Откуда приходят герои любимых книг - Юлия Андреева

Сделал глоток воды и вскоре потерял сознание. На зов мой не отвечал и на касание не реагировал никак. Напряжение в дыхании заметно ослабевало. Правая рука трепетала. Я делал портрет».

Запись от 28.6.1922 г.: «Велимир ушел с земли в 9 часов 28 июня 1922 года в деревне Санталово Новгородской губернии Крестецкого уезда».

Более об этом художнике в «АМВ» ничего не сказано, так что добавлю только, что он дружил с В.Е. Татлиным, Л.А. Бруни, Н.И. Нисс-Гольдман, Н.Н. Луниным, футуристами. В начале 1920-х гг. сблизился с поэтом В. Хлебниковым, который ушел из жизни в семье художника в деревне Санталово (Новгородская губ.). Санталовский цикл произведений П. Митурича 1922–1923 гг. (портреты поэта, пейзажи, графические образы, навеянные поэтическим творчеством Хлебникова) входят в золотой фонд отечественной графики.

Штабс-капитан — Зощенко Михаил Михайлович. «У него были весьма скромные привычки. Приезжая изредка в Москву, он останавливался не в лучших гостиницах, а где-нибудь недалеко от вокзала и некоторое время не давал о себе знать, а сидел в номере и своим четким елизаветинским почерком без помарок писал один за другим несколько крошечных рассказиков, которые потом отвозил на трамвае в редакцию „Крокодила“, после чего о его прибытии в Москву узнавали друзья.

Приходя в гости в семейный дом, он имел обыкновение делать хозяйке какой-нибудь маленький прелестный подарок — чаще всего серебряную с чернью старинную табакерку, купленную в комиссионном магазине. В гостях он был изысканно вежлив и несколько кокетлив: за стол садился так, чтобы видеть себя в зеркале, и время от времени посматривал на свое отражение, делая различные выражения лица, которые ему, по-видимому, очень нравились.

Он деликатно и умело ухаживал за женщинами, тщательно скрывал свои победы и никогда не компрометировал свою возлюбленную, многозначительно называя ее по-пушкински N. N., причем бархатная бородавочка под его губой вздрагивала как бы от скрытого смешка, а миндальные глаза делались еще миндальнее».

М. Зощенко участвовал в Первой мировой войне и дослужился до чина штабс-капитана. Потому и персонаж зовут штабс-капитан.

Михаил Михайлович Зощенко родился в 1894 г. в Петербурге. Отец — художник Михаил Иванович Зощенко (из полтавских дворян, 1857–1907), мать — Елена Осиповна (Иосифовна) Зощенко (урожд. Сурина, русская, дворянка, 1875–1920), до замужества была актрисой, а также писала рассказы, которые выходили в газете «Копейка».

Учился Михаил Зощенко в 8-й гимназии Петербурга, поступил на юридический факультет в университет, но через год отчислен за неуплату. Летом подрабатывал контролером на Кавказской железной дороге.

29 сентября 1914 г. Михаил Зощенко зачислен в Павловское военное училище юнкером рядового состава на правах вольноопределяющегося 1-го разряда, 5 января 1915 г. произведен в чин юнкера унтер-офицерского состава, 1 февраля 1915 г. окончил ускоренные четырехмесячные курсы военного времени и произведен в прапорщики с зачислением по армейской пехоте.

Далее следовала непростая военная карьера. Так же, как Катаев, он был отравлен газами, кстати, в Первую мировую они даже воевали рядом, правда, в то время не зная друг друга.

В январе 1917 г. представлен в капитаны и к ордену Св. Владимира IV степени. Ни чин, ни орден Зощенко получить не успел в связи с революцией, но награждение орденом объявили в приказе. Поэтому сам Зощенко считал себя награжденным в период Первой мировой войны пятью орденами.

