Наука раскрытия преступлений - Борис Геллер

Автомобиль — одно из самых часто встречающихся вещественных доказательств. Из-за размеров и сложности обследования мы считаем его не предметом, а местом преступления. Сценарии преступлений, в ходе расследования которых машина подвергается проверке, бывают самые разные. Нападение на водителя такси; угнанный автомобиль, использованный в преступных целях; изнасилование, совершенное в машине; похищение человека; хранение или перевозка трупа; заминированный автомобиль; транспортировка наркотиков и оружия. Вы с легкостью добавите еще несколько. Поскольку в ходе дактилоскопической и ДНК-экспертиз место преступления претерпевает существенные косметические изменения, для эксперта важно принять решение о том, какие повреждения транспортного средства оправданны при проверке в сложившихся обстоятельствах и с точки зрения закона.

Водитель такси, ограбленный и избитый преступниками, хочет как можно скорее выписаться из больницы и снова сесть за руль. Каждый день простоя бьет его по карману. По этой причине он, как правило, не заинтересован в длительной, тщательной проверке его такси на отпечатки пальцев и ДНК. Ведь такая процедура занимает два-три дня, а машина потом нуждается в ремонте. С точки зрения полиции переплет, в который попал таксист, классифицируется как вооруженное ограбление и попытка убийства, то есть как особо опасное преступление, и его расследование согласно протоколу требует применения всех имеющихся в распоряжении криминалиста средств. Как быть? Приходится балансировать, подобно акробату на канате, между профессиональным долгом и чувством сострадания.

А вот машина, принадлежащая человеку, который сбил пешехода и скрылся с места аварии. Камеры на ближайшем перекрестке зафиксировали номер автомобиля, но лица водителя не разглядеть. Задержанный хозяин машины, конечно же, будет рассказывать, что ее угнали, а он всю неделю провел на даче и даже заявление в полицию подал. Преступление тяжкое, средств и времени мы не жалеем. К счастью, при ударе раскрылась подушка безопасности. Вырезаем из нее несколько кусочков и передаем коллегам-биологам, в лабораторию ДНК. Опыт давно научил их, в каком месте и каким образом искать мельчайшие следы слюны, крови, выделений из носа. ДНК-профиль водителя восстановлен и совпадает с профилем владельца. Ближайшее будущее его очень безрадостно, и не важно, чей он сын, брат или отец.

Большинство автомобилей, поступающих на экспертизу, находятся не в лучшем состоянии: стекла разбиты, корпус покорежен, внутри толстый слой пыли. Зачастую замешанную в преступлении машину находят нескоро, а время всегда работает против криминалиста. Отпечатки высыхают, стареют, покрываются грязью и стираются.

Бывает, и нередко, иная крайность. Преступники так тщательно вымыли и пропылесосили автомобиль, что шансов найти в нем что-либо почти никаких. Но правонарушители так поступают, когда у них есть время или по каким-то причинам жалко «тачку». Гораздо чаще машину пытаются сжечь. Если пожарные подоспеют вовремя, они зальют будущий вещдок пеной и водой.

Даже в случае, когда автомобиль найден неповрежденным, неизбежные коррективы внесут коллеги-саперы. Минирование машин преступниками — дело обычное. Самодельное взрывное устройство может находиться под днищем, капотом, сиденьем — да, в принципе, где угодно. Чтобы искалечить или даже убить человека, находящегося в маленьком закрытом пространстве, нужны мизерные дозы взрывчатки. В израильской практике, в условиях ежедневной готовности к террористической атаке ни одно транспортное средство не будет доставлено на территорию полицейского участка прежде, чем его исследует сапер. А это значит снятые дверные панели, пластики, сиденья. В Израиле, в отличие от многих других государств, саперная служба не входит в состав криминалистических подразделений, у нее свое начальство, свои протоколы работы, и согласование деталей — подчас дело непростое. Спасает положение тот факт, что страна маленькая, полиция одна, и люди, если даже и не все всех знают, изначально настроены на помощь и взаимовыручку.

Так как же проверяется машина экспертом-криминалистом? Ответ: поэтапно.

Прежде всего снаружи — визуально, при помощи специальных сильных источников света. Есть ли что-то напоминающее кровь? Видны ли следы рук, отпечатки подошв ботинок? Ведь есть любители в сердцах пнуть дверцу водителя ногой.

Затем следует тщательный обыск внутри салона и в багажнике. Делать это можно в произвольной форме, но систематически. По часовой стрелке, против нее, но без скачков с места на место. Всё найденное рассматривается в трех аспектах: годится ли оно для выявления отпечатков, применимо ли для ДНК-анализа и полезно ли для следствия.

Осматриваем все мельчайшие ниши и карманы, под сиденьями, под ковриками, за солнцезащитным щитком. Есть ли на подголовниках волосы? Что из обнаруженного может использоваться для восстановления профиля ДНК? Расчески, жевательная резинка, зубочистки, надкушенные булочки и иная еда, бутылки из-под воды или соков и многое другое. Есть ли в машине документы, по которым можно восстановить хоть что-то касающееся прошлого тех, кто ею пользовался? Бланки выписанных штрафов, парковочные талоны, визитные карточки, квитанции с бензозаправочных станций, любые записки с именами и телефонами?

Такое обследование занимает около часа, и торопиться на этом этапе ни в коем случае нельзя. Грамотно проведенный обыск в салоне может сэкономить следствию дни и недели.

Хорошо помню дело серийного преступника. Он подбирал на дороге женщин, завозил их в ближайшие промзоны и, изнасиловав, выкидывал очередную жертву из автомобиля. Пять пострадавших обратились в полицию, и рассказанные ими истории оказались похожи. Во всех фигурировал водитель, лицо которого было частично закрыто большими темными очками и длинным козырьком бейсболки, так что женщины затруднялись точно описать его внешность. Через какое-то время полиция вышла на подозреваемого — холостого зубного техника, 46 лет от роду, владельца машины Ford Mondeo. Судья разрешил провести в машине скрытый обыск. В кармашке на тыльной стороне солнцезащитного козырька я нашел надрезанное ножом удостоверение личности некой Марины Р. Марину обнаружили через пару дней в Эйлате — она была шестой жертвой маньяка. Как недавняя иммигрантка, она плохо знала язык и местные реалии и поэтому в полицию не обратилась. В итоге Марина оказалась очень важной свидетельницей. Дело в том, что в ходе борьбы в машине женщине удалось сорвать очки и шапку с насильника, и она весьма толково смогла его описать, а впоследствии и опознать. На допросе преступник сознался во всех шести эпизодах и рассказал, что выпавшее удостоверение Марины сначала хотел порезать и выбросить, но потом оставил «на память». Думаю, что в течение 17 лет, которые он провел в тюрьме, он ее часто вспоминал.

Лишь после тщательного обследования корпуса и салона машины начинается работа по поиску отпечатков пальцев. Вы уже достаточно грамотны и помните, что сначала идут оптические методы, не меняющие состояние поверхности. Затем — жидкие порошки, которыми обрабатывается корпус автомобиля, а уж потом суперклей в салоне. И лишь на последнем этапе — красители.