В поисках энергии. Ресурсные войны, новые технологии и будущее энергетики - Дэниел Ергин

Этот «солнечный» период длился недолго. Быстро возникнув, индустрия солнечной энергетики так же быстро ушла в небытие. Иранская революция привела к хаосу на нефтяном рынке, резкому повышению цен, очередям на бензоколонках, второму скачку цен на нефть, и администрация Картера утратила самообладание. В июле 1979 г., всего через две недели после объявления о смелой цели в области солнечной энергии на крыше Белого дома, президент Картер выступил с речью, которую окрестили «болезненной», заявив, что нация столкнулась с кризисом доверия и «кризисом американского духа». Реакцией на эти события стало увольнение большей части членов правительства, а также ставка на синтетическое топливо – топливо, изготавливаемое из горючего сланца.

Доверие к администрации Картера не вернулось. В ноябре 1980 г. Джимми Картер проиграл на президентских выборах Рональду Рейгану. Энергетическая политика Картера, предусматривавшая развитие возобновляемой энергетики, ушла вместе с ним.

«Я убежден, что усилия, которые прилагались в течение этих четырех лет, – это максимум того, на что способен человек, – сказал Картер много лет спустя. – Я не хвастаюсь… Я восемь или девять раз выступал по энергетическому вопросу, пока людям это не надоело». Советники, по словам Картера, говорили ему: «Господин президент, не говорите больше об энергетике. Вы просто бьетесь в стену». Политическая цена, по оценкам самого Картера, оказалась очень высокой. «Это существенно ослабило мое влияние внутри страны».

«Это было все равно, что грызть скалу», – подытожил Картер¹⁰.

Если Джимми Картер пессимистично смотрел на энергетику, предсказывал серьезные трудности и настаивал на пересмотре отношения к энергоресурсам, то Рональд Рейган был оптимистом, излучавшим уверенность сторонником нового «утра в Америке».

Администрация Рейгана, которая пришла в Белый дом в 1981 г., была полна решимости отдать рынок энергоресурсов на откуп рыночным принципам и ценовым сигналам. Возобновляемые источники энергии стали своего рода политическим – и даже идеологическим – водоразделом между двумя администрациями. Эту разницу отчетливо подчеркнул в самом начале президентского срока Рейгана Майкл Холбаути, глава группы по переходу к надежному энергоснабжению и успешный техасский нефтеразведчик, а также создатель гигантского торгового центра Galleria и гостиничного комплекса в Хьюстоне. Одному посетителю министерства энергетики Холбаути сказал, что энергетическую политику администрации Рейгана можно кратко охарактеризовать как «добыча, добыча и еще раз добыча», в частности, применительно к нефти и природному газу, добываемым в стране.

Возобновляемым источникам энергии в этой парадигме места не было, и они быстро отошли на второй план. У сторонников Рейгана возобновляемые источники энергии отождествлялись с администрацией Картера и ее мучениями, а также с губернатором Калифорнии Джерри Брауном. Он был не только преемником Рейгана на посту губернатора, но и считался воплощением либерала-антагониста Рейгана. Получивший прозвище Губернатор Лунный Свет, он стал самым ярым приверженцем использования энергии ветра и солнца в стране.

Имелись также и проблемы практического характера. Существовали новые технологии, которые, с одной стороны, превозносились, а с другой – заслуживали критики. Многие установки PURPA не отличались рентабельностью, а некоторые вообще были обузой. При Рейгане финансирование и стимулы для возобновляемых источников энергии были урезаны или вообще свернуты (как многомиллиардная программа администрации Картера по синтетическому топливу)¹¹.

Однако для солнечной энергетики и других возобновляемых источников энергии в любом случае наступили бы непростые времена из-за рыночной конъюнктуры. Высокие процентные ставки и глубокая рецессия начала 1980-х гг. – последствия борьбы с инфляцией – неизбежно вели к снижению объема продаж солнечных установок, главным образом крышных водонагревателей, так как люди стали тратить гораздо меньше, а на рынок недвижимости пришел кризис.

Солнечная энергетика утратила свою привлекательность как бизнес. В 1981 г. Exxon продала свое подразделение, специализировавшееся на преобразовании солнечной энергии в тепловую. «Наше представление о перспективах солнечной энергии изменилось, – вспоминал А. Шрир, глава этого подразделения Exxon. – На то, чтобы сделать ее распространенной, требовалось больше времени и сил. Стоимость не снижалась, технологии разрабатывались не так быстро, как хотелось». Когда на выборах победил Рейган, также стало ясно, что смелая цель Картера – 20 %-ная доля солнечной энергии в энергобалансе к концу столетия – уже не актуальна. Большинство других крупных компаний пришли к тому же выводу¹².

В 1986 г. из-за избытка предложения нефти на мировом рынке цены на нефть упали с $34 до $10 за баррель. Это выбило экономический фундамент из-под индустрии солнечной энергетики. Цена, как оказалось, имеет огромное значение, и солнечная энергия стала просто неконкурентоспособной. Энтузиасты солнечной энергетики, которые полагали, что «сражаются» с ОПЕК, обнаружили, что их бизнес, лишенный поддержки в виде относительно высоких цен на энергоресурсы, нежизнеспособен.