Записки выдающегося двоечника - Артур Гиваргизов

21 сентября (воскресенье), во дворе

Серёжа умеет ездить без рук. Он может даже заснуть в седле, и велосипед сам прикатит его домой. Потому что велосипед чувствует, что Серёжа настоящий хозяин, который просто немножко устал.

Однажды Серёжа ехал по дорожке и наехал на маленькую старушку.

– Здравствуй, мальчик, – сказала старушка добрым голосом. – Куда ж ты прёшь на людей?! Давно по шее не получал!

– Здравствуйте, бабушка, – вежливо ответил Серёжа. – Сама прёшь под колёса! Жить надоело?!

– А я ведь волшебная, – хитро улыбнулась старушка и отхлебнула из плоской бутылочки с надписью «Армянский коньяк», – и могу превратить твой велосипед в метлу.

– Не надо! – заволновался Серёжа. – Я же не нарочно. Я очень люблю бабушек. Я им кефир покупаю.

– Кефир? – удивилась волшебница и отхлебнула ещё пару раз из своей бутылочки. – Ладно, исполни одно моё желание и свободен, как на каникулах.

– Каникулы?! – воскликнул Серёжа. – Сейчас?! Но разве это возможно, ведь учебный год только начался?

– Добрым феям всё возможно, – сказала старушка и прошептала непонятные слова в горлышко опустевшей бутылочки. Бутылочка снова наполнилась какой-то красивой янтарной жидкостью. – Вот видишь.

– Здорово, – согласился Серёжа. – А желание-то какое?

– Да ерунда, – махнула рукой старушка и чуть не упала, потеряв равновесие. – Стань хорошим мальчиком. Ну-у-у… слушайся родителей, не поджигай кнопки лифта, ходи в магазин, пой мосуду, вернее, мой посуду, не езди как сумасшедший и т. д.

– Ого! – испугался Серёжа. – Надо мной все будут смеяться. А вам-то это зачем?

– Мне?! – удивилась фея. – Как зачем? Я же добрая фея ну и должна ну… перевоспитывать плохих мальчиков в хороших. Работа такая.

– Нет, – твёрдо сказал Серёжа, – ни за что! Пусть лучше я потеряю велосипед, чем чувство собственного достоинства.

– Дело твоё, – вздохнула волшебница. – Извини.

Так Серёжин велосипед превратился в метлу, и на нём, то есть на ней, улетела добрая фея.

Шпаргалка на рисовом зёрнышке

22 сентября, на уроке биологии

Серёжа Гаврилов был мастер. Он сумел выгравировать шпаргалку на рисовом зернышке и на контрольной по биологии открыто ей пользовался, глядя в микроскоп. Новая неопытная учительница думала, что Серёжа смотрит на микробы (на биологии на микробы смотреть можно), а Серёжа смотрел на шпаргалку.

«Ничего не понимаю! – удивлялась учительница, проверяя Серёжин листочек. – Мне говорили, что Гаврилов двоечник… Как же он смог написать такую хорошую контрольную? Да ещё без единой грамматической ошибки!»

Она позвонила учительнице по русскому языку и спросила:

– Елена Николаевна, что у Гаврилова по русскому?

– Два с плюсом, – ответила Елена Николаевна, – он всегда вместо «о» пишет «а». Я ему даже плюс теперь ставлю – за верность принципам.

– Странно, – сказала неопытная Ольга Александровна, – очень странно.

– Ничего странного, – сказала Елена Николаевна, – у него по всем предметам двойки, кроме труда. По труду у него восьмёрка.

– Как восьмёрка?! – удивилась Ольга Александровна.

– Вот так. Разрешили в министерстве, в порядке исключения, когда увидели подкованную Гавриловым инфузорию-туфельку.

– Живодёр! – воскликнула учительница по биологии.

Она очень любила животных с красивыми названиями.

– Мастер, – сказала учительница по русскому.

Одна буква

23 сентября, во время болезни

Однажды Гаврилов Серёжа прочитал на школьном заборе: «Гаврилов, я тебя люблю. ТАНЯ».

«Какая же это Таня?» – задумался Серёжа.