Пилигримы. Книга 2. Искры и химеры - Дорофея Ларичева

Ника переводила растерянный взгляд с тающего силуэта человека на Левашова и обратно.

– Ничем не могу помочь, – невесело сощурился «лис» и дал знак оператору прекратить съемку.

– Поговорим, когда Роберт с Броней прилетят, часа через три, – вздохнула Ильина. – Мухоловка, идем с нами. По крайней мере, я буду спокойна, если проконтролирую твои передвижения. Роза приведет Машу.

Дора не возражала. Она твердо решила разобраться со всем происходящим. Что, если в случившемся снова виновны мигранты?

Профессора явились неожиданно быстро, всего через час с небольшим, – чужие, деловитые, важные, устроили совещание в просторном конференц-зале института клонирования, посмотрели видео с гибелью Белозерова и признали свою полную беспомощность.

– Надо изучать, – сухо сказал тогда взлохмаченный Роберт, теребя повязанный на шее пестрый платок. – Машину времени смонтируют после полудня. Оператор у меня имеется, напарник тоже. Ты, Павел, – обратился он к Левашову, – будешь ключом.

– То есть мое досье читали все, – усмехнулся столичный гость, и Дора уловила его тоску.

Значит, предчувствия ее не обманули и он действительно связан с аномалиями. А может, и с гибелью того художника? Девушке стало страшно. Но сидевшие рядом люди не торопились арестовывать «лиса», и она чуть успокоилась.

– Пока вашу машину времени настраивают, – не выдержал Левашов повисшей паузы, – давайте продолжим съемки. У меня по плану еще четыре наукограда и целая ферма клонов. Первый фильм должен быть сверстан и выпущен в эфир к концу недели.

– Действительно, пойдем, – спохватилась Ника. – Мухоловки, айда следом!

– Я остаюсь здесь. – Дора выразительно поглядывала то на Роберта, то на Бронислава. Ну, помогите, подыграйте! Машка сразу надулась, отвернулась. Вот ведь нежданная проблема!

Роберт проигнорировал. Он вообще выпал из реальности, оживленно перебирая пальцами по зависшей в воздухе голографической клавиатуре ядовито-розового цвета. По бронзово-загорелому лицу бродила мечтательная улыбка. Гений опять где-то витал!

Броня листал блокнот, делал пометки. Еще есть слабый шанс на помощь великана. Соловьев, вы же не настолько бессердечны!

– Бронислав Виленович! – Дора вспомнила громоздкое, словно небоскреб, имя ученого. – Мне очень интересно все таинственное. Можно с вами остаться? Пожа-а-алуйста!

– Да-да, конечно, – пробормотал Соловьев, снова зарываясь в блокнот.

– Смотри, им некогда про твоего Ланса рассказывать, – сдалась Вероника. – Едем, Павел.

Про Ланса… Она и так выспросила все, что могла. Вчера им дали поговорить по телефону. Голос парня звучал вполне бодро, но разве скажешь что-то важное, когда за спиной караулят Ника с Машкой? А Доре так хотелось поведать, как она скучала, как плакала ночами там, на Земле-1, думая, что никогда его не увидит. Как винила себя (и до сих пор винит) в его недуге!

Они наконец ушли: рыжеволосая женщина в зеленой цыганистой юбке до пола и высокий некрасивый человек, наделенный нечеловеческим обаянием. В его присутствии Дора до сих пор терялась, путалась в словах, а Машка краснела, точно тревожная кнопка над дверью Никиного кабинета.

Дорофея дождалась, пока пара исчезнет из виду, и обратилась к Роберту, коснулась порхающей по клавиатуре руки, чтобы привлечь внимание:

– Мне очень нужно с вами поговорить.

– С какой стати мы на «вы»? – удивился ученый, не поворачивая головы. – Мы же договорились, я не древний старик, чтобы требовать почтения и уважения к своей отнюдь не дряхлой персоне.

– Прости.

Дорофея смутилась. После того как она была Дельтой, после возвращения в Барск девушка чувствовала себя неловко рядом со своим спасителем. Но промолчи она сейчас, потом может стать некогда.

– У меня действительно есть вопросы и предложения.

– Помогу, – не прекращая печатать таинственный текст, кивнул Роберт. – Разберусь с аномалиями – и сразу. У меня есть хорошая замена чипу. Главное, безопасная, – ошарашил он ее, будто прочтя сокровенные мысли. – С программным обеспечением тоже помогу, парней хороших порекомендую, если сама не справишься. Эти даже за «спасибо» будут счастливы работать, главное, чтобы интересно было. А макросеть – еще как интересно.

– Откуда вы… ты знаешь? – вообще-то она хотела расспросить про другое.

– Грандиозные идеи всеобщей информатизации нашей реальности еще в твоем несветлом будущем на мордашке читались. Ты без электронных штучек жить не можешь, и я тебя понимаю. Хотя… – Он скосил глаза на ее запястье. – Механическую игрушку одобряю. Стимпанк всегда в моде.

И этот туда же! Вот любитель древностей!

– Я просто хотела предложить любую посильную помощь. Информацию поискать, подсмотреть, подслушать, я же хамелеон. – Девушке стало неловко. А то вдруг Роберт решит, будто она только о себе думает.

– Это само собой, – согласился Роберт. – Тебе помогу в любом случае. Мечты должны сбываться. Иначе они тянут к земле, мешают двигаться дальше, сковывают твои мысли и решения, отравляют душу. Несбывшиеся мечты – как перегруженный товарняк без тормозов: в любой миг сойдет с рельсов и исковеркает тебе жизнь.

Дора промолчала. Попробуй пойми гения.

– Кстати, мне твоя помощь действительно нужна. Напарником в машину времени полезешь? – спросил он ее.

Девушка кивнула. Разве можно отказываться от шанса разобраться во всем первой? Машка за спиной недовольно фыркнула.

– Тогда пойдем посмотрим на аномалию, убившую вашего маляра. – Он взмахнул рукой, будто развеивал дым, и клавиатура исчезла. – Бронька, не зевай, хватай тяжеленный чемодан с Гавриком, топай следом.

Сам он подхватил рюкзак, по виду тоже не легкий, и зашагал к выходу.

…Лесопарк Дорофее показался тайгой. От раскопанного котлована и недостроенных небоскребов на окраине Барска он тянулся до горизонта. Во всяком случае, с вертолета его дальней границы девушка не увидела.

Маша окончательно расстроилась, отвернулась от клона, точно чужая, не реагировала ни на вопросы Бронислава, ни на шутливые подначки Роберта. Ноэль, наоборот, ожил, любовно поглаживал планшет, вполглаза изучая столбики цифр и извивы графиков на экране. А едва высадились на поляне, вперед всех резвым зайцем помчался к аномалии.

Маша поплелась в хвосте среди незнакомых ученых. Дорофея решила не тревожить ее – захочет, сама скажет, в чем дело.

Аномалия не поразила. Дора приблизилась к красно-белой полосатой заградительной ленте, разглядывая бледно-зеленый воздушный столб. Он светлел по мере отдаления от земли и полностью таял на уровне сосновых макушек.

Если бы кто-нибудь додумался одолжить девушке изобретенные Ноэлем очки, она бы разглядела, как уплотнялись сотовые сигналы, обтекая заколдованное место со всех сторон. Жемчужно-белесое чужеродное нечто поднималось из травы. Перламутровые и золотисто-зеленые ленты неведомых энергий переплетались клубком или просто извивались в воздухе, будто водоросли, мерцали и колыхались. Они уходили в глубь почвы и взмывали к верхушкам деревьев. Хрустальные прозрачные кристаллики кружились над землей, складываясь в узоры, рассыпаясь и снова собираясь в мозаику…