Чаролом - Блейк Чарлтон

Леандра вспомнила доклад отца о сумасшедших людях и лавовых потоках.

– Ну, положим. Но зачем ты напал на Гребень?

– За тобой следили имперцы. Они должны были обнаружить, что твой отец приплыл в залив из устья Матрунды. Я уничтожил их ради твоей безопасности.

– А заодно невинных жителей деревни.

– Я не любитель хвастаться, – оскалился в усмешке Саванный Скиталец.

– Ты мне отвратителен.

– Всегда к твоим услугам.

В сердце Леандры вспыхнул гнев, а старик продолжил:

– Нарастив мой внутренний потенциал, ты приказала мне покинуть Древний континент, вернуться в человеческие царства и ждать там твоей реинкарнации. Ты решила стать ребёнком Никодимуса и Франчески. Драконица сожрала тело Тайфона, и её союз с Никодимусом стал для твоей души каналом в новую жизнь в качестве существа, состоящего из двух языков: божественного и праязыка.

Франческа сжала когти. Саванный Скиталец поднял на неё глаза.

– Тогда-то я впервые пожалел, что ты меня не убила в том лесу. Я был рабом уже в десять лет, но, разыскивая Лоса, надеялся, что бог ужаса вознаградит меня свободой за моё служение. Однако его дух скрылся на юге, и я понял, что отныне свободы мне не видать, – старик оглядел своё худое тело и узловатые ноги. – Моя теперешняя физическая оболочка, конечно, не впечатляет, но когда огонь и камень твоего прежнего воплощения опалили моё тело, я стал великим драконом с крыльями шириной с город. Я вернулся на земли людей. Найти тебя было нетрудно. Твои родители были тогда на острове Звездопада, а Лига только зарождалась. Я сделался водной тварью, плавающей по морям-океанам. Люди не могли меня увидеть, хотя несколько нечаянных встреч с моряками воскресили сказки о Плавучем острове. Божества, ошивающиеся повсюду, были куда опаснее. Приходилось ловить их и съедать. В том году родилась ты. Хотя я был далеко, но сразу узнал о твоём воплощении, подобно тому, как слепой чувствует солнечный свет.

– Зачем?.. – только и смогла пролепетать Леандра.

– Ты приказала мне быть рядом и защищать тебя, открывшись лишь в том случае, если тебе будет угрожать смертельная опасность. Именно это и произошло полтора часа назад, когда воздушные корабли принялись тебя обстреливать. Миг – и ты была бы мертва. У меня не оставалось выбора. Твой приказ был однозначен: едва я раскрою себя, мне надлежит просветить тебя и твоих врагов о природе войны, которую вы начали, сами того не зная. Очень удобно, что я нашёл вас всех разом.

– Но… – Леандра помотала головой, стараясь не утратить нить повествования. – Не мог же ты следить за мной всю мою жизнь? Я бы что-нибудь да заметила.

– Ты и заметила.

– Не помню.

– Когда ты была маленькой, твои родители грудью вставали на твою защиту. Мне не требовалось приближаться к тебе даже на сотню миль. Однако затем ты стала хранительницей Иксоса и принялась сражаться с неодемонами, излишне могучими для тебя, особенно в первые годы. Я попытался скрыть своё вмешательство, например…

– Богиня-москитиха! – воскликнула Леандра. – Мы тогда забрались в мангровые болота, скрываясь от её роёв.

– Верно. Я же нагнал дыма и отпугнул насекомых.

– Мы решили, что это было извержение вулкана, – глухо сказала она и посмотрела в глаза старику. – А в тот раз, когда нас преследовала гигантская медуза?

– Я окутал море маревом, похожим на вог, чтобы вы могли скрыться. Убедившись, что ты уже в порту, я напал на неодемона-медузу во время шторма и выбросил труп на берег.

– А когда я сорвала обращение бога-слона наёмников, ты свёл с ума одного из его лейтенантов?

– Да, – он почти по-отечески улыбнулся. – Всего три раза, – его взгляд затуманился. – После того как Тайфон меня закабалил, в моей жизни не было радостей. За исключением этих трёх случаев… Я смог выступить против богов. До сих пор помню острый вкус их текстов на языке.

– Но почему ты защищал меня? Зачем я дала тебе такой приказ?

– Затем, что в начале жизни ты была слабой и уязвимой. Ты велела мне помочь тебе стать как можно сильнее, а уже потом раскрыть перед тобой и твоими противниками прошлое и вероятное будущее, – он вновь показал на Лотанну и иерофантов.

Леандра посмотрела на чарословов, взиравших на неё с каменными лицами.

– Полагаю, это должно привести нас к вероятным вариантам будущего.

– Несомненно. Тайфон однажды уже объяснил твоим родителям, что есть два взгляда на Разобщение. Пусть на Древнем континенте не осталось демонов, эти два взгляда никуда не делись.

Леандра постучала указательными пальцами друг о друга. Жест морского народа, означающий: «Выкладывай, не тяни».

– Жизнь – это живой язык. Ты всегда стремилась избегать жестокости праязыка. И начала войну, которая должна была положить конец цивилизации Древнего континента путём создания метазаклинаний, препятствующих возникновению ошибок в языке. Ты намеревалась выхолостить все языки и создать новых живых существ, более добродетельных, нежели люди. Первым стал голем Феллрус. Однако тебя сковали камнем прежде, чем он был дописан. Тайфон перенёс Феллруса на эти земли, но, в силу своего несовершенства, тот пал. Как бы там ни было, Тайфон решил наложить на мир твоё метазаклинание и избавить праязык от ошибок. Так появилось на свет Тихое Угасание, – он задумчиво пожал плечами. – Тайфон мёртв, но императрица Вивиан продолжает плести его чары. Если она победит в грядущей войне, её метазаклинания сделают мир бесплодным, что и приведёт к гибели цивилизации. В последующем хаосе выжившие божества легко поработят человечество.

– Вы ведь доставите эти сведения моей тётке, не так ли? – Леандра в упор взглянула на Лотанну. – Не забудьте рассказать ей о крахе цивилизации и порабощении людей. По-моему, он довольно чётко всё сформулировал.

Волшебник только злобно зыркнул в ответ.

– Тайфон придерживался иного взгляда на Разобщение, – продолжил старик. – Он считал, что нужно скрестить людей и богов. Ты – наглядный результат подобного скрещивания. Посредством метазаклинаний Никодимуса была воссоздана демоническая орда в виде мириад божеств Лиги. Да, ваши боги не желают уничтожения всего человечества. Их устроит уничтожение той половины, которая обитает в Империи.

– Какой дивный мир мы создали, – пробормотала себе под нос Леандра, но старик, похоже, её не услышал.

– Итог вашей войны будет зависеть от тебя и того, как ты решишь себя проявить.

– А у меня есть выбор?

– Две части твоей натуры, божественная и человеческая, не смогут долго выносить друг друга. Если ты сумеешь лет десять-двадцать избегать физических ран, твоя божественная половина возьмёт своё и убьёт твоё смертное тело. Ты станешь Лосом Возрождённым, сплотишь богов Лиги и сокрушишь Империю. Возникнет новая цивилизация, соединившая в себе божественное и человеческое, она просуществует тысячи лет, смертность постепенно искоренится, и божественное само пробьёт себе дорогу. Не будет болезней и смерти. Сейчас мы не можем представить себе такой мир, как муравей не может представить себе море.