Дамы Амстердама. Жизнь в витрине. Откровенные истории квартала «красных фонарей» - Мартина Фоккенс

Луиза, 1966

Одним субботним вечером девочки из борделя решили посидеть в кафе недалеко от Вармоестраат.

– Лу, пойдешь с нами?

– Не могу, Вимпи заедет в час, а до этого мне нужно подзаработать еще деньжат, не то он решит, что от меня мало толку, и будет шуметь.

Но я колебалась. «Может, все-таки стоит поехать? Там здорово». А девчонки продолжали жужжать мне в уши и уговаривать.

– Я поеду в следующий раз, если получится.

– О’кей, как хочешь.

И они ушли, хохоча как сумасшедшие. Компашка что надо, конечно.

– Давай, Лу, удачной рыбалки! До вечера!

Альфа-ромео»

Они пошли в сторону Аудекеркплейн, а я работала. Для субботнего вечера улов получился вполне неплох. Мадам спустилась позвать меня к ужину и добавила:

– Что-то у нас небывалая тишина. Девочки все заняты?

– Нет, Лин, они отчалили в кафе.

– А ты что не с ними?

– Моему парню нужны деньги. Он собирается купить «альфа-ромео».

– Ничего себе. Не дешево.

– Знаешь, Лин, штука в том, что я буду сидеть рядом с ним, когда он заедет за мной на этой красотке. «Альфа-ромео» в качестве такси, как тебе?

Лин кивнула.

– Я вернусь наверх, Лу. Ян меня ждет. Мы тоже хотим отдохнуть, так что скоро уйдем.

– Хорошего вам отдыха.

– До завтра, Лу.

Девочки вернулись только в полночь, на такси. Набрались они как свиньи. Элли вышла из машины первая, вместе с ее Бенно. Они, наверное, встретились в бистро. Элли хотела со мной поболтать, но Бенно не дал. Она начала кричать на него, он завелся пуще прежнего. Я бросилась к ним, чтобы вмешаться, но вышло только хуже. Элли принялась подниматься по лестнице – она жила на втором этаже, – едва держась на ногах. На каждой ступеньке она получала от Бенно затрещину, или же он ее грубо толкал. Гадкое зрелище. Наконец, под градом ударов и оскорблений, Элли поднялась к себе, и дверь за ней громко захлопнулась.

Когда в борделе вновь воцарилось спокойствие, остальные девочки уже разошлись по комнатам. Их благое намерение продолжить принимать клиентов после возвращения развеялось как дым. Я подумала: «Завтра выйдут на панель в солнечных очках». Тем временем было уже час ночи, и возле борделя нарисовался Вимпи. Он не стал глушить мотор и жал на клаксон как ненормальный. Я вышла и бросила в машину мою сумку.

– Привет, спортсмен! Я сейчас, закрою все, а то Лин и Ян ушли.

– Я подожду, Лу.

Витрина закрыта. Дверь заперта на ключ. Я готова и прыгаю в машину рядом с Вимпи. Он тут же спрашивает:

– Как все прошло? Для субботы?

– Ну, я осталась одна за всех, так что заработала кучу денег!

– Отлично! Сможем отложить чуток на «альфа-ромео». Если хочешь перехватить сэндвич, я остановлюсь на Рембрандтплейн. Подождешь меня в машине.

Он вышел взять мне сэндвич с печенкой и беконом, и потом мы поехали к дому. Я перекусила, мы немного выпили и, наконец, смогли остаться наедине. День кончился. Вот и аминь.

Автосалон

Луиза, 1967

Дело было в феврале после полудня, когда бистро в Валлене набиты под завязку. Я как раз совершала свою обычную прогулку и решила перехватить пару сэндвичей. В закусочных тоже было не протолкнуться. Автосалон только что открылся, туда приезжали городские и сельские жители. Они заодно разглядывали и девочек в витринах. А мы их как раз и поджидали.

Вдоль канала прогуливались группы мужчин, кое-кто останавливался перед нашей витриной, а я, вернувшись в свое заведение, сидела в передней комнате вместе с подружками. Нас спросили, не показываем ли мы шоу и не танцуем ли, я ответила:

– Да станцуем, не проблема. Входите же! Кто тут из вас главный, пусть заплатит и пообещает, что вы будете вести себя спокойно.

Главного звали Жиль. Он выбрал меня. Парни расплатились, и праздник начался.

Тут подоспела и Мартина. Увидев так много мужчин, она воскликнула:

– По-моему, вам не помешает помощь! Я сейчас приду. Что желают клиенты?

– Чтобы мы станцевали и устроили шоу.

– У меня есть всякие тряпки и побрякушки в гаремном стиле, – заявила Тина.

И вот мы переоделись в невольниц из гарема, включили подходящую музыку и принялись извиваться в танце живота. Мы тогда были молоды и гибки. Пары по очереди выходили танцевать в центр, а остальные образовывали круг. Парни отлично проводили время, они отплясывали с нами и то и дело хохотали.

– Жиль, давай, твоя очередь выйти в круг!

И Жиль, раздухарившись, заорал:

– Эта шлюшка – настоящая чертовка, горячая, как огонь! Я хочу ее. Пошли, цыпа, пошли со мной!

– Эй, Жиль, давай не сегодня, – принялся урезонивать его один из товарищей, – ты ведь главный, и нам пора идти. Придешь к этой горячей штучке в другой раз, когда благоверная подарит тебе денек свободы.

Сработало. Жиль подостыл.

– Ну, господа, мы славно повеселились. Вы настоящие мастаки танцевать. Передавайте привет своей деревне от девочек из квартала «красных фонарей».

– О да, непременно! Отличный сегодня денек! Мы еще пропустим по кружке пива в «Старом моряке» и поедем восвояси. Чао!

Они ушли, мы утомленно вздохнули. Настало время для чашечки кофе и зубоскальства:

– Нам только осталось взять урок танца живота!

Виниловые боксеры

Мартина, 2011