Игра случая. Математика и мифология совпадения - Джозеф Мазур

Совершенное понимание последовательностей четырех нуклеотидов, составляющих ДНК, не настолько важно, но знание о том, что пробы легко могут оказаться подвержены загрязнению и что пары нуклеотидов, редкие в одних популяциях, встречаются чаще в других, может иметь огромное значение для судьбы подозреваемого.

Истинность доказательства (вины или невиновности) может находиться под влиянием скрытых от нас совпадений, а общественности никогда не следует выносить какие-либо суждения о виновности или невиновности, основывая их только на экспертизе ДНК и показаниях очевидцев. На это можно надеяться, если создать у общественности понимание всей сложности вопроса, тогда СМИ и присяжные будут понимать, что доказательства, рассматриваемые в ходе уголовного процесса, независимо от того, насколько научно их объяснение, не всегда столь истинны, как это изображают в зале суда.

Пятеро обвиненных в преступлении подростков дали признательные показания, когда их арестовали.

Зачем, спросите вы, невиновному признаваться в преступлении, которого он не совершал? Существует серьезное заблуждение насчет точности судебного процесса, поддерживаемое образами американского уголовного правосудия, созданными телевидением и кино. Прежде всего мы должны понимать, что в американских тюрьмах находятся 2,2 млн человек, и более 2 млн из них – потому что согласились на сделку с правосудием, чтобы избежать риска рассмотрения дела судом присяжных, который может потребовать максимально сурового наказания. Для резонансных преступлений, таких как изнасилование или убийство, ставкой может быть пожизненное заключение или смерть. Иными словами, обвиняемый, признаваясь в преступлении, которого не совершал, делает это на основе оценки рисков, затрат и возможных выгод. Это один из естественных вариантов самозащиты, вызванный давлением со стороны несовершенной системы органов уголовной юстиции. Несовершенной, потому что сделка с обвинением почти всегда подтверждает вину и преимущество всегда оказывается на стороне обвинения. Можно подумать, что немногие из несправедливо обвиненных пойдут на это, но проект «Невиновность» сообщает, что 10 % обвиняемых идут на сделку с обвинением и признаются в преступлениях, которых не совершали, и что примерно в 30 % дел, где обвиняемых оправдывают по результатам экспертизы ДНК, они ранее подписывали признательные показания. Многие из обвиняемых находятся в заключении, на них оказывается давление, они юридически неграмотны, не понимают, что именно подписывают, почти всегда считают, что избегают более сурового наказания. Пятеро обвиняемых из Центрального парка были детьми, которыми манипулировали, на них воздействовали лживыми посулами о том, что они «пойдут домой», как только признают свою вину.

Признание в виде сделки со следствием дает небогатому человеку с ограниченными средствами и другими жизненными проблемами возможность получить менее суровый приговор. По мнению Джеда Рэкоффа, районного судьи по судебному округу Южный Нью-Йорк: «У каждого адвоката по уголовным делам… бывали случаи, когда клиент сначала говорит адвокату, что невиновен, а потом, когда ознакомится с предварительными материалами государственного обвинителя, заявляет, что виновен… Но иногда ситуация прямо противоположная, и клиент уже лжет своему адвокату, говоря, что виновен, хотя на самом деле это не так, потому что вдруг решил взять вину на себя… Однако [американцы] редко рассматривают возможность того, что ответчик может быть совершенно невиновен, но его вынуждают признаться в менее тяжком преступлении, потому что последствия проигрыша при рассмотрении дела судом могут оказаться слишком серьезны, чтобы так рисковать»^{137}.