Сказки для всей семьи. Арт-педагогика на практике - Саид Валиев

Удивлялись Родители Генке: «И чего он не такой как все мальчишки в нашем дворе?» Всё усложняет, во всём какой-то смысл ищет, где и Взрослый-то пройдёт мимо, не заметив ничего мало-мальски значимого. А этот-то, философ доморощенный! Вот взять последний случай. Генка любит сладкое. Купил он на свои карманные деньги конфет. Маму угостил, Папе на вечер отложил, чтобы полакомился после работы «кормилец», как Мама Папу частенько называет. Мама обрадовалась, поцеловала сына в макушку:

– Благодарю тебя, родной мой, мне очень приятно, молодец!

А «молодец» широко заулыбался, руки распахнул к Маме:

– Дари!

– Чего дарить? – опешила Мама.

– Ты же мне Благо даришь? Приятно, мне нравится такой подарок, очень красиво звучит!

– Генка, ну что ж ты у меня такой странный! Это же просто выражение такое! Так иногда говорят! Благо – это не вещь какая-нибудь, чтобы дарить Его!

– А что же такое Благодарность, если Её дарить нельзя?

– Так, всё! Вечером Папа придёт. У нас в семье разделение способностей. Я – самая красивая, а Папа – самый умный, вот его-то и спросим!

Вечером Папа посадил Генку на колени, погладил по голове, в глаза заглянул:

– Сложные ты нам вопросы задаёшь, Гена! И Благодарности вопрос важен для всех людей на свете. По-своему его решает каждый с давних пор. С тех пор, когда его решили в истоках жизни два сына Адама.

– А кто они были? И как они решили этот вопрос?

– Это известная история. У Адама родилось два сына. Старшего звали Каином, младшего – Авелем. Много трудились сыновья Адама. И любил Бог их и наделял благими щедротами. Множились стада животных, богато рождались Землей-Матушкой плоды для жизни и радости под руками трудолюбивыми. И вот решили они поделиться с Богом дарами трудов своих. Авель отдал Богу лучших животных из стад своих, а Каин – плоды земли. И Бог принял дар Авеля, а дар Каина – отверг.

– Почему, Папа? Разве плоды земли хуже?

– Слушай дальше – продолжил рассказ Папа – И тогда поникло лицо Каина, разгневался он на брата и убил его. И выпали на долю ему многие страдания и скитания по лику земли.

– За что же он брата своего убил? Из ревности?

– Не знаю. Сразу дать ответ я не могу тебе.

Два дня мужчины размышляли над вопросом, который так неожиданно стал важен для двоих мужчин. Папа, возвращаясь с работы, брал с собой Генку, и они молча гуляли вдоль реки. Сын перестал задавать свои вечные вопросы, как-то внезапно повзрослел, затих. Наконец, пришел Папа к вечеру домой:

– Пойдем, Генка, пройдемся! Кажется, я понял, почему Бог не принял плодов Каина.

Тихо несла река вечернюю прохладу, поблёскивая в свете фонарей. Спокойно звучал голос Папы.

– Кажется, я понял, – повторил Папа. – В Библии сказано: «Бог есть Любовь!» Бог любил обоих братьев. И из Любви отверг Он Каина дары! Не в наказание! Пытался Бог помочь ему, увидев в сердце человека отсутствие Даров Святой Любви!

Помолчал немного Папа, затем продолжил:

– Думаю, что когда Каин увидел пустоту своего сердца, то тяжко стало жить его душе! Да вот причину стал искать он не в себе, а в ближнем! А там, где Божий Дар не принят человеком, там Тьма с готовностью наполнила его. И потемнело не только Каина лицо, во тьму попало сердце старшего из братьев. И в одиночестве, во тьме сердечной он руку смог поднять на брата своего. Так и по день сегодняшний, когда причину бед своих в других упорно ищем, то вслед за Каином готовы повторять ту давнюю и тяжкую ошибку.

Долго еще молчали Папа с сыном, и даже ветер затих, не желая отвлекать от мыслей, таких необходимых для двоих родных людей.

– Папа, знаешь, а я раньше думал, что раскаяние – это когда человек жалеет о плохих поступках, которые когда-то совершил…

– А сейчас что думаешь?

– Наверное, раскаяться – это перестать жить в темноте одиночества…

– Теперь ты знаешь, что такое Благодарность, Генка?

– Да, Папа! Благодарность – это Дар Сердца, полного Любовью!

Сказка про страх

Вообще-то, Генка мало чего боялся. Ему нравились опасность и риск. Он мог съехать с горы на велосипеде по такому крутому склону, что если бы Мама увидела, Генка был уверен, – выволочкой бы дело не ограничилось. Сердце его сладко замирало и падало в глубину живота, когда, разбежавшись, он прыгал ласточкой с обрыва над рекой в ленивый омут рядом с полуразрушенной плотиной. Да и мало ли у мальчишки забав, в которых риск тесно переплёлся с чувством восторга и жаждой приключений!

Одно только огорчало Генку. Он никому не рассказывал об этом, так как это была стыдная слабость, а Генка не любил быть слабым. Он темноты боялся. Генка не мог себя заставить в тёмную комнату войти без света, и в темноте боялся засыпать. Ему казалось, что в ней таится кто-то опасный, ждущий, что Генка отвлечётся и станет беззащитным. А самое страшное начиналось, когда его звали друзья купаться ночью на речку. Он не просто боялся ночную воду. У Генки начиналась паника, когда под ним раскрывалась тёмная бездна, в которой кто-то поднимался к незащищённому Генкиному животу, ужасно злой и страшно голодный.

Такая ситуация продолжалась достаточно долго. До тех пор, пока Папа не послал Генку за чем-то в подвал, а свет включить Генка не сумел – просто в подвале лампочка сгорела. Он вернулся к Папе и сказал, не поднимая на Папу глаз:

– Знаешь, я не могу. Я темноты боюсь.

Папа присел на корточки перед сыном, улыбнулся спокойной мягкой улыбкой:

– Я тебя понял. Ничего. Мы это поправим!

Вечером Папа повёл куда-то Генку в город. С Папой было спокойно и уютно. Большой и добрый Папа легко шагал по вечерним улицам, лицо его было задумчивым в свете фонарей, и Генке казалось, что в волшебной полутьме шуршащих шин, мигающих огней и реклам Папа сегодня был каким-то по-особенному родным и близким.

Наконец, они остановились у небольшой церквушки недалеко от речки на окраине города. Папа сказал:

– Когда я был маленьким, твой Дедушка меня тоже привёл сюда, на это самое место. И научил меня одной очень важной вещи. Пришло время и тебя с ней познакомить. Закрой на минуту глаза и скажи, что ты чувствуешь.

Генка закрыл глаза, но тут же широко открыл глаза:

– Мне страшно! Там внутри темно!

– Хорошо! Давай войдём в церквушку.