На грани фола - Лана Мейер

Когда я еще так расслаблюсь в общественном месте? В Лондоне это едва ли возможно, а в Дубай – где каждый мой шаг не контролирует Астон или папарацци, это вариант идеального вечера. К тому же завтра у меня первая половина дня свободна и можно подольше поспать. Возможно, я успею заглянуть в Дубай молл и подняться на сто двадцать четвертый этаж Burj Khalifa, чтобы разглядеть Дубай с высоты птичьего полета… или не стоит? Ведь я та еще трусиха, и даже на застекленной площадке буду чувствовать себя неуютно на такой высоте, еще и новый приступ себе спровоцирую. У меня не панический страх высоты, дело в другом: психолог говорит, что я просто постоянно нахожусь в состоянии страха, я в нем живу, и поэтому любая ситуация, которая может оказаться стрессовой, может спровоцировать приступ и нервный срыв. И несмотря на то, что их давно не было и сейчас я полностью восстановилась после сложных отношений с Астоном, я все равно все время боюсь… боюсь, что паническая атака накроет также сильно, как в первый раз и никого не будет рядом, чтобы оказать мне помощь.

Состояние жертвы, постоянные страхи и чувство вины – кажется, что я избавилась от этого навсегда, но в глубине души я знаю, что это не так, и этот груз лежит на мне камнем и давит на грудь. Так хочется освободиться, и наконец, задышать свободно… но пока в моей жизни есть Астон, о том, чтобы вздохнуть полной грудью можно только мечтать.

– Как здесь красиво, – мечтательным голосом тянет Миа, ее взгляд оценивающе скользит почти по каждому мужчине, присутствующему в баре. Да уж, я тоже заметила этот межнациональный клад для одиноких девушек – топ-менеджеров самых крупных Американских и Европейских фирм здесь в избытке, правда, как правило все эти красавчики женаты на своей работе. И все же забавно наблюдать за тем, как Миа взглядом опытного сталкера выискивает кандидата на пост своего «принца».

Наверное, я также смотрела на мужчин в ее возрасте. Свято верила в то, что среди них есть ОН, тот самый… и я его встретила. К сожалению. Но даже последнего я сказать не могу с легким сердцем… как? Ведь не будь в моей жизни Уилла, у меня бы не было бы и моей Звездочки.

– Ну улыбнись ты уже ему, – подталкиваю к активным действиям Миа, чей взгляд уже пять минут сканирует одного мужчину у бара. Я заметила, что тот поначалу тоже кидал на нее горячие взгляда, но потом резко остыл – а все потому что, моя ассистентка стоит с каменным лицом королевы и даже не удосужилась ему улыбнуться. Миа из тех девушек, которые считают, что мужчина должен действовать первым, и добиваться ее расположения. Но правда в том, что никто никому ничего не должен и все эти «девичьи правила» – полная чушь, отпугивающая нормальных кандидатов на ее сердце. Помочь что ли?

– Если я буду улыбаться, он подумает, что слишком сильно нравится мне… мужчины же любят загадку, – растерянно протестует девушка, поправляя глубокое декольте черного платья.

– Ну и что? Пусть думает. Он же тебе итак понравился.

– Не хочется быть навязчивой… как все и… – Миа начинает суетиться, постоянно поправляя волосы и сумочку, кочующую с одного плеча на другое.

– Улыбка – это не навязчивость. Улыбка – это приглашение, – томным голосом заявляю я.

– Он подумает, что это приглашение на секс!

– И пусть, – парирую я. – Последнее слово будет за тобой. Если правильно себя подать, конечно. Ты не проститутка, а открытая для знакомств девушка. Ты всегда должна быть «на грани», понимаешь? Сучка и «хорошая девочка» в одном флаконе, – хихикаю я, демонстрируя ей взгляд стервы и милашки по очереди. – Вот пусть и гадает, кто ты на самом деле. Загадка?

– Ну раз ты такая гуру, вперед, – надменно бросает обиженная Миа. – Притяни к себе хоть одного красавчика.

– Легко, – взмахнув волосами, прицельным взглядом быстро нахожу себе жертву. Сейчас, для быстро примера, подойдет любой: поэтому я встречаюсь взглядом с тем, кто уже смотрит на меня – им оказывается мужчина, сильно отличающийся от остальных внешне тем, что явно является местным. Нет времени искать другого, пусть будет араб. Красивый, кстати, хоть такая внешность и не в моем вкусе. Приветливо улыбаюсь ему, задерживая прямой и открытый взгляд на его лице и резко отвожу его в сторону, будто испытываю смущение от воздействия его испепеляющего взора. Наше невербальное общение длится секунд десять, и вот уже мужчина направляется прямо в мою сторону, и продолжает разглядывать меня, ничего и никого вокруг не замечая. Мне даже не по себе становится – настолько целенаправленным и устремленным он выглядит, что я невольно жалею о том, что осмелилась практиковать свои женские чары на восточном мужчине. У таких темперамент хуже, чем у Астона, и его внешность, походка и исходящая от араба уверенность, говорит мне это без всяких слов. Мои пальцы слегка дрожат вместе с бокалом апероля, а внутренне чутье подсказывает: случайно, я поймала в свои сети не маленькую рыбку, а настоящего кита. Миа с любопытством наблюдает за разыгравшейся перед ней сценой, сотканной из наших взглядов, и тут же сама приступает к практике в то время, как расстояние между мной и мужчиной резко сокращается.

А потом происходит такая ситуация, которую можно охарактеризовать так: только со мной могло произойти такое.

Официант, проносящийся мимо на сумасшедшей скорости, случайно задевает мой локоть, и как следствие, бокал с аперолем падает из рук именно в ту самую секунду, когда статного вида мужчина походит ко мне очень близко. Содержимое бокала естественно проливается на его костюм и рубашку, которые стоят как одна моя съемка в Дубай, а стекло с эпичным звоном разбивается о каменный пол. Мне стоит огромных усилий, сдержать парочку матерных русских слов, и сохранить маску истинной, мать вашу, леди.

– О Боже, простите, сэр. Простите, мисс. Это недоразумение… – тут же начинает лепетать официант, но мой взгляд прикован к арабу, полному железного самообладания. Он прекрасно совладает со своими эмоциями, несмотря на то, что я замечаю, как напрягается его челюсть, а губы слегка сжимаются, превращаясь в тонкую линию. У него удивительно правильные черты лица, обрамленные аккуратной щетиной, и к моему удивлению светлые глаза, контрастирующие с черными ресницами и густыми бровями. Энергия влиятельного мужчины сопровождает его повсюду, вместе с тяжелыми мускусными нотами дорого арабского парфюма, олицетворяющего его характер.

– Лучше уберите осколки, – обращается он к официанту, раздвигая губы в едва заметной улыбке. – Иначе леди поранится, – переводит взгляд на меня, отчего у меня зарождается знакомое чувство волнения в груди.

– Да, непременно, сэр, – учтиво кивает официант, чуть ли не кланяясь мужчине. Я боковым зрением замечаю, что Миа куда-то исчезла – видимо и у нее «охота» закончилась успешно. А вот я совсем не планировала завязывать знакомство, но, кажется, мужчина настроен серьезно, и его заинтересованность во мне я читаю в пристальном взгляде зеленых глаз. Красивое сочетание: смуглая кожа, черные волосы и светлые глаза. Необычно. На вид, ему около сорока, что неудивительно – мужчины возраста Уилла Астона слетаются на меня, как пчелы на мед.

– Вы чудесно выглядите. Мне неловко стоять в таком виде рядом с такой красивой девушкой.