В поисках энергии. Ресурсные войны, новые технологии и будущее энергетики - Дэниел Ергин

Это была первая и единственная за всю историю пресс-конференция, которая проводилась на крыше Белого дома. 20 июня 1979 г. президент Картер вместе с супругой Розалин в сопровождении свиты и прессы поднялись на крышу, чтобы ввести в действие солнечный водонагреватель. «Никто никогда не сможет ввести эмбарго на солнце», – заявил Картер. Он сказал, что устройство стоит $28 000, но поспешил добавить, что оно окупится через 7–10 лет, учитывая высокие цены на энергоресурсы. «Через пару десятилетий, – отметил он, – этот солнечный водонагреватель может стать частицей одного из самых больших и увлекательных предприятий, которые когда-либо осуществлялись американским народом, <…> использования энергии солнца». Или же «он может стать раритетом, музейным экспонатом».

И там, на крыше Белого дома, Картер поставил большую цель: к 2000 г. на солнце должно приходиться 20 % всей производимой в США энергии. Он пообещал потратить $1 млрд в течение следующего года на реализацию этой инициативы¹.

К моменту этой пресс-конференции в 1979 г. мысль о необходимости перехода на то, что тогда называли солнечной энергией (а позднее – возобновляемыми источниками энергии), уже постоянно присутствовала во взглядах на перспективы энергетики. Нефтяное эмбарго арабских стран в начале десятилетия и недавно начавшаяся иранская революция привели не только к перебоям в поставках черного золота, но и к серьезным опасениям насчет будущего мировой нефти. Все это в сочетании с возрастающей экологической ответственностью делало энергию солнца и возобновляемых источников естественным решением. Она была экологически чистой и обеспечивала стабильность. И к тому же считалась неисчерпаемой. В Вашингтоне придумали стимулы, чтобы быстро раскрутить индустрию возобновляемых источников энергии. Были выделены значительные средства на исследования. В «солнечную» игру включились ученые, крупные и мелкие компании, предприниматели, активисты и энтузиасты.

Но к 20 % не удалось даже приблизиться. За всплеском энтузиазма последовали десятилетия разочарований, крушения иллюзий, банкротств и стагнации. Только в 2004–2005 гг. индустрия возобновляемых источников энергии начала обретать реальные масштабы. Даже в 2011 г. возобновляемые источники в США давали всего 9 % всей производимой энергии по сравнению с 8 % в 1980 г. Без учета гидроэлектроэнергии (доля которой в течение многих лет остается неизменной) и биотоплива (главным образом этанола) в 2011 г. на возобновляемые источники в США приходилось 1,5 % всей вырабатываемой энергии. Примерно такой же ситуация была и в мире.

Однако сегодня возобновляемые источники энергии играют все большую роль и рассматриваются как ключевое решение таких проблем, как энергообеспечение, энергобезопасность и изменение климата. Глава КНР заявил, что Китай должен «воспользоваться возможностями, открывающимися на новом этапе мировой энергетической революции». Европейский союз поставил цель – выйти на 20 %-ную долю возобновляемых источников в энергетике к 2020 г. «Я хочу, чтобы мы стали самым “зеленым” правительством за всю историю», – заявил премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, обещая «самое радикальное изменение энергетической политики со времен появления АЭС». Канцлер Германии Ангела Меркель сформулировала новую цель для Германии – увеличить долю возобновляемых источников энергии в производстве электроэнергии с 17 до 35 % к 2020 г.

Барак Обама сделал больше любого из своих предшественников для того, чтобы преобразовать энергетическую индустрию и положить в ее фундамент возобновляемые источники энергии. Он поднял возобновляемые источники энергии до ранга главного энергоресурса будущего для США. «Страна, которая является мировым лидером по созданию новых источников энергии, – сказал он, – поведет за собой глобальную экономику XXI в.» И компании, и инвесторы теперь рассматривают возобновляемые источники энергии как значительную и растущую часть огромного глобального энергетического рынка².

Однако достичь объявленных целей очень непросто, принимая во внимание масштабы и сложность энергетической системы, которая обслуживает мировую экономику. Сегодня будущее возобновляемых источников энергии определяется главным образом на уровне стратегий и политики. Хотя их стоимость существенно снизилась, они по большей части не могут конкурировать с традиционными источниками энергии. Увеличение расходов, связанных с углекислым газом, вследствие введения налога на выбросы или внедрения системы ограничения выбросов с помощью квот и торговли ими, должно повысить конкурентоспособность возобновляемых источников энергии.

Все идет к тому, что возобновляемые источники энергии после 25-летнего перерыва вновь станут важной частью электроэнергетики. Создается впечатление, что исчез временной провал, связав конец 1970-х гг. со вторым десятилетием XXI в.