Слово как улика. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас - Джон Олссон

Также мне показалось любопытным то, что мистер Гонсалес рассматривает смертельные угрозы в адрес господина Обломова исключительно в плоскости проблем, существующих между ними: «Все мы пришли к заключению, что кто-то пытается рассорить нас с вами и раздувает это дело», – и: «Кое-кто из бывших сотрудников проявил большой интерес к этому делу, и у меня есть предчувствие, что нельзя отметать возможность их участия в раздувании этой ссоры».

Это тоже еще ничего не говорит об авторстве, но подводит нас к следующему пункту: упоминания «кого-то» и особенно фраза «кое-кто из бывших сотрудников» в письме Гонсалеса явно отсылают к словам «некоторые из них, кажется, работали в вашей компании» из первого анонимного письма. Отметим также параллель между «Кто-то из вашей компании помогает им с подробностями» в том же письме и «кто-то слил им сведения». Как и многие анонимные письма, тексты 1 и 2 полны намеков. Так, в анонимках присутствуют расплывчатые фразы «группа людей» и «какие-то загадочные люди», в письме же Гонсалеса присутствует упоминание «кого-то».

Также примечательно, что и в анонимных письмах, и в письме Гонсалеса утверждается, что сведения сливает один человек, а в заговоре участвуют более одного бывшего сотрудника.

Рассматривая ряд анонимных сообщений, важно помнить, что они могут быть написаны более чем одним автором. Мне показались интересными такие связи между текстами, как упомянутые отсылки к «каким-то людям», очевидно, безграмотное использование предлогов со словом «жизнь» – «они за вашей жизнью», «угроза к вашей жизни», «рисковать со своей жизнью» и «настоящие убийцы» вместо «настоящей угрозы». Хотя это определенно не признаки единого авторства, я бы не сказал, что они не могут на него указывать.

Наконец, я обращаю внимание читателя вот на это предложение из текста 2: «автор анонимного документа теперь известен публике». Я думаю, что здесь автор имеет в виду, что «публике» стало известно о получении Обломовым анонимного документа. Это похоже на «Я прошу вас убедить автора документа открыться публике» из письма Гонсалеса тем, как использовано слово «публика». Дело не только в коллокации^[34] слов «автор», «документ» и «публика», но и в первую очередь в том, как использовано слово «публика». В пассаже «автор анонимного документа теперь известен публике» под «публикой» пишущий подразумевает людей из компании Обломова, а не широкую публику. Я полагаю, что подобное толкование применимо и к письму мистера Гонсалеса: «Я прошу вас убедить автора этого документа открыться публике, открыться хотя бы вам». Он начинает с предложения Обломову «убедить автора… открыться публике». Однако это вновь не означает того, что автор должен открыться широкой публике, а лишь господину Обломову или компании господина Обломова, как становится понятно из «открыться хотя бы вам». Итак, слово «публика» в обоих текстах используется в очень специфическом значении, во всяком случае – в очень специфическом контексте.

В этом месте анализа я должен сказать, что мне больше нечего добавить: определенно, между письмом Гонсалеса и анонимными текстами есть связь, но больше ничего сказать нельзя. Я, конечно, не стал бы исключать его из списка возможных авторов. К сожалению, я больше не видел ни одного текста этого анонимного автора или авторов, так как вскоре после получения мной этого заказа господин Обломов исчез из виду. По сей день я не знаю, что с ним случилось.