Спящая во льдах - Евгений Гаглоев

В это время в кабинет заглянула Инга Валерьевна.

– Вот вы где! – обрадовалась она. – Как дела с постановкой? Сразу после Хеллоуина будем проводить предварительный смотр, так что поторопитесь! Людмила Афанасьевна, как насчет чашечки кофе?

– С удовольствием, дорогая, – улыбнулась учительница. – Вот только ребятки закончат.

– А мы уже почти закончили, – сказал Артем, отодвигая от себя подклеенный глобус. – Еще совсем немного осталось.

– Ну, тогда жду вас в столовой, – сказала Инга Валерьевна и скрылась.

– Я бы тоже перекусила, – призналась Лариса. – С этим ручным трудом так проголодалась, что вылизала бы весь клей!

– Давайте тоже сходим в буфет? – предложил Никита. Закончив работу, они разложили подклеенные карты по всем свободным столам, чтобы те скорее просохли. Людмила Афанасьевна поблагодарила ребят за помощь и вместе с ними отправилась в столовую.

– Про что хоть эта «Пиковая дама»? – по пути осведомилась Лариса. – Я ведь ее не читала. Опять что-нибудь про золотого петушка?

Никита не выдержал и рассмеялся. Ксения тоже.

– Чего вы? – обиженно поджала губы Лариса. – Я ведь серьезно!

– Там про привидения! – со знанием дела заявил Артем. – Про призрак старой графини, которая при жизни любила пораскинуть картишки.

– О, так это круто! – оживилась Лариса. – Про привидения я люблю! Надо будет сходить в школьную библиотеку, взять почитать.

Услышав о библиотеке, Никита вдруг вспомнил про фолиант. Гордей ведь так и не успел ничего им рассказать из-за этой вездесущей Казаковой. Он решил наведаться к нему сразу после столовой.

Однако, к удивлению Никиты, Гордей уже сидел в буфете: пил кофе и любезничал с Ингой Валерьевной. За тем же столиком пристроилась Нелли Олеговна и прислушивалась к каждому их слову. Людмила Афанасьевна, улыбаясь, направилась к своим коллегам. Никита и остальные двинулись к прилавку, на котором аппетитными горками лежали ватрушки и сдобные булочки.

Вид булочек сразу напомнил Никите об Ирине. И не ему одному.

– Как там, интересно, Клепцова? – проговорила Лариса.

– Она хорошо держится, – сказала Ксения.

– Бедняга! Я бы так не смогла, – призналась Лариса. – Выпасть с такой высоты! Да я бы умерла со страху еще во время полета!

Двери столовой вдруг распахнулись с громким стуком. В зал влетела репортерша Лидия Белохвостикова. За ней едва поспевал толстый бородатый оператор с камерой на плече.

– Ну хоть здесь кто-то есть! – воскликнула Белохвостикова. – Надо было приезжать во время занятий, тогда бы застали куда больше народу!

Преподаватели и ученики, сидящие за столиками, недоуменно на нее уставились.

– Итак, начинаем! – рявкнула Белохвостикова, взмахнув микрофоном. Оператор включил камеру. – Мы находимся в той самой школе, где совершено жестокое нападение на одну из учениц десятого класса! – затарахтела она. – Девочку выбросили из окна третьего этажа! Кто виноват?! Были ли у нее враги в этом учреждении? Сейчас мы узнаем об этом у ее друзей!

Школьники у раздачи остолбенели. Пронырливая репортерша бросилась к ним через весь зал с микрофоном наперевес.

– Что вы себе позволяете?! – вдруг грянула Нелли Олеговна, вскакивая из-за стола. – Кто дал вам право вот так вламываться сюда?!

Белохвостикова тут же сунула микрофон ей под нос:

– Несколько слов для наших телезрителей! Казакова грубо отпихнула микрофон:

– Ничего говорить я не буду! Выметайтесь отсюда немедленно!

– Вы не можете мне ничего запретить! – парировала журналистка. – Есть такое понятие, как «свобода слова»!

– Только не в этой школе! – свирепо гаркнула завуч. – Я не позволю вам здесь своевольничать!

– Да я и спрашивать не буду!

Нелли Олеговна задохнулась от такой наглости. Никита и остальные заинтересованно наблюдали за происходящим. Белохвостикова никому особо не нравилась, но Казакову они просто ненавидели. Так что в этом поединке все симпатии были на стороне прессы.

– Я… буду… жаловаться! – отчеканила завуч. – Вы не представляете, с кем связались!

– А в самом деле, кто вы такая? – спокойно осведомилась Лидия.

В этот момент со стороны преподавательского стола послышался громкий сдавленный хрип. Звук был настолько ужасен, что в столовой моментально установилась мертвая тишина.

Кофейная чашка упала на пол и разлетелась вдребезги. Гордей с широко раскрытыми глазами вскочил из-за стола. Он вновь захрипел, одной рукой схватившись за горло, а второй – за живот. Затем рухнул на пол и забился в конвульсиях, задыхаясь и громко хрипя.

У Никиты в груди словно что-то оборвалось. Он бросился к Гордею. Артем и девчонки устремились за ним.

– Врача! – завопила Инга Валерьевна. – Вызовите врача! Нелли Олеговна тут же выбежала из столовой. Людмила Афанасьевна почему-то побежала вслед за ней. Инга Валерьевна встала на колени рядом с Гордеем, сдернула с плеч свой жакет и, свернув его, подсунула ему под голову.

– Ты снимаешь?! – вдруг восторженно взвизгнула Белохвостикова. – Удачный сегодня день!

– Вы что, совсем с ума сошли?! – гневно крикнула Ксения. – Нужно же соблюдать хоть какие-то приличия!

– Заткнись, соплячка, не мешай работать! – отмахнулась Лидия.

Ксения сделала шаг в ее сторону, сжимая кулаки. Лидия испуганно отшатнулась и спряталась за спину оператора. В камере вдруг что-то громко щелкнуло, и из корпуса аппарата повалил дымок.

Ксения злорадно улыбнулась. Это было ее рук дело.

Лидия истошно завопила:

– Камера сломалась! Дьявол! В такой момент!

Никита склонился над задыхающимся Гордеем. Из коридора уже доносился звук быстро приближающихся шагов. Гордей схватил парня за локоть и привлек к себе.

– Книга! – прохрипел он из последних сил. – Спаси книгу! Она в моем кабинете…

В столовую ворвались школьная медсестра Алла Сергеевна, Маргарита Федоровна и физрук Михаил Федорович. Никиту мгновенно оттеснили в сторону.

– Разойдитесь! – крикнула Алла Сергеевна. – Ему необходим воздух! Что случилось?!

– Мы пили кофе, – взволнованно сообщила Инга Валерьевна. – А потом он упал…

Никита развернулся и выбежал в вестибюль. С самыми худшими опасениями он бросился в кабинет Гордея Борисовича. Его подозрения подтвердились. Замок был взломан, дверь приоткрыта. Никита вошел в кабинет. Красный фолиант пропал.