Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

«Солнышко, привет!» — гласило первое сообщение. Судя по времени, в этот момент я с Дракошкой начала переписываться.

«Ты занята?» — это после первого неудачного вызова.

«Я попозже позвоню…»

«Солнышко, я так соскучился…»

«Счастье мое, мне столько всего надо тебе сказать…»

«Почему же ты молчишь?»

«Ты сердишься на меня?»

«У тебя что-то случилось?»

«Я волнуюсь…»

«Ты спишь? Конечно, спишь…»

«Прости идиота…»

Если честно, мне и впрямь стало немного совестно. Рэм звонил, писал, а я не слышала и не отвечала. Но стоило вспомнить, что я ждала от него весточки целых три дня, а он молчал… От всяких там укоров совести и следа не осталось.

«Где ты пропадал, Рэм?» — написала в ответ, недобро прищурившись.

«Солнышко!» — моментально отписался Рэм.

«Где ты был?» — повторила я, стараясь не обращать внимания на тепло, распространяющееся в груди от ласкового прозвища, которым имел обыкновение называть меня только он.

«Ника, я не могу тебе пока этого сказать…»

«Почему? — ярость затмила разум. Стало вдруг обидно за Ришу и за себя тоже. Слова праведного возмущения сами вылетели из-под пальцев: — Ребенок готов перевернуть весь космос, чтобы тебя найти, а ты даже не можешь сказать, где был???»

«Ника, Ника, не сердись, пожалуйста. Я хотел тебе сюрприз сделать! Именно поэтому и не появлялся эти дни! Стоп… а какой еще ребенок?»

«Наш ребенок! — огрызнулась я. — Она тебя в розыск объявила уже!»

«Э-э-э…» — на том конце зависли минут на пять. В итоге я не выдержала и спросила прямо:

«Скажи мне, ты вообще хочешь быть отцом моих детей?»

«Хочу!!! — на этот раз ответ пришел моментально и следом растерянное: — Но я думал, это случится немного попозже…»

На мгновение я тоже ощутила растерянность. Как это, попозже? Дракошка ведь уже родилась! А потом до меня дошло! От осознания к щекам прихлынула кровь и глаза непроизвольно округлились. Неужели он думает, что после той нашей вполне невинной ночи могли быть такие последствия? Я не удержалась и хихикнула. Кажется, я его запутала. Но он сам виноват! Не надо было пропадать так внезапно, да еще и сразу после поцелуя!

Последующие полчаса пришлось посвятить терпеливой разъяснительно-объяснительной беседе. Да, у меня есть приемная дочь, кроме меня, у нее еще три мамы и три папы. Ребенку обязательно нужен полный комплект родителей и мне дали сроку всего сутки на решение этого вопроса, а потом она грозится сама четвертого папу начать искать. Доводить до этого мне бы не хотелось…

Рэм ощутимо расслабился и выразил готовность на все. Так и сказал — на все! Папой стать, значит, папой.

Я мысленно потерла ручки. Вот Риша обрадуется! Не медля ни секунды, я отправила ей сообщение, что папа нашелся. С моей помощью они авторизовали друг друга в маскасети и… оба зависли в статусе «занят».

Я заскучала в ожидании, пока они наговорятся, и в итоге уснула снова. Разбудила меня Лайма. В полдень.

— У тебя там было непрочитанное сообщение от Рэма, — мурлыкнула она вместо приветствия и с загадочным видом добавила: — Я прочитала. Ответ не требовался.

— И что, что он пишет? — сонно заморгала я.

— «Солнышко, ты спишь? Спи, счастье мое», — с выражением процитировала Лайма. — «P.S. Наша дочь просто чудо!» Как я понимаю, с Ришей он уже познакомился, — кошь расплылась в довольной улыбке. — Однако, это не снимает с повестки дня вопрос о его личности! — она важно заломила назад левое ухо.

— Не снимает, — вздохнула я и поднялась с кровати с намерением посетить ванную комнату.

— Кстати, у тебя там еще два сообщения. Я их не читала, — заметила кошь, лениво проводив меня взглядом.

Точно! Совсем забыла! Я стукнула себя по лбу. От Матея и Дианы! Я даже не удосужилась их просмотреть, а вдруг там что-то важное.

Друг сообщал мне, что благословил графа. И все, больше никаких подробностей. Я пожала плечами и перешла ко второму сообщению. Послание Дианы было эмоциональным и содержательным. Снежный ветер выяснил, что за препарат синтезирует Антонио и даже успел случайно испытать на себе. Это оказалось всего лишь безобидное обезболивающее. «Без побочных действий! Без эффекта привыкания! Я жалею только о том, что не могу запустить производство этого препарата на Земле. В безмагических мирах оно просто незаменимо…» — писала Диана, а я мысленно кивала, соглашаясь с ней.

— Представляешь, наш граф создавал обезболивающее, — поделилась я новостью с Лаймой.

— Обезболивающее? — переспросила она с быстро расширяющимися от ужаса зрачками. — А для кого? А для чего?

Я нахмурилась. Конечно, вопросы не праздные. Но зачем так волноваться-то? Если Диана сказала, что препарат безобидный, значит, так оно есть. Уж поди исследовали вдоль и поперек.

— Он же целитель по родовой магии, выгоревший, правда… Может, создавая лекарство, он компенсирует ее отсутствие? — неуверенно предположила я.

— Ой, не нравится мне это! — Лайма закусила лапу. — Почему именно обезболивающее? Почему не лекарство от аллергии, к примеру?

— Не знаю! — простонала я. — В случае нашего графа хорошо подходит земная поговорка — чем бы дитя не тешилось, лишь бы не повесилось. А вообще, вернее всего у него и спросить!

— Точно! — воодушевилась кошь и совершенно нелогично добавила: — Я к папе!

И только хвост в окне и мелькнул.

* * *

Несколькими часами ранее. Корабль графа Дипона

В этот раз Антонио заснул сидя, уронив голову прямо на лабораторный стол. В принципе он еще ни разу так и не покинул лабораторию с тех пор, как начал работу. Ему приносили еду прямо сюда. Химики из экспериментального отдела. Узнав, что именно он создает, они же взяли на себя часть исследований. Помощь была неоценима. Сам бы он провозился гораздо дольше. Результат не заставил себя ждать — первая партия универсального обезболивающего почти без побочных эффектов уже лежала перед ним, испытанная и апробированная. Принцип воздействия он избрал аналогичный магическому стазису, а реализовал его при помощи химических соединений. Был лишь один недостаток — лекарство делало нечувствительным весь организм. Антонио поморщился во сне, это его не устраивало. Он задумывал свое лекарство как «умное», оно само должно было находить участок, нуждающийся в обезболивании. И еще оно не исцеляло болезнь, а лишь убирало боль. В случае Михи ничего исцелять и требовалось, но если применять его в других случаях, это может нанести непоправимый вред, усугубить болезнь…

Он почувствовал какое-то движение возле себя и поднял голову. Белый кот сидел напротив и с интересом рассматривал горку белого порошка на металлическом подносе. Вот он наклонился с явным намерением понюхать субстанцию.