Мой беглец. Стокгольм - Яна Егорова

— Мы… — еле выдавил из себя влюбленный в своего беглеца идиот, — Кристоф, мы еще… — он с трудом сглотнул, но все же продолжил, — можем остановиться, если ты не хочешь делать это в доме твоего отца. Хочешь — прямо сейчас уедем в любую гостиницу! Хоть куда…

— Виктор, — улыбка с моего лица исчезла сама собой. Его искреннее беспокойство за мои чувства, взорвало мое сердце, которое теперь выдавало не меньше двух сотен ударов в минуту. — Мы никуда не пойдем. Я хочу… хочу, чтобы ты все время был рядом со мной. Всегда и везде.

Уголок его мужских губ дернулся, выдав то, насколько мои слова были важны для их хозяина. Я редко говорю о своих чувствах к нему. Это сложно, я не настолько открыт. Но сейчас… пожалуй, я уже готов сказать это. Мы приехали ко мне домой. Вдвоем. Виктор прав, не надо отрицать то, что на самом деле происходит. У нас отношения. При всем моем нежелании признавать это — у нас отношения. И не смотря на то, что мой отец будет против (об этом уже красноречиво говорит его подготовленность к нашему приезду) я готов пройти через эти испытания. У меня нет цели что-либо кому-то доказывать. Правда в том, что теперь уже я не представляю себе свой следующий день без своего придурка Белова.

Наклонился, чтобы поцеловать его, но Виктор неожиданно упер свою ладонь мне в грудь и остановил меня.

— Кристоф. Послушай. Чтобы ни случилось, ты должен знать одно — мы уедем отсюда вместе! Если… Если ты по какой-то причине захочешь остановиться — знай. Я не остановлюсь. Выкраду тебя. Все, что угодно… Все, что потребуется!

— Заткнись уже, — улыбнулся я и решительно налег на его руку, мгновенно сломав сопротивление и получив, наконец, то, зачем вообще повалил его на свою кровать. Виктор отозвался. Как всегда. Он подчинился мне и даже моей нарочитой грубости. Не хотел его обижать, но чувствовал, я тоже чувствовал то беспокойство, которое мучило его. Мы как будто оба уже несколько дней стоим на пороге огромной беды. Настолько большой, что авария, произошедшая с ним, а после мой отъезд, покажутся цветочками.

Не отрываясь от его сурового рта, проник пальцами под его ремень, чем вырвал хриплый стон у своего помешанного.

— Вик-тор… Я хочу тебя взять, — заявил требовательно, зная, что не встречу отказа. Потому что он никогда и ни в чем не отказывал мне. Лишь в том, чтобы я куда-либо исчезал. Полностью погрузившись в этот момент, в нашу близость на моей кровати, захватил его мощную шею своими поцелуями и безапелляционно расстегнул ремень. А потом и молнию на его брюках. Удовлетворенно констатировал, что он уже полностью готов, но прежде овладеть им, хотел подвести своего парня к черте наивысшего возбуждения, хотел, чтобы он потерял рассудок от моих прикосновений. Так, как это обычно происходило со мной. Поэтому опустился ниже и прикоснулся губами к его восхитительно набухшей эрекции. Тело здоровяка отозвалось волнительной дрожью, поэтому я не остановился на достигнутом, и дал волю своему языку. Белов глухо стонал, сжав зубы, очевидно стараясь сделать так, чтобы никто не услышал того, что творится в моей комнате. Он и здесь позаботился обо мне, хотя обычно во время секса он не стесняет себя ни в чем. С моей стороны, благодарность и любовь к этому человеку перелилась через край, и я ответил ему взаимными чувствами. Даже когда заставил его развернуться, встать на колени, упереться ладонями в стену, принять меня, даже тогда я продолжил его удовольствие вперед себя, первым доведя своего придурка до логического завершения и лишь потом расслабился сам. Я намочил его, а он мою подушку, после чего мой лоб уткнулся в его спину, а его хозяин продолжая ласкать рукой своего партнера, глупо пытался отдышаться. Мое горячее дыхание оседало на коже его спины, которая ходила ходуном от биения его огромного сердца.

— Это ты ненормальный, — сказал он мне, счастливо рассмеявшись, но все так же не сдвинувшись с места, пока я не успокоюсь. Он всегда делает так. Всегда заботится обо мне, ждет, даже если ждать придется вечность.

— Может быть, но теперь я хочу спать. Ты уйдешь?

— С ума сошел?

— Ну, я не знаю, возможно, ты хотел поговорить с Иваном. Вы давно не виделись.

Я сказал это безразличным тоном, но сам замер в ожидании, боясь услышать его ответ. Я все еще стоял сзади, упираясь лбом в его спину, и поглаживал низ его плоского, твердокаменного живота, это место на нем мне особенно нравилось и в эту секунду, я не смог заставить себя отвести от него руку.

— Кристоф, — хрип Белова с новой силой ухнул в пропасть, — мне никто не нужен. Вообще никто. Кроме тебя. Но если… если ты так продолжишь… то спать… я тебе не дам.

— Может быть, я этого и добиваюсь?

Здоровяк не стал ждать, в мгновение я оказался повален на лопатки и Виктор взялся за старое. С восторгом набросился на беглеца, судя по всему, намереваясь меня не просто взять, но и съесть. Целиком и без остатка.