Слово как улика. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас - Джон Олссон

«Я лишь хотел прострелить окно фургона. Стрельба у Толстяка была запугиванием, которое слишком далеко зашло».

Профессор Клиффорд провел эксперимент с 57 участниками с разными социальными характеристиками (возраст, социальная категория, профессия). Одной из групп были предоставлены сведения о контексте приведенного высказывания. Участников попросили записать то, что им скажут, а именно – вышеприведенное высказывание, процитированное офицерами полиции: «Я лишь хотел прострелить окно фургона. Стрельба у Толстяка была запугиванием, которое слишком далеко зашло». Эксперимент показал, что ни один из его участников не смог дословно воспроизвести сказанное. Точность вспоминания в группах, получившей и не получившей сведения о контексте, отличалась незначительно. Средний уровень вспоминания составил 30—40%. Это согласуется с экспериментами других психологов и лингвистов. Даже через несколько секунд после просьбы вспомнить сказанное точная формулировка скорее всего не будет воспроизведена, особенно если произнесенная фраза длиннее семи или восьми слов.

Сопоставьте это с утверждением защиты и ее свидетелей в нашем случае: самая длинная фраза состоит из 14 английских слов, и утверждается, что ее вспомнили дословно через несколько лет: «… это очень хороший преуспевающий дом престарелых и возможность, которую не следует упускать…». Все это особенно удивительно, если принять в рассмотрение низкую точность воспоминаний ответчиков касательно времени и дат – даже в связи с важными событиями, такими как переговоры, они употребляли выражения «в нескольких случаях», «при дальнейшем обсуждении», «позже оказалось ложным» и так далее. Я попросил мистера Уилера попытаться раздобыть самостоятельные дословные рассказы ответчиков, письменные либо, предпочтительно, устные. Однако ответчики и их свидетели, по совету своего адвоката, отказались предоставлять подобную информацию.

Утверждаемая точность перечисленных выше формулировок тем более удивительна, что эти формулировки совершенно заурядны. В самом деле, у них много общего, в них несколько раз появляются слова «возможность», «предприятие» и «хороший». Подтверждая общий характер этих фраз, большинство корпусных исследований покажут, что слова «хороший» и «возможность» часто встречаются вместе, как и слова «упущенный» и «возможность». Типичными примерами общепринятых речевых формул, используемых в тех случаях, когда под вопросом достоверность высказываний, являются указания точного времени (например, 9 часов утра, 5:30 и так далее), точной продолжительности временного отрезка (например, 18 месяцев, 14 дней и так далее), упоминания распространенных имен собственных (например, Джон Смит, Фред Браун и так далее), названий распространенных блюд (например, «пицца и картошка») и стандартные оправдания (например, «у меня не завелась машина», «у меня разболелась голова» и так далее). Ответчики утверждали, что слова мистера Уилера подтолкнули их к приобретению предприятия и аренде его собственности. Язык убеждения задействует бесчисленные лингвистические средства побуждения, завлечения и влияния, в том числе риторические и поэтические приемы вроде аллитерации, рифмы, дополнительных значений, использования ключевых слов и так далее. И тем не менее, насколько я могу судить, вышеприведенные цитаты лишены каких-либо подобных элементов, равно как и других методов убеждения. Единственные прилагательные в них – «хороший» и «преуспевающий», а также «маленький». Это слово в контексте убеждения весьма любопытно: «хорошее маленькое предприятие» – это такое, за счет которого владелец может рассчитывать на разумную прибыль. Этот термин вряд ли применим к предприятию с оборотом в два миллиона фунтов в год. В этом контексте я ожидал бы таких слов, как «существенный», «устоявшийся» – относящихся к репутации, эффективности, положению в обществе и так далее. Само по себе слово «преуспевающий» может быть сильным, но в сопровождении слов «очень хороший», на мой взгляд, оно несколько обесценивается.

Даже если мистер Уилер сказал нечто подобное потенциальным покупателям или кому-то из своих знакомых, разве можно утверждать, что он пытался быть более убедительным, чем любой другой предприниматель в подобных обстоятельствах? И конечно, имеет смысл спросить, странно ли то, что продавец пытается убедить кого-то что-то у него купить, и даже если так, то является ли это достаточной причиной задерживать арендную плату в течение нескольких лет? В своем вердикте по этому делу суд постановил, что нет никаких оснований полагать, будто мистер Уилер повел себя неэтично или недобросовестно, и уж тем более – что он нарушил закон. С точки зрения судьи, заявления ответчиков были не более чем циничной уловкой с целью избежать справедливой платы по своим обязательствам. Дело было решено в пользу мистера Уилера. Арендаторам было предписано возместить убытки и погасить задолженности по арендной плате.