9 февраля 1917 г. у Зощенко обостряется болезнь (порок сердца — результат отравления газами), и после госпиталя его отчислили в резерв. Но без дела он не сидит, и уже летом 1917 г. назначается начальником почт и телеграфов и комендантом почтамта Петрограда, а позже отправлен в Архангельск, где занимал должность адъютанта Архангельской дружины.

Отказался от предложения эмигрировать во Францию. В СССР работал секретарем суда, инструктором по кролиководству, а также куроводству в Смоленской губернии, откуда сбежал в Красную армию, несмотря на освобождение от военной службы. Видно, нелегко боевому офицеру заниматься разведением разного рода живности. Служил полковым адъютантом 1-го Образцового полка деревенской бедноты. Зимой 1919 г. участвует в боях под Нарвой и Ямбургом с отрядом Булак-Балаховича.

Но весной снова демобилизован в связи с больным сердцем, впрочем, на этот раз ему удалось выхлопотать для себя должность телефониста при пограничной страже.

Тем не менее и эту должность пришлось оставить, Михаил Михайлович метался между мирными профессиями, не находя себя. С 1920 по 1922 г. Зощенко посещал литературную студию при издательстве «Всемирная литература», которой руководил Корней Чуковский.

Печататься Зощенко начал в 1922 г. Он принадлежал к литературной группе «Серапионовы братья» (Л. Лунц, Вс. Иванов, В. Каверин, К. Федин, Мих. Слонимский, Е. Полонская, Н. Тихонов, Н. Никитин, В. Познер).

«Серапионовы братья» говорили о необходимости отделить искусство и литературу от политики, в изображении реальности старались идти от фактов жизни, а не от лозунгов. Их позицией была осознанная независимость, которую они противопоставляли сформировавшейся идеологической конъюнктурности в советской литературе. Критики, опасливо относясь к «серапионам», справедливо считали, что Зощенко является «наиболее сильной» фигурой среди них.

В 1930-е гг. Михаил Зощенко переходит к крупной форме: «Возвращенная молодость», «Голубая книга» и др. Начинает работу над повестью «Перед восходом солнца». Его повесть «История одной перековки» вошла в книгу «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина» (1934).

Сразу после начала Великой Отечественной войны Зощенко требует отправить его на фронт, но получает отказ: «К военной службе не годен». Тогда он вступает в группу противопожарной обороны (основная цель — борьба с зажигательными бомбами) и со своим сыном дежурит на крыше дома во время бомбежек. В свободное от дежурств время пишет антифашистские фельетоны для публикации в газетах и на радио. По предложению главного режиссера ленинградского Театра комедии Н.П. Акимова, Зощенко и Шварц берутся за написание пьесы «Под липами Берлина» — пьеса о взятии советскими войсками Берлина шла на сцене театра в то время, когда немцы еще держали в блокаде Ленинград.

В 1941 г. Зощенко в приказном порядке эвакуируют сначала в Москву, а после в Алма-Ату. Вес позволенного багажа не должен был превышать 12 кг, и Зощенко берет с собой 20 тетрадей-заготовок будущей книги «Перед восходом солнца» общим весом 8 кг. На одежду и прочее осталось ровно 4 кг.

В Алма-Ате писатель трудится над серией военных рассказов, написал несколько антифашистских фельетонов, а также сценарии к фильмам «Солдатское счастье» и «Опавшие листья». В 1943 г. его перевозят в Москву, где Зощенко становится членом редколлегии журнала «Крокодил». В 1944–1946 гг. много работал для театров. Две его комедии поставлены в Ленинграде. Одна из которых — «Парусиновый портфель» — выдержала 200 представлений за год.

В апреле 1946 г. Зощенко в числе других писателей награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов», а в июле на Зощенко вдруг ополчилась жестокая критика. Оказалось, что «окопавшийся в тылу Зощенко ничем не помог советскому народу в борьбе против немецких захватчиков»^[122]. 14 августа 1946 г. выходит Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград», в котором за «предоставление литературной трибуны писателю Зощенко» подверглись жесточайшей разгромной критике редакции обоих журналов, журнал «Ленинград» вообще был закрыт.