Мозг. Тонкая настройка. Наша жизнь с точки зрения нейронауки - Питер Уайброу

С точки зрения поведенческой нейрофизиологии описать среду образовательного развития можно четырьмя простыми словами: привязанность, осмысленность, привычка и доверие. Эти понятия образуют прогрессивную последовательность и отражают процесс взросления, который я уже описывал ранее в главе, посвященной любви. Пятый элемент этой цепочки – возможность, и при ее наличии цикл «образование – взросление» продолжается всю жизнь. Для каждого человека как общественного существа первостепенное значение имеет привязанность; только в рамках надежной взаимной привязанности появляется личностный смысл; а из уверенности, которую несет с собой социальная осмысленность, вырастают эмпатическое понимание и эффективные интуитивные привычки. В этом цикле «образование – взросление», где все эти элементы сплетаются, развивается самоосознание вместе с личным благополучием и способностью доверять другим. Аналогичным образом через эту последовательность мы вырабатываем в себе самостоятельность – способность к самонастройке и разумной адаптации к обстоятельствам, которую мы называем характером. Если же эта последовательность оказывается забыта или разорвана, развитие затормаживается или искажается.

В нашем стремлении к зрелости и самостоятельности мы базируемся на врожденном темпераменте, но характер во многом формируется благодаря тому, что мы узнаем от других, и привычкам, которые мы приобретаем. С точки зрения нейрофизиологии это работа мозгового цикла «восприятие – действие», танец, в котором эмоциональная чувствительность, объединяясь с растущим интеллектуальным осознанием мира, создает интуитивные привычки, убеждения и способность к ответственным действиям, характерные для поведения взрослого человека. Для Адама Смита это были «уроки самообладания», циклический процесс, с помощью которого мы получаем «все большее и большее господство» над собой, переживая гармоничное слияние страсти и разума. Именно через самообладание происходит настройка мозга.

* * *

Самообладание, которое помогает развить правильная система образования, также необходимо для процветания рыночной экономики. США были одним из первых государств, которые осознали важность этого. Клаудиа Голдин^{212}, профессор экономики из Гарварда, в своих работах подробно рассматривает распространение массового образования в Америке на протяжении XX в. и считает, что именно этот процесс сыграл ключевую роль в ее экономическом успехе и восхождении к мировому господству. Корни этих достижений нужно искать в развернувшемся в XIX в. движении за начальное образование и последующем быстром росте доступности среднего образования. К началу 1960-х гг. более чем у 70 % населения США было среднее образование, и этот показатель был гораздо выше, чем в европейских странах. Этот рост шел рука об руку с ростом потребности в грамотной и профессиональной рабочей силе, необходимой для сохранения лидирующих позиций США в технологиях, производстве и международной торговле.

Но сегодня, 50 лет спустя, мы постепенно теряем свои завидные позиции. «Кризис образования угрожает США»^{213}, – провозгласил весной 2012 г. Wall Street Journal. И действительно, сегодня, несмотря на свои честолюбивые устремления, многие молодые американцы образованы хуже, чем их родители. Примечательно, что, хотя 70 % выпускников школ поступают в колледж, многие так и не получают диплома или ученой степени; 43 % от числа студентов, начавших обучение в вузах в 2002 г., через шесть лет их не окончили. В результате США стали отставать от других развитых государств по такому показателю, как доля граждан, имеющих высшее образование, и сейчас находятся лишь на 15-м месте в мире. При этом США тратят на высшее образование больше, чем любая другая страна мира.

Частично эти перемены, в том числе большое число людей, которые поступают в колледж, но не могут его окончить, объясняются дороговизной высшего образования в США^{214}, которая делает его недоступным для многих представителей среднего класса. С 1980 по 2000 г. рост стоимости обучения в американских университетах опережал инфляцию в пять раз. В 2013 г. за год учебы в любом из престижных частных университетов, входящих в Лигу плюща, нужно было выложить около $40 000. Даже в общественных колледжах и государственных университетах из-за сокращения финансирования стоимость обучения и прочих взносов выросла на 72 % и составила почти $9000. Из-за этого общая сумма студенческих займов в США в настоящее время превышает сумму задолженностей по кредитным картам, раздувшись с 41 млрд в 1999 г. до 87 млрд десятилетием позже.

Эти цифры отражают растущее неравенство возможностей получить образование для юных американцев. Похожая ситуация и в Великобритании. Хотя ведущие университеты США сохраняют свои позиции в мире (из 100 лучших мировых вузов половина находится в Штатах) и продолжают выпускать замечательных ученых и деятелей искусств, повышение стоимости образования серьезно ограничивает их доступность. Появляется все больше свидетельств того, что Америка постепенно отстает от других стран по гибкости и широте образования своих граждан^{215}. В 2005 г. Благотворительный фонд Пью профинансировал исследование, в котором участвовали 1827 выпускников восьмидесяти случайным образом выбранных общественных и частных колледжей с двух– и четырехгодичным обучением. Согласно результатам, только 50 % получивших дипломы по окончании четырехлетнего курса обладали базовыми навыками вычислений и грамотности, например умением определить сравнительную ценность потенциальных покупок или проследить логику письменной аргументации. Все это не слишком хорошо для будущего нации.

Идеальное образование помогает развить в человеке способности к мышлению и коммуникации: в демократическом обществе это необходимые социальные навыки. Однако, к несчастью, в культуре, где господствуют конкуренция и ориентация на рынок, очень легко попасться в ловушку мистера Грэдграйнда. Ставя на первое место имеющие экономическую ценность факты, мы рискуем ограничить креативность студентов и превратить процесс обучения в производственную линию, где главным показателем успеха становятся результаты тестов. Человек ставит себе целью поступить в «хороший» вуз, потом получить «хорошую» работу, которая даст возможность вести «хорошую» жизнь, но при этом очень мало внимания уделяется тем вещам, из которых эта «хорошая» жизнь на самом деле должна состоять.