Travel-журналистика. Путешествуйте и зарабатывайте - Григорий Кубатьян

Прочитать длинный текст, так же как съесть слона, в один присест трудновато, а по кусочкам – запросто. Главки и абзацы разбивают рассказ на части, придают ему ритм.

Можно выстроить текст по принципу песни. В качестве припева используется сквозная идея, определённый тезис, повторяемый рефреном. Например, «Калькутта – бегущий город», «Гонконг никогда не спит» или «Египет – полицейское государство». А в «куплетах» вы эту мысль подтверждаете примерами.

Ритм могут задавать и просто декоративные «отбивки». Как в телевизионных или радионовостях. Некоторые события или звуки, не имеющие видимой привязки к основному действию, но позволяющие разделить текст на куски. Они также могут символизировать что-то, создавать атмосферу или нести дополнительную мысль.

Например, можно ввести персонажа, который будет появляться и исчезать. Помните фильм «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»? Там был персонаж-«отбивка», нескладный худой мальчик с сачком, который всё время спрашивал:

«А что это вы здесь делаете?»

У Михалкова в фильме «12» в промежутках между сценами бежала собака с человеческой кистью в руках. В фильмах Марка Захарова в кадре появлялся шутовской оркестр. А в индийском кино сцены фильма отделены одна от другой всеобщими песнями и плясками.

В качестве подобного «припева» в литературе и кино используются характерные фразы. Их повторяют главные герои. Письмо красноармейца Сухова: «Любезная моя, Катерина Матвеевна…». Или тянущаяся из фильма в фильм: «Бонд! Джеймс Бонд!»

Для рассказа «Жизнь во вьетнамском стиле» (GEO, 2013) я использовал в качестве отбивок случайные звуки.

…Главная торговая улица Фантьета будто разбита на сектора. В одной части продают подержанные мотороллеры, в другой – котлы и кастрюли, а в той, где оказались мы с женой, прямо на тротуар выставлены плетёные кресла, коренастые тумбочки и изящные книжные стеллажи. Всё, что необходимо, чтобы обставить жильё во вьетнамском стиле.

Пока жена разговаривает с продавцами, я захожу внутрь магазина. Здесь темновато: нет окон, а свет проникает в помещение из ведущей на улицу двери. Это и не дверь даже, а скорее ворота, как в гараже. На ночь товар вносится внутрь, ворота запираются, и магазин становится обычным частным домом. То, что это жилой дом, заметно и днём. Телевизор на столе показывает сериал, на спинках стульев висят детские распашонки, а на кафельном полу у стены спит дедушка, его плетёная остроконечная шляпа и бамбуковая трость покоятся рядом.