Таинственный сад - Фрэнсис Элиза Ходгстон Бернетт

– А потом, – воскликнул с презрением Дик, – дернуло его жениться! Влюбился, как дурак, и уж ничего после не понимал! Поженившись, они стали хозяйничать в двух комнатах, но если бы вы знали, какая это оказалась злая баба – точно дикая кошка! Как взбесится, бывало, – так все переколотит! А бесилась она постоянно! Родился у них ребенок – весь в нее: орет и день и ночь! Мне его приходилось нянчить. Бог мой, чего я только не натерпелся: заревет он, бывало, как резаный, а она на меня накинется и начнет швырять чем попало. Раз как-то она кинула в меня тарелкой, а угодила в маленького и раскроила ему подбородок. Доктор сказал, что шрам останется на всю жизнь. Вот злющая баба! Уж и попадало всем – и Бену, и мне, и младенцу! Она все злилась, что Бен мало зарабатывает. Наконец он не вытерпел – уехал на запад с одним человеком и стал заниматься там скотоводством. Не прошло и недели после его отъезда, прихожу я вечером домой и вижу, – комнаты заперты и пусты. Хозяйка сказала мне, что Минна сбежала. Говорили потом, будто бы она отправилась в Европу и поступила в няньки к барыне, у которой был тоже маленький ребенок. С тех пор я не слышал о ней, и Бен тоже. По правде сказать, он не очень-то о ней горевал, хотя сначала был страшно влюблен. Надо правду сказать, она красивая девушка, в особенности когда наденет хорошее платье и не злится. Глаза у нее были черные, большие, а волосы тоже черные, до колен. Скрутит она их, бывало, как канат и обовьет вокруг головы. Говорили, будто она наполовину итальянка – оттого-то и бешеная…

Дик часто рассказывал мистеру Гоббсу о ней и о брате, который только два раза написал ему с тех пор, как уехал на запад. Ему не посчастливилось сначала, и он странствовал с места на место. После долгих скитаний Бен основался, наконец, в Калифорнии, где живет до сих пор.

– Эта противная баба, – продолжал свой рассказ Дик, – вконец измучила его! Мне его было очень жалко!..

Они сидели в дверях лавки, и мистер Гоббс набивал себе трубку.

– Ему не следовало жениться, – сказал он. – От женщин вообще нельзя ожидать ничего хорошего – пустой народ!

Желая зажечь спичку, он наклонился над прилавком и чуть не подскочил от удивления.

– Посмотри-ка, да тут лежит письмо, а я его раньше и не заметил. Наверно, не видел, как почтальон положил на стол или газета попала на него! – воскликнул он. Он посмотрел на письмо и прибавил: – Да это от него! – и от радости позабыл о трубке. Он вернулся к своему месту, вынул перочинный ножик и вскрыл конверт. – Что-то он мне нынче расскажет? – сгорал от нетерпения старик, развернув письмо и принимаясь читать следующее послание: