Неправильный бизнесмен - Аркадий Новиков

Я не помню, кто из них мне позвонил – Степан Михалков или Федор Бондарчук. Ни одного из них до этого момента я практически не знал лично. Раздался звонок, я поднял трубку и услышал мужской голос.

– Аркадий, привет! Это Федор Бондарчук.

– Привет!

– Хотел бы с тобой увидеться и кое-что предложить. Ты не против?

– Давайте увидимся.

Мы договорились о встрече, на которую Степан Михалков и Федор Бондарчук приехали вместе. С собой они привезли какие-то бумаги, и Степан сказал:

– У нас есть помещение, где уже построили ресторан.

Федор продолжил:

– У нас были инвесторы, но перед открытием они захотели выйти из нашего бизнеса. Не хочешь ли ты стать нашим партнером и купить их долю?

– А где находится помещение?

– На Остоженке. Поехали, посмотрим.

Я приехал, посмотрел. Помещение находилось в их собственности, был полностью сделан ремонт. По тем временам все было идеально. Они пришли ко мне фактически с подарком. Осталось только одно – открыть. Я говорю:

– Давайте я с женой посоветуюсь.

– Хорошо, посоветуйся, – ответили они практически хором.

До сих пор ребята меня подкалывают, что я не принял решение сам, а отправился за советом к Наде. В итоге, конечно же, я согласился, на самом деле, здесь и думать было не о чем. Это было очень выгодное предложение: приемлемая цена выкупа доли, великолепное месторасположение помещения, панорамные окна с видом на Остоженку и Храм Христа Спасителя.

Интерьером ресторана занимался архитектор Юрий Андреев. В одном из интервью о своей работе он сказал так: «Пространство ресторана универсально. В интерьер как в форму, не скованную никакой ярко выраженной историей, можно поместить какое угодно содержание. Интерьер модный, без всяких умствований. Это лофт, студия. Здесь единое пространство, открытость и вовнутрь, и наружу. Это декорация очень современной пьесы».

Мы тщательно прорабатывали все тонкости, особенно кухню. В «Vанили» работал великолепный французский шеф-повар, обладатель звезды Мишлен Камель Бенмамар, который затем «мигрировал» в мой новый ресторан Bolshoi, а сейчас работает в ресторане «Рыбы нет». Камель Бенмамар для меня находка. Он обладает невероятным вкусом, таких профессионалов в России, может быть, единицы. Единственная проблема – у него достаточно сложный характер. Он абсолютно непримиримый марокканский француз, или французский марокканец. Он не может пройти мимо того, что его не устраивает. Помимо прочего, у Камеля очень горячая кровь, он часто выходит из себя и не стесняется в выражениях. Из-за этого у него все время возникают проблемы с персоналом. Его практически никто не любит, потому что он требователен, прямолинеен и достаточно груб. Я, однако, понимаю его, ведь я и сам не то чтобы мягкий человек. Я часто задумывался о том, почему стал таким. Думаю, это результат самовоспитания. Я раньше не был жестким, прямолинейным. Я воспитал в себе эти качества. Сейчас я могу жестко отчитать, заставить кого-то что-то сделать, накричать. Я не особенно добр с сотрудниками, но, к сожалению, по-другому не получается.

«Vаниль» – это пример неплохого бизнеса. Он окупился в течение полутора лет, вместе с вложенной недвижимостью. Конечно, жизнь не стоит на месте, и ресторану – его содержанию, концептуальному виду – тоже иногда приходится меняться. Все зависит от места и от того, что ты делаешь, для кого. «Vаниль» по-прежнему доходный ресторан, и у него огромный потенциал. По идее, разумеется, необходимы нововведения: новый ремонт, возможно, реорганизация пространства, зонирование, может быть, открытая кухня. «Vаниль», в основном, дневное заведение, хотя я считаю, что он мог бы стать и популярным вечерним местом отдыха. Ресторан с подобной локацией не имеет срока службы. Он будет радовать посетителей еще долгие годы.