Сказки для всей семьи. Арт-педагогика на практике - Саид Валиев

Время шло, Пушистик рос и всё больше встречался с товарищами по Приключению, у которых лучики были покрыты серым налётом, а то и темнели острыми шипами. Он стал опасаться этих встреч, нежное тело уже несло много отметин от таких прикосновений. И однажды, взглянув на свои лучики, Пушистик обнаружил, что неприятный налёт, обнаружившийся на них совсем недавно, вдруг превратился в острые колючки. Сквозь них герой наш с грустью и тоской посматривал на шипастые клубочки соседей, выбирая себе в близкие попутчики тех, у кого колючки были чуть мягче и короче. А Социализация начала вводить нашего героя в мир Взрослых.

– Кто такие эти Взрослые?! Взрослые были очень похожи на Родителей. Только Родители были нежными, удивительно добрыми, всевидящими и справедливыми. А Взрослые оказались странными существами – говорили не то, что думали, делали не то, что хотели, а снаружи были покрыты тяжёлыми металлическими пластинками, между которыми выглядывали длинные шипы, опасными не только на вид, но и на ощупь. Когда Взрослые накатывались сослепу на маленьких соседей (а за глухой бронёй вообще мало что видно), то слабые скорлупки трещали и ломались. И Пушистик часто становился беззащитным и долго болел после таких наездов и уколов. Изредка Взрослые играли в странную игру, она называлась «Воспитание». Взрослый, нависая над маленьким Пушистиком, рассказывал, как правильно надо слушаться тётю Социализацию, а если её не будешь слушаться, то кто угодно может сделать больно маленькому. Так же нужно слушаться Взрослого, иначе Взрослый «разозлится» и «достучится» до непослушного. Что такое «достучаться», Пушистик уже хорошо знал и совершенно не питал желания стать объектом постукивания. Иногда эти Взрослые сталкивались друг с другом, и от порождаемого визга и скрежета рождалась некрасивая Какофония. Она была разная, но когда Пушистик слышал её, он её сразу узнавал и не мог на Неё смотреть без содрогания. Какофония оказалась такой гадкой, что без всякого спросу проникала внутрь Пушистика, плющила и творила с ним что-то невообразимое! Чтобы защититься от Какофонии, Пушистик нарастил свой первый панцирь. За этим панцирем далекие Родители стали казаться милыми сказочными героями, которые о тёте Социализации никогда не слышали и с её законами никогда не сталкивались.

Долго ли, коротко ли, Пушистик наш стал самым настоящим Броненосцем. Каждый день был заполнен «делом». Броненосец каждый день дружил дружбу с Социализацией. Выглядело это так: он просыпался, хмуро сталкивался в ванной с мрачным типом в зеркале, цеплял-чистил-подкрашивал свою броню, выкатывал на улицу во всеоружии и в течение дня с сотнями таких же стальных клубочков визжал сталью, требовал себе место под Солнцем и отстаивал свои «права», укрепляя собственную броню. При этом наш герой не забывал попробовать на прочность броню соседа. Иногда Броненосец дружил с теми, кто был выкрашен в синий цвет, против зелёных, иногда за зелёных против красных. Короче, был занят.

Глава третья. Подарок

И тут, в череде серых дней, мелькнул отсвет Приключения, похороненного в глубине забытой нежной сердцевины! Он увидел Ёе! О, конечно, Она тоже была в панцире, а Ёе колючки были так же остры и внушительны, как и у всех других. Но это уже не имело ровно никакого значения! Ведь за всеми этими грозными опасностями светилась нежными лучиками Пушисточка! Броненосец бросился к ней, как умирающий от жажды бросается к прохладному журчащему ручью, на ходу теряя куски панциря, пряча шипы в глубину, чтобы не поранить долгожданную Её! И случилось чудо! Пушисточка не пронзила его наточенным жалом, не наехала тяжёлым панцирем на доверчиво протянутые лучики, а внезапно протянула навстречу свой луч, нежный и звонкий! И снова, как когда-то давно, стало возможно вместе звучать, сокровищами поделиться и запустить Искринки радости и смеха и по общим, по живым лучам!

Они решили не разлучаться. И этот мир – он сказочно велик! И на двоих огромен и прекрасен!

Странно, но тётя Социализация опять оказалась рядом и тихо спросила:

– Ты не хотел бы отказаться от такого Подарка?! Мой опыт подсказывает, что ты рано или поздно пожалеешь об этом!

– Уйди! Я не хочу слушать тебя! – так прозвучал ответ.

Хотелось бы сказать, что теперь они жили долго и счастливо. Но, увы, не стоит ради своего желания нам приукрашивать реальность…

Не внешний враг, не тяжёлые природные катаклизмы нарушили счастье. Нет! Всё так же нежно светило Солнышко, Небушко мягко обнимало планету своими ласковыми руками, а Броненосцы, шагающие рядом, опускали шипы и умилялись творимой Красоте, когда Пушистик и Пушисточка, обнявшись, словно парили по земле! Враг высунул коварно лапы изнутри. Шипы, которые спрятались на время, до поры, потихоньку начали выглядывать наружу и чуть-чуть задевать незащищенные лучики, больно царапаться. Тот, кто был ранен, от обиды норовил кусочек панциря набросить на больное место, потом расстраивался и царапался в ответ! А мог в запале и «наказать» «преступника», не зная то, что близкий не со зла! Что там, внутри спрятанные до поры шипы его же сердце больно колют! Пока что им дарован был Подарок, колючек как бы не видно! Да, видно, время для подарков вышло! Как жизнь теперь без панциря прожить? Чуть зазевался – обеспечен лазарет! Как ни грустно было Пушистику в колючего Дикобраза да в толстокожего Броненосца рядом с любимой обращаться, да пришлось. Колючки пристроить более удобно, расстояние сократить до минимума, договориться о ненападении и взаимопомощи, совместном воспитании своих Пушистиков-Дикобразиков. А жаль, однако…

Глава четвёртая. Тайна

Однажды, после серого трудового дня, сел Броненосец в кресло и стал думу думать. Как бы ему что-то такое в Жизни своей изменить, чтобы радость Жизни вернулась в его мир, да лучики могли наружу светить. Устал он за панцирем прятаться, да и возраст вроде уже не тот, чтобы бояться всего на свете. Взял с собой Социализацию, и пошли они лучшую долю искать да мудреца какого-нибудь, кто Правду расскажет, поможет лучики радости в Жизнь Пушистика вернуть.

Много дорожек исходили они, многих мудрецов повстречали на Пути. Казалось, вот он, мудрец-то, который Истину знает! Ан нет – глядь, а среди словесного благолепия и нескольких живых лучей торчат предательски шипы наружу! И как ни украшай, а всё равно ведь больно! Да-а-а! Не про то!

«Не найти!» – как-то устало подумал Броненосец. Отпустил он Социализацию поспать-отдохнуть, лёг на травушку-муравушку, на Небушко глядит. Просто так, без всякой пользы и дела. А с Небушка на него Солнышко светит своими лучами тёплыми. Тихо и спокойно тут стало Броненосцу. И подумал он: «А может, я не там мудрецов-то ищу? Может, совсем рядом тот, кто знает ответы на все-все мои вопросы?»