Рискуя собственной шкурой. Скрытая асимметрия повседневной жизни - Нассим Николас Талеб

Людям, выживание которых зависит от качественной «оценки работы» начальством, нельзя доверять важные решения.

Хотя на работников по определению можно положиться, остается проблема: им нельзя доверять принятие решений, трудных решений, любых решений, предполагающих серьезный выбор. Не справляются они и с чрезвычайными происшествиями, если только это не их профессия, как, скажем, у пожарных. Объективно функция работника очень проста: выполнить задание, которое его или ее начальник считает необходимым, или удовлетворить какой-нибудь поддающийся манипуляции критерий. Если работник, придя утром в контору, увидит потенциально выгодную возможность – скажем, что можно продавать антидиабетические продукты предрасположенным к диабету гостям из Саудовской Аравии, – он не может сдержаться и рвется в бой, даже если официально торгует осветительными приборами и продает канделябры старомодным вдовам с Парк-авеню.

Может быть, работник обязан предотвратить ЧП, но, если план вдруг меняется, работник не знает, что ему делать. Паралич может возникать из-за того, что распределение обязанностей размывает ответственность, но есть и еще одна проблема – масштаб.

Мы видели эту проблему в ходе вьетнамской войны. Большинство (предположим) считало, что этот образ действий абсурден, но проще продолжать, чем прекратить, – в особенности потому, что всегда можно придумать тысячу причин, почему так будет лучше (модификация басни «Лиса и виноград», ныне известная как когнитивный диссонанс). Мы видели ту же самую проблему в отношении США к Саудовской Аравии. После нападения на Всемирный торговый центр (бо́льшая часть террористов были саудовскими гражданами) ясно, что кое-кто в непричастном королевстве так или иначе приложил руку к атаке. Однако бюрократы, страшась перебоев с нефтью, не приняли верного решения и поддержали вместо этого абсурдное вторжение в Ирак, потому что так им казалось проще.

С 2001 года политика борьбы с исламскими террористами заключалась, как бы это помягче, в том, чтобы не замечать в комнате слона: мы лечим симптомы и игнорируем болезнь. Политуправленцы и медленно соображающие бюрократы тупят, позволяя терроризму расти и игнорируя его корни, – ведь это оптимальный образ действий, чтобы сохранить свое место, даже если это не оптимальный образ действий для страны. Мы потеряли целое поколение: те, кто после 11 сентября ходил в среднюю школу Саудовской Аравии («нашего союзника»), повзрослели, прониклись верой в салафитское насилие и его поддерживают, в том числе финансово. Хуже того, ваххабиты используют прибыль от нефти, чтобы ускорить промывку мозгов через медресе на Востоке и на Западе. Вместо того чтобы вторгаться в Ирак, взрывать Джихадиста Джона и других террористов по одному, увеличивая тем самым их численность, нужно было сосредоточиться на главном источнике проблем: ваххабитское/салафитское образование и распространение нетерпимых верований, по которым шииты, езиды и христиане – отклонение от нормы. Но, повторю, такое решение не может быть принято сборищем бюрократов с описанием должностных обязанностей.

То же самое случилось в 2009 году с банками. Я уже сказал в первой части пролога, что администрация Обамы стала соучастницей бизнеса Боба Рубина. Есть множество свидетельств того, что эти люди боялись раскачивать лодку и перечить своим дружкам.

Представьте, как действовали бы в этой ситуации люди, ставящие на кон шкуру вместо ежегодной «оценки работы», и вы увидите совершенно другой мир.