Привет, давай поговорим - Шэрон Дрейпер

День игры выдался морозным и солнечным. Утром, пока мы с миссис В. ждали школьного автобуса, я успела замерзнуть на мартовском ветру. Зато на мне красивая куртка. Мы решили ехать на старой ручной коляске, потому что электрическую мама потом не затащит в машину, даже по пандусу.

— Ну что, Мелло-Йелло, готова?

Я отвечаю Эльвириным голосом:

— А то!

— Небось голова лопается от знаний? — поддразнивает меня миссис В.

— А то! — улыбаюсь я.

— Ты им там покажешь! Они рты пораскрывают от удивления.

— А то!

— Мы все придем, чтобы поболеть за тебя.

«А за команду?» — печатаю я.

— А ты там не одна? Как это я забыла? — Миссис В. хлопает себя ладонью по лбу. — Ну, ты бы и одна справилась.

«А другие школы?»

— Ты умнее их всех, вместе взятых. Мы будем самыми рьяными болельщиками: я, родители и Пенни.

«Как я выгляжу?»

Миссис В. щурится, окидывает меня оценивающим взглядом.

— Как телезвезда! На всякий случай у тебя в ранце запасная блузка. Кэтрин в курсе.

Я рада, что Кэтрин будет со мной. Думаю, мистер Димминг тоже рад.

«Расскажи еще раз, что за чем», — печатаю я.

— Мама заберет тебя из школы, покормит и привезет в студию на пятнадцать минут раньше остальных. Мы с папой и Пенни приедем прямо туда.

«На телевидении не разозлятся, когда меня увидят?»

— Они про тебя знают. Наверное, с тобой захотят побеседовать журналисты.

«Почему со мной?»

Что интересного для журналистов в человеке, вместо которого разговаривает компьютер? Ничего!

— Потому что таких, как ты, больше нет! Всем интересно будет про тебя послушать.

«Смеяться не будут?» — При мысли об этом у меня потеют ладони.

Миссис В. берет мои руки в свои:

— Что значит «смеяться»? Ты же школьный Стивен Хокинг! Все будут восхищаться. И завидовать твоей команде.

«Надеюсь».

— Вон уже автобус. Ну, удачи, Мелоди. И до вечера!

За день мне удалось ничем не облиться. Наконец приходит мама. В машине она кормит меня макаронами и яблочным пюре — слава богу, ничего красного! — и мы едем на телевидение.

Остановившись на парковке для инвалидов прямо напротив входа, мама спускает по пандусу коляску, усаживает меня, пристегивает, устанавливает Эльвиру, и мы едем к зданию. Администратор — ярко накрашенная толстушка с мелкими кучеряшками — объясняет нам, как добраться до съемочного павильона.

Я моргаю, озираюсь. Оказывается, на телевидении все ненастоящее. Вот студия новостей. По телевизору кажется, что у диктора за спиной огромное окно с видом на город, но это всего лишь картинка, причем совсем маленькая. Дикторский стол тоже маленький — а на экране кажется таким внушительным.

Ух ты! Вон стоят болтают самые настоящие дикторы. Ведущая утренних новостей ужасно тощая, прямо кожа да кости, — а по телику это вообще не заметно. Я, наверное, буду выглядеть на экране бочкой!

Камеры! Их так много, и они огромные, просто чудища на колесах. Повсюду бегают какие-то парни в наушниках и девушки с папками для ведущих. В глубине студии совсем темно, зато игровая зона ярко освещена. Каждого участника ждет стойка с четырьмя большими кнопками. За спинами операторов — скамейки для зрителей, отделенные от съемочной площадки прозрачной стеной. На некоторых уже сидят.