Как не ошибаться. Сила математического мышления - Джордан Элленберг

Новые статистические данные иллюстрируют все более ужасающее^[80] расхождение между уровнем благосостояния богачей и всех остальных, а также говорят об отчаянной необходимости решить эту наболевшую проблему. Даже в стране, в которой, как порой кажется, все привыкли к неравенству в распределении доходов, эти выводы кажутся поистине поразительными.

Когда страна в 2010 году продолжала восстанавливаться после экономического спада, целых 93 % дополнительного дохода, созданного в стране в том году по сравнению с показателем 2009 года (288 миллиардов долларов), перешли в руки 1 % самых богатых налогоплательщиков, доход которых составляет минимум 352 000 долларов. …Оставшиеся 99 % получили в 2010 году микроскопическое повышение оплаты труда в размере 80 долларов на человека с учетом инфляции. У верхнего 1 % налогоплательщиков, средний доход которых составил 1 019 089 долларов, доходы возросли на 11,6 %^{57}.

В статье содержится красивая инфографика, которая разбивает прирост дохода еще дальше: 37 % прироста дохода приходится на сверхбогатых людей, составляющих 0,01 % самых богатых людей, 56 % дохода получает оставшаяся часть 1 % богачей, и мизерных 7 % приходится на остальные 99 % населения. Можно сделать небольшую круговую диаграмму, отображающую это распределение дохода.

Стоит разрезать этот пирог еще раз и выяснить, что происходит не с одним процентом населения, а с верхними десятью. К этим 10 % относятся семейные врачи, не самые престижные адвокаты, инженеры и управляющие, принадлежащие к верхушке среднего класса. Насколько велика их доля в нашем пироге, можно вычислить по данным Пикетти и Саеза, которые они весьма любезно выложили в интернете^{58}. И здесь обнаруживается нечто интересное. Средний доход этой категории американцев в 2009 году равнялся 159 тысячам долларов, в 2010 году их доход увеличился незначительно и составил 161 тысячу долларов. Это довольно скромный прирост по сравнению с увеличением дохода у 1 % самых богатых людей, однако он составляет 17 % от общего прироста дохода за период с 2010 по 2011 год.

Попытайтесь поместить 17 %-ный кусок пирога с долей 93 %, которая приходится на 1 % налогоплательщиков, – и получится, что пирог у вас больше тарелки.

Если сложить 93 % и 17 %, то сумма получится более 100 % – как такое может быть? И все-таки может, поскольку у населения, составлявшего 90 %, действительно был более низкий средний доход в 2011 году по сравнению с 2010 годом, независимо от того, происходило ли оздоровление экономики или нет. Отрицательные числа в данной ситуации делают проценты ненадежным показателем.

Анализ данных Пикетти и Саеза за разные годы обнаруживает такую закономерность снова и снова. В 1992 году 131 % прироста дохода в стране пришелся на 1 % получателей дохода. Безусловно, эта цифра впечатляет, но она явно указывает на то, что процент не всегда означает то, к чему вы привыкли. Вы не можете отобразить 131 % на круговой диаграмме. В период еще одного памятного экономического спада, в 1982–1983 годы, 91 % прироста национального дохода пришелся на 10 % населения, а не на 1 %. Означает ли это, что результатами экономического подъема завладели умеренно богатые профессионалы, оставив средний класс и очень богатых людей позади? Ни в коем случае. У 1 % также случилось существенное увеличение дохода, составившее 63 % от прироста национального дохода. Тогда, как и сейчас, на самом деле происходило вот что: нижние 90 % населения по-прежнему теряли почву под ногами, тогда как положение всех остальных улучшалось.