты попадаешь в читальный зал. Мягкие кресла и диваны, темный ковер с длинным ворсом, тяжелые портьеры на окнах… Комната была одной из самых темных во дворце. Но мне она казалась самой уютной.

На круглом столике нас ожидал легкий перекус, состоящий из фруктов и сыра, и красное вино, которое пили тут литрами. Любимый напиток эльфов подавали к любому приему пищи. Причем часто предлагая сразу несколько сортов на выбор.

– Садись поудобнее, рассказ будет длинным, – начал король, наливая мне вино.

Я без стеснения забралась с ногами на небольшой диванчик и приготовилась слушать.

– Как ты знаешь из истории своего народа, изначально порталы в вашем мире появлялись хаотично. Первые из них вызвали массу проблем, перепугав молодую расу стихийных магов. Это много позже обладающие колоссальной силой смески взяли создание порталов под контроль. Они выстроили четыре зала для перемещений…

– В каждой башне… – пробормотала я.

– Да. И практически полностью устранили возможность спонтанных порталов. Но в те времена, когда открытия были хаотичными… Виорн стал одним из первых миров, столкнувшимся с вами. Много было шума на Нестории, когда в парке между башен вышел конный отряд во главе с королем светлых эльфов. Не знаю, как наши народы поняли друг друга. Но с тех пор между мирами завязались отношения… – король пригубил вина.

– Какие?

– Дружеские, – Навинуэль усмехнулся. – Эльфы и стихийники начали обмениваться опытом. Виорн и Нестория на тот момент были примерно на одном уровне развития. Так что совместные разработки вызывали интерес с обеих сторон. Позже, из-за вашей хм… назовем это войной. Так вот из-за вашей войны вы не то чтобы отстали. Скорее просто пошли по иной ветке развития.

– Да уж… – я поежилась, вспомнив все, что узнала от своего биологического отца.

– Еще позднее, когда вы пришли в равновесие и начали изучать ближайшие миры, был заключен договор о взаимопомощи. С тех пор ваши маги мотаются по дружественным мирам, помогая по мере сил. Но это ты знаешь. Ты же здесь на практике.

– Ну да, – выдавила я, не желая развивать тему. – Но пока вы мало что нового мне открыли.

– Я только начал, – король соорудил себе что-то типа бутерброда из кусочков яблока и сыра.

– Что еще связывает наши миры?

Мне не терпелось узнать ответ. Чутье говорило, что мне нужно знать то, что хочет рассказать король.

– Есть легенда, что у Виорна и Нестории один пантеон богов на два мира… – начал король, но я перебила.

– Разве это возможно? У вас ведь у разных рас разные боги.

– Разные имена богов, – Навинуэль выделил второе слово. – Но на самом деле их всего два. Божественная пара. Мужчина и женщина. У части народов они – два противоборствующих начала. У другой они же – символ гармонии единения двух половинок одного целого. И что особенно интересно, вера в двоих появилась в период, когда наши миры разошлись в развитии. Во время вашей, как вы ее там называете… а, вспомнил! Во время вашей болезни. Которую я считаю самой настоящей войной.

Король замолчал. Я пыталась соотнести временные рамки, этапы развития и уровни наших миров. И совершенно запуталась.