Мозг. Тонкая настройка. Наша жизнь с точки зрения нейронауки - Питер Уайброу

Такой вариант «сборочного конвейера» в образовании во многих смыслах представляет собой скрытую форму центрального планирования, при которой молодые люди являются лишь «винтиками» и должны соответствовать заранее заданным параметрам, чтобы обеспечить их будущий вклад в экономику. Но связь между процветающей экономикой и выученными в колледже фактами не так прочна. Учитывая скорость инноваций в развитых экономиках и все меньшую потребность в непосредственно человеческом труде, очень сложно предсказать, какие работники будут нужны Америке в следующем десятилетии, не говоря уже о следующем веке. С точки зрения здравого смысла лучше учить студентов самостоятельному мышлению и самоконтролю, необходимым для развития интеллектуальных навыков, которые будут полезны для них самих и для общества и позволят им адаптироваться и учиться на протяжении всей жизни.

Однако, если рыночное потребительское общество не может достичь максимальных экономических показателей, это считается провалом. Если цель образования состоит в поддержании экономического роста, то это чревато пренебрежением к удовлетворению нужд демократического общества в коллективной мудрости, хотя разработка новых товаров, несомненно, стимулирует технологические инновации и потребительские желания. Как отмечают Джеймс Энгелл и Энтони Дэнджерфилд^{216} в книге «Как спасти высшее образование в эпоху денег» (Saving Higher Education in the Age of Money), «родители и ученики больше не выбирают лучшее образование, которое могут купить за деньги… (но) вынуждены выбирать колледж… который потом принесет больше денег им». Вполне понятно, почему в конкурентном обществе семьи стремятся вложить деньги так, чтобы сохранить позиции на неустойчивом глобальном рынке рабочей силы. Но если определять качество образования в колледже только путем экономического анализа, то вузы перестанут соответствовать своим более широким образовательным функциям. Наши университеты постепенно становятся тоже ориентированными на потребление.

Фундаментальная истина состоит в том, что покупка образования – это совсем не то, что покупка холодильника^{217}. Студенты больше подобны мастерам-ремесленникам, чем потребителям: они не пассивно используют продукт, а создают собственный набор знаний, взаимодействуя с преподавателями, сверстниками и другими людьми, оказывающими на них влияние. В результате должна получаться гармоничная личность, которая представляет собой мощный инструмент экономического процветания. Таким образом, в нашем быстро меняющемся мире гарантии занятости и личного счастья остаются теми же, что и были всегда: сила характера и способность к самоконтролю, то есть нравственные черты, которые дают человеку возможность постоянно учиться и быть ответственным гражданином. Я считаю, что главная задача высшего образования – воспитание качеств, составляющих эти сильные стороны характера: критического мышления, аналитических навыков, чувства справедливости, понимания прекрасного и эмпатии. Результат такого тонкого процесса невозможно измерить в рыночных показателях, как выгодность покупки того или иного холодильника. Высшее образование должно взять на себя ответственность за развитие самосознания студентов и за понимание ими человеческой природы. Короче говоря, обеспечить нам лидерство в будущем может только расширение образовательных возможностей.

* * *

Британский экономист Джон Мейнард Кейнс, получивший диплом математика в Кембридже в 1904 г., верил в нравственное значение образования – в то, что основная общественная роль университетов^{218} заключается в развитии интеллекта и характера путем оттачивания в студентах навыков размышления и общения. Если присутствует эта основа, считал Кейнс, то частности любой избранной профессии освоить гораздо легче.

Сегодня, через сто лет, с Кейнсом совершенно согласен Джордж Боуэн, читающий лекции по менеджменту в Королевском колледже и Бизнес-школе имени Саида при Оксфордском университете. Я познакомился с Джорджем на борту парома, плывшего по Ирландскому морю в штормовую погоду, – ничего опасного для жизни, однако достаточно неприятно, чтобы способствовать разговорам с попутчиками, – и очень скоро мы обнаружили общность интересов в теме образования. Джордж, который начал свою преподавательскую карьеру после нескольких десятилетий, проведенных на руководящих постах в текстильной промышленности, – горячий сторонник системы тьюторов, или наставников, которая является отличительной особенностью оксфордского образования с XIX в., а как неформальная традиция существует гораздо дольше.

Как объяснил мне Джордж как-то днем, когда мы сидели в комнате отдыха преподавателей в Королевском колледже среди мрачных портретов королей и давно почивших принцев, главным упражнением для развития навыков рассуждений и коммуникации служит эссе. «Я знаю, это звучит слишком просто, – говорил Джордж, устроившись в кресле с чашечкой кофе, – но студенты приходят в Оксфорд для того, чтобы научиться писать эссе. Каждую неделю на протяжении всего учебного года каждый студент пишет мини-работу по теме, которую выбирает вместе с наставником». Главная цель этого упражнения – научиться логически выстраивать аргументы, подводя к конечным выводам.

«Я говорю своим ученикам, – продолжает Джордж, – что, если они хотят доказать, что луна не желтая, а зеленая, все в порядке. Мы не спорим о том, что верно, а что нет. Мне просто нужно увидеть, как они выстраивают свою аргументацию и логичны ли сделанные выводы. Я хочу, прочитав два абзаца, понять, как они видят тему своего сочинения, прежде чем пускаться в объяснения. Нам не нужно, чтобы все вопросы были поставлены с самого начала, главное, что автор обдумал тему и лишь затем начал писать. Следовательно, задание состоит в том, чтобы кратко рассмотреть литературные источники, развить свою аргументацию и прийти к разумным выводам.

При оценке эссе 30 % – это структура, 30 % – содержание, а все остальное – это сила и оригинальность доводов, – продолжает Джордж. – Это означает, что студент должен не просто ознакомиться с суждениями авторитетов в данном вопросе, но и дополнить их собственными источниками и авторами. Нам нужно, чтобы студенты не рассказывали нам, что написано в книгах (подразумевается, что они должны читать их), а сопоставляли то, что в них написано, и включались в обсуждение проблемы, излагая собственные мысли».