Школа Добра и Зла. В поисках славы - Соман Чайнани

– Куда ты, туда и я, – проворчал Ланселот, поглаживая эфес висящего у него на поясе меча.

Тедрос ничего не ответил, снова повернулся к двери и громко в нее постучал.

Тишина.

– Очень рад, что этим все закончилось, – сказал рыцарь и уже собирался идти назад, но…

…но Тедрос выхватил свой меч и мощным ударом рукояти выбил дверной запор.

– Без году неделя как король, а уже ведешь себя словно варвар, – недовольно хмыкнул Ланселот.

Толчком ладони Тедрос распахнул дверь и вошел в дом. Ланселот двинулся следом.

– Ты что, и за моим отцом тоже таскался повсюду как хвост? – неприязненно спросил Тедрос.

– Угу, – невозмутимо подтвердил рыцарь, продолжая смотреть себе под ноги. – Правда, от него пахло не так хорошо, как от тебя. Впрочем, ты столько времени проводишь то под душем, то в ванне, что я вообще не понимаю, как ты при этом еще и королем работать успеваешь…

Тедрос перебил его, подняв руку:

– Ланс…

Рыцарь поднял взгляд и оцепенел.

Дом леди Гримлейн был, если можно так сказать, разгромлен. Вся мебель перевернута, дверцы шкафов изрублены в щепки, ковер располосован, абажуры на настольных лампах разорваны в клочья, а сами лампы разбиты, книги свалены на полу, их выдранные страницы, как конфетти, усыпали все вокруг.

– Кто это мог сделать? – ошеломленно пробормотал Тедрос. – Как будто целый полк арбалетчиков все здесь расстрелял.

Ланселот повертел в руках продырявленную, словно решето, подушку, из которой вывалилась почти вся набивка, и внимательно огляделся по сторонам:

– Это были не стрелы. И не арбалетчики.

Тедрос заглянул в раскрытую дверь маленького кабинета. Здесь на боку лежал сейф с вывороченной дверцей, все его содержимое кто-то вывалил на пол. Тедрос порылся в бумажной куче и обнаружил старые вырезки из «Камелотского курьера» – на самой верхней был напечатан репортаж о коронации его отца и фотография, на которой юный Артур принимает из рук священника корону, а чуть с краю от него стоит улыбающаяся юная Гримлейн. На следующей вырезке еще одна фотография – юный Артур и юная Гримлейн сидят рядом за одним столом. Внизу подпись: «Король и его домоправительница за работой в первые дни правления Артура». Затем вырезка из «Королевской чепухи» с заголовком: «При чем тут Гиневра? Леди Гримлейн – вот настоящий секрет успеха короля Артура!» Тедрос отбросил вырезки в сторону, потому что увидел среди бумаг бухгалтерскую книгу с надписью от руки на обложке:

Тедрос раскрыл гроссбух, но страницы внутри оказались чистыми, лишь к последней из них скрепкой была прицеплена визитная карточка:

Впрочем, это еще не все. За обложкой гроссбуха было что-то спрятано. Тедрос залез туда и вытащил пачку писем, адресованных леди Гримлейн. Он наскоро просмотрел их – и широко раскрыл глаза от удивления.

Все эти письма были написаны рукой его отца.

– Тедрос, взгляни-ка на это, – раздался голос Ланселота.

Тедрос сунул пачку писем и визитную карточку в карман, вышел из кабинета и увидел, что его рыцарь внимательно рассматривает стену, покрытую темными, влажно блестящими полосами. Тедрос подошел ближе, провел рукой по одной такой странной полосе и посмотрел на кончики своих пальцев. К ним прилипли блестящие, похожие на крохотные черные блестки частички.

– Чешуйки Змея, – зловещим тоном объявил Ланселот, и Тедросу сразу же вспомнилась черная тень, которую он видел на улице.

Наверху что-то зашуршало.

Король и рыцарь переглянулись.

– Леди Гримлейн! – позвал Тедрос.

Никакого ответа.

Тедрос осторожно начал подниматься по лестнице, Ланселот следом за ним.

На втором этаже они обнаружили новые полосы черных чешуек на стенах лестничной площадки и квадратной крышке люка на потолке – очевидно, этот люк вел на чердак.

– Леди Гримлейн, вы здесь? – вновь позвал Тедрос, осторожно продвигаясь вперед. Ланселот обнажил свой меч.

Они завернули за угол коридора и нашли там спальню, которая оказалась разгромленной с такой же бессмысленной жестокостью, как и комнаты на первом этаже. Матрас выдернут и разорван, белые простыни располосованы, подушки вспороты, и все вокруг, как снегом, покрыто вывалившимися из них перьями.

В оконное стекло лихорадочно билась сине-зеленая бабочка, безуспешно пытавшаяся вырваться на свободу.

Увидев, что в комнате никого нет, Тедрос слегка расслабился и взглянул на склонившегося над кроватью Ланселота:

– Что там у тебя, Ланс?

Рыцарь двумя пальцами поднял неровно оторванную полоску белой простыни.

На ней алело большое кровавое пятно.

И кровь эта была свежей.

– Леди Гримлейн! – во весь голос крикнул Тедрос.

Ланселот начал осматривать шкафы, Тедрос поискал под кроватью и под опрокинутой мебелью, но других кровавых пятен не обнаружилось, как и следов присутствия сбежавшей из Камелота домоправительницы.

Вдруг Тедрос поскользнулся, наступив ногой на что-то липкое и противное. Это был бесформенный комок какой-то черной, напоминающей желе слизи.

На наклонившегося, чтобы рассмотреть этот комок, Тедроса упала тень. Он повернул голову и увидел над своим плечом лицо Ланса.

– Это один из этих… скимов, да? Ну, червей, из которых сделан Змей, – сказал Тедрос. – Вот, наверное, почему все местные жители прячутся по своим домам. Змей здесь, в городе.

– Но, похоже, леди Гримлейн сумела разобраться со скимом, которого послал к ней Змей, – заметил Ланселот и добавил, вновь переведя взгляд на постель: – Хотя, судя по кровавому пятну, тот червяк тоже до нее добрался.

– Но тела-то ее здесь нет. Значит, Гримлейн жива, хотя и неизвестно, где она.

– Может, жива, а может, валяется где-нибудь в канаве с перерезанной глоткой, – возразил Ланселот, которого по-прежнему не покидало мрачное настроение. Он потрогал носком сапога то, что осталось от скима. – Вряд ли эта тварь одна сюда прилетала. Если Змей хочет убить леди Гримлейн, он до нее доберется.

– Ерунда какая-то, – покачал головой Тедрос. – Если леди Гримлейн – мать Змея, зачем ему ее убивать?

С нижнего этажа донесся странный резкий звук, похожий на свист закипевшего чайника.

– Оставайся здесь, – сказал Ланселот, беря на изготовку свой меч, и осторожно двинулся к лестнице.