Пилигримы. Книга 2. Искры и химеры - Дорофея Ларичева

– Наговорить тебе монетку, мой прекрасный Кай? – Девушка сидела напротив на паркете, раскладывала карты. К курчавым волосам был приколот розовый бутон. По черному в фиолетовые цветочки сарафану порхали желтокрылые бабочки.

Ланс мало что помнил о себе. В груди было жарко. Стоило прикрыть глаза, и под веками плясали огненные искры. Шум улицы влетал в приоткрытое окно офиса в одном из бизнес-центров столицы. Электрический свет в комнате казался слишком ярким, некомфортным, от него болела голова, как и от пятнистой желто-зеленой окраски стен. Но несмотря на боль, мысли его никогда прежде не были столь ясны.

Если отвлечься на миг от всепоглощающей, перехватывающей горло силы, всплывали фрагменты прошлых жизней, менее реальные, чем карты сидящей напротив Роксаны. Теперь Ланса, или, может, Костю (так его тут называли), больше всего радовали минуты слияния с общим разумом обитающих здесь сенсов-химер. Он становился мелкой частичкой огромного организма, все видел, понимал, чувствовал. «Наверно, так же док видит суть механики», – мелькнула и пропала случайная мысль.

Сознание снова слилось с множеством других, тех, кто был рядом, за перегородкой. От этого было фантастически, великолепно, потрясающе, удивительно хорошо. Мысленно он еще какое-то время упражнялся, подбирал синонимы к слову превосходно – наиболее полно отражающему его чувства. Но девочка напротив отвлекла.

– Отец желает оставить тебя при себе, – бросила она в его сторону карту. – Тебя не приставят к политику или бизнесмену, радуйся. Не нужно будет копаться в их прогнивших мозгах. Эй, ты слышишь?

Он молчал. Слова казались лишними, тяжелыми, уродливыми.

– Карту переверни, – настаивала девушка. – Я хочу знать, что тебя ждет.

Карта. Шершавая бумажка. Потертая. Уголок когда-то был загнут, потом тщательно расправлен… Сознание отмечало подробности, пока рука тянулась к ней. Под рубашкой с витиеватым восточным орнаментом на другой стороне был нарисован всадник, размахивающий похожим на японскую катану мечом.

Ксана задумалась.

– Одной карты мало. Давай еще две.

Она сама протянула колоду.

– Любую!

Он взял было верхнюю, но это не соответствовало условиям игры. А уйти и обидеть сидящую напротив девушку запрещено. Тогда пришлось вытащить карту из середины.

– Страшный суд, – назвала она седовласого старика со скипетром в руках, восседающего на троне. – Еще тяни!

Ее игра забавляла. Ему надоела. Но люди суеверны. «Три» для них священное число. Последняя попытка.

– Сила, – пояснила Ксана изображение с солнцем, луной, копьями и мечами. И тут же на ходу принялась выдумывать свое толкование выбранным картам. – Не ты управляешь событиями, тебя ведут, – отложила она карту принца. – Твои беды из прошлого, – на пол упала карта суда, – и так ясно, папочка старается, – добавила девушка тише. – Борьба двух армий…

Она смотрела на последнюю карту и никак не могла сложить воедино значение всех трех.

– Ты не думай, что я гадать не умею! – упорствовала девушка. – Когда я сбежала из детдома, два года с цыганами путешествовала, пока меня тетка двоюродная через милицию не нашла. Я ее дом в первый вечер обокрала и снова сбежала, а они с мужем меня простили и даже удочерили. Но в душе я настоящая цыганка! Ну-ка потасуй мне и вытяни карту наудачу.

Он нехотя принял у нее из рук раскрашенные бумажные прямоугольники. Сосредоточился, разглядывая, увидел все картинки одну за другой. Для него они не имели смысла, а человеческое существо напротив упорно не желало оставлять Ланса в покое.

Тасовал он неуклюже. Но химеры подсказывали нужные движения его пальцам, стоило только войти в мысленный контакт.

– Дай! – Ксана нетерпеливо протянула руку и выхватила карту. Девятую сверху. – Звезда, – разглядывала она девушку с кувшинами, льющую воду под ярким светилом. – Через меня говорят высшие силы. Вот! Но я не могу дать другим то, что от меня ждут.

Чему она радуется? Это все нелогично. «Вероятность выпадения конкретной карты одна семьдесят восьмая. Семьдесят восемь вариантов будущего, а людей миллиарды. Число комбинаций равно факториалу из семидесяти восьми или числу со сто шестнадцатью знаками. Учитывая множество разновидностей гадания – еще больше. Даже с учетом, что вероятность правдивости разработанной методики предсказания будущего стремится к нулю, если предположить, что есть некая закономерность от гадания на конкретного человека и выпадения определенных карт, то…»

Додумать ему не дали. Приближение Вителя он ощутил заранее. Положил колоду на пол, подравнял, обернулся.

– Па-ап, твои перестарались, он замороженный! – капризно пожаловалась Ксана.

– Мозг перестраивается под новый режим работы, – легко отбросил ее сомнения Витель. – Дня через два или того меньше с ним можно будет разговаривать вполне нормально, как с Тиграном и многими другими. Костя, – Витель протянул ему руку, – мне нужны твои вычислительные таланты. Пока в твоей голове бушует логика, посмотри условия на третьем терминале.

Ланс ответил на рукопожатие. Новая задача. Вероятно, более интересная, чем бессмысленное вытягивание карт. А задача, решенная объединенным разумом, доставит еще большее наслаждение!

Витель проводил взглядом парня и обернулся к дочери:

– Он тебе нравится? Ты это брось! Он помощник, не партнер. Не допущу!

Ксана надула губы. Тяжело, когда от близких ничего не скрыть, ни от отца, ни от матери. А уж как Марина просчитывает ее без способностей – вовсе не понятно!

Через химер Ланс мог следить за событиями в обеих комнатах. Какая-то часть его мысленно проводила до двери Роксану, прислушалась к Вителю – не анализируя, просто отмечая и запоминая чужие действия. С помощью другого потока сознания юноша изучал биржевые сводки, котировки акций крупной компании.

Вдвоем с химерой молодой человек пытался понять, куда пойдут графики – вверх или вниз. Напарник анализировал рынок, Ланс считывал статистику. Завтра напарник станет тенью финансового директора, пополнит счета Вителя, исподволь вместе с другими химерами начнет контролировать финансовую систему страны. Объединенный разум обязательно поможет принять верное решение, выгодное Обществу.

Ксанин отец понаблюдал за пленником и улыбнулся – толк от него будет. Парня жаль, когда-то Костя спас его, Арно Вителя, – в этом мире Антона Верховицына, – дал возможность сбежать. Но сейчас на кон поставлено куда больше. Тем более великий Орэф даже не претендует на главенство. О, легок на помине!

Бывший магистр, а теперь консультант мягким шагом вошел в комнату, скинул мокрый плащ прямиком на стол, огляделся.

– Я прочел про Императорскую Пятерку. Что вы собираетесь делать с девочкой по имени Дорофея Иванова? – спросил он, жестом подзывая двоих нелюдей и вкладывая в их ладони карточки с заданиями.