Дурное поведение - Эмилия Грин

– Мама, это я… – на негнущихся ногах вошла в палату, сталкиваясь с её напряженным взглядом.

– Я даже рада, что теперь ты все знаешь. Прямо, как груз с плеч…

– Скажи, что ты пошутила… Скажи, что это неправда! Мама, пожалуйста…

Комната вращалась. К горлу подступала желчь от воспоминаний о её словах. Холодные, злые, расчетливые – они слетали с родных губ, как дикие пчелы.

– Мария Царева разрушила нашу семью! Из-за неё твой отец спился! А её поганые отпрыски планировали накачать тебя наркотой и пустить по кругу! Неужели ты ещё будешь их защищать?!

– Но Иван Иванович… Он ни в чем не виноват! – глубокий вдох не помог, пульс с безумной силой колотился в висках.

– Он круглый дурак! И если бы я не забеременела, всё могло бы очень быстро закончиться. Зато теперь ты наследница одного из крупнейших состояний России! Неужели плохо?! – мама выгнула рыжеватую бровь, укладывая ладони на своем внушительном животе.

– Руслан… Неужели это правда? – мой голос надломился. – По твоей вине парень столько времени провел в психушке?! – дрожа от озноба, я закрыла глаза.

Сейчас она скажет, что это неправда. Сейчас она скажет, что это неправда…

– Это правда. Он самый умный и опасный из четверки. Зачем нам такие сильные соперники? – она улыбнулась, мягко склонив голову в бок.

– Я прямо сейчас позвоню и все расскажу отчиму! Нужно срочно спасти Руслана! – потянулась за телефоном, вздрогнув от резкого бездушного приказа.

– Стой! Сегодня Ваня порадовал, что придурка выписывают. Могу показать сообщения. Так что все в порядке. Думаю, ему это даже пошло на пользу.

– Ты подмешивала ему наркотики в чай! – я поморщилась – пульс оглушал. – Еще неизвестно, как это повлияло на его здоровье…

– Не разговаривай со мной в таком тоне! – рявкнула мама, сверля меня цепким взглядом. – Я очень устала и хочу отдохнуть. Думаю, не стоит предупреждать, что всё это строго между нами?! Вряд ли из фешенебельных апартаментов в престижном районе Лондона ты захочешь вернуться в нашу двухкомнатную халупу в Москве! – собеседница хмыкнула, как будто мы обсуждали новую серию популярного сериала. Я просто не могла поверить в то, что она говорит. – Приходи завтра, и мы спокойно все обсудим! – примирительно улыбнувшись, она отвернулась на другой бок.

В полном смятении я вылетела из госпиталя и, не разбирая дороги, пошла вперед. В голове бурлил водоворот мыслей. Мама обвела всех вокруг пальца, но она оставалась моей матерью, а еще носила под сердцем ребенка. Однако я не могла обманывать отчима – он не заслуживал этого. Никто не заслуживал…

А Руслан…

Сердце сжалось от мыслей о месяцах ужасов, которые ему пришлось пережить. Поступок матери ставил под сомнение всё, что происходило между нами. Возможно, каждое его слово и жест в мою сторону были результатом психотропных веществ. Пульс все еще отплясывал в ушах. Моя реальность раскрошилась, как пряничный домик.

Пробродив несколько часов в окрестностях больницы, я все-таки вызвала такси и благополучно добралась домой. Дрожа от озноба, распахнула входную дверь, стянула с себя пальто и уже собиралась отправиться под горячий душ, однако, прислушавшись, различила неясные звуки, доносившиеся из кухни:

– Иван Иванович, вы дома? – я положила сумку на пол и направилась в столовую.

Распахнув двустворчатые двери, обнаружила Царёва за столом во мраке сумерек. Перед мужчиной стояла бутылка водки. Он выглядел, как мраморное изваяние, глядя перед собой.

– Твоя мама… никогда не любила меня… Скажи, Агния, ты знала об этом? – он поднял глаза, и мои ноги подкосились.

Не в силах выдерживать усталый измученный взгляд, я уселась напротив, уперев локти в столешницу.

– Нет, – только и смогла выдавить, помертвевшими губами.

– Несколько часов назад парни скинули мне отчет расследования. Они были уверены, что Руслана кто-то подставил. Оказывается, за это время проверили всех, кто мог быть хоть мало-мальски причастен: ближайшее окружение, работников обслуги, охрану, даже некоторых моих баб, которые могли затаить обиду… – Царев выдохнул, туда-сюда наклоняя голову, будто у него тик. – А потом все-таки решили взять грех на душу, ведь кто подумает на скромную беременную, управляющую благотворительным фондом?..

Внутри что-то оборвалось. Его боль была такой силы, что отрикошетила в меня.

– …Сергей Радимов – тот самый врач, который лечил Машеньку в последние месяцы её жизни. Вот такая ирония судьбы. Почему вы с матерью не взяли его фамилию? – спросил срывающимся трескучим голосом, глядя на меня в упор.

– Они так и не поженились официально. Мама не хотела идти под венец с животом, а потом отец начал пить. Так и жили гражданским браком…

– Наивный осел. Пора бы смириться, что с женами не везет… – процедил сквозь стиснутые зубы.

– Видит Бог, если бы я знала, никогда не позволила ей… – отчаяние опоясало каждую клеточку тела, не давая договорить.

– На днях я подам на развод. Эти апартаменты оплачены на полгода вперед, никто не заставляет вас выезжать отсюда. Так же, как и деньги на кредитной карте… Я не хочу шумихи. Да и нет сил копаться в этом дерьме. Единственное, я заберу у твоей матери фонд. Знаю человека, который гораздо лучше способен помогать трудным подросткам… – голос мужчины дрогнул.