День огня - Катя Брандис

Увидев меня, он умолк. Ко мне повернулись два смертельно-бледных человека – Анна и Дональд. Мелоди подняла на меня глаза и попыталась улыбнуться.

– Джей… – начала Анна.

Я видел, что ей ужасно страшно, и это разрывало мне сердце.

– Среди своих меня зовут Караг, – спокойно ответил я.

Анна открыла рот, но больше ничего не сказала.

– Мне очень жаль, что пришлось вас обманывать, – продолжил я. И это была не просто вежливая фраза. Мне действительно было очень жаль.

– Так ты… ты и правда… ты… – бормотала Анна.

– Правда, – подтвердил я, и живот свело судорогой. – Я не человек, я оборотень. У меня есть и другое обличье – звериное.

Казалось, Дональд не может определиться – звать полицию или всё-таки сначала упасть в обморок.

– Он пума, классная большая кошка, – заявила Мелоди, с вызовом посмотрев на родителей. Она встала с дивана и хотела подойти ко мне, но Дональд успел схватить её за руку и дёрнул назад:

– Не подходи к нему! Мы не знаем, насколько он опасен!

– Ну разумеется, он для нас не опасен! – возмутилась Мелоди. – Джей спас меня. Там, на горе, когда меня похитили. Он сражался за меня в обличье горного льва и даже был ранен. Не обижайте его!

– Это правда? – спросила Анна, притянув Мелоди к себе.

– Да, – просто ответил я. – Мы с друзьями искали Мелоди, нашли её и освободили. При этом мы были по большей части в нашем зверином облике.

Выражение лица Анны несколько смягчилось, но «спасибо» она всё-таки не смогла произнести.

– То есть на самом деле ты не терял память, а просто нас разыграл, – сказал Дональд, ни на секунду не выпуская бейсбольную биту из рук.

– Всё так, – признал я с тяжёлым сердцем. – Мои родители, моя сестра и я – все мы жили в обличье пум в горах. Но меня всегда манил к себе человеческий мир. Я хотел попробовать жить как человек.

Анна по-прежнему смотрела на меня так, словно не верила своим ушам. А что, если теперь она меня разлюбит? Эта мысль разрывала мне сердце. Неужели я вижу сегодня мою вторую маму в последний раз?!

– То есть вы своего рода вервольфы, только не волки, а кошки? – спросил Дональд. Ему явно было интересно, хоть он и ужасно боялся.

Наверное, я непроизвольно скорчил гримасу, потому что моя приёмная семья отпрянула назад. Лучше всего сейчас не двигаться, чтобы лишний раз их не пугать.

Пока я размышлял об этом, Мелоди вырвалась от родителей, кинулась ко мне и обняла меня. Осторожно, не выпуская из виду Анну и Дональда, я тоже обнял её и тихонько подтолкнул обратно, к её обеспокоенным родителям. Мелоди не стала усугублять ситуацию и послушно села на диван.

– Волки среди нас тоже называют себя лесными оборотнями, – пояснил я. – И, кстати, это большой секрет: меня могут наказать за то, что я вам открылся.

– Я не могу в это поверить, – беспомощно произнесла Анна. – Этого просто не может быть.

У меня не осталось выбора. Она ещё не успела договорить, а перед ней на куче одежды уже сидела огромная хищная кошка. Дональд инстинктивно поднял бейсбольную биту, а Анна прижала ладони ко рту. «Им нужно время, – разочарованно подумал я. – Дай им время, они должны привыкнуть».

А вот Мелоди ко мне уже давно привыкла. Широко улыбнувшись, она подскочила на диване, словно белка-оборотень, опять подбежала ко мне и повисла на моей – теперь уже мохнатой – шее. Потом бесстрашно погладила меня по голове и почесала мне за ухом. Я тёрся головой о её ноги, мурлыкая что есть мочи, хотя я минимум в десять раз больше ласковой соседской кошки.

– Ты идёшь? – поторопила меня Тень. Тикаани уже тоже нервничала. Мне нужно идти – сражаться с приспешниками Эндрю Миллинга и спасать людей.

Я вышел в коридор, лапой утянув за собой одежду. И вернулся в гостиную в облике мальчика – светловолосого паренька с золотисто-зелёными глазами, которого моя приёмная семья никогда толком не знала.

– Сегодня очень опасный день: враждебные оборотни нападают на город, – сказал я, пытаясь достучаться до них. – Оставайтесь дома и попытайтесь защитить себя. Я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось.

В ответ – тишина. Анна и Дональд всё ещё пребывали в шоковом состоянии.

– Мы постараемся, – решительно ответила Мелоди.

Я улыбнулся ей и, коротко махнув на прощание, ушёл.

Невидимки

Тикаани быстро поцеловала меня, и мы помчались. В человеческом облике – кто знает, может, одежда нам ещё понадобится. Тень летела над нами и вовсю подгоняла.

– Быстрее, быстрее, – нервно покрикивала она. – Поторопитесь, там происходит что-то ужасное!

– Да мы уже поняли, – раздражённо ответила Тикаани. – Не совсем тупицы.

– Если побежим ещё быстрее, подошвы задымятся, – добавил я и попытался сделать шаг более широким. Хорошо, что Билл Зорки даже спринтеров вроде меня заставлял тренироваться на длинные дистанции.

Из сообщений, поступавших по рации, мы приблизительно поняли, что произошло: один из классов на уроке биологии отправился в лес – именно сегодня! – чтобы изучать растения непосредственно в горах. Но они так и не прибыли на то место, куда планировали. А так как сотовая связь не работала, их пропажу заметили не сразу.

– Жёлто-чёрный школьный автобус обнаружили неподалёку от озера Вудс Каньон: он висел над обрывом, – задыхаясь, доложила Холли. – Странным образом рядом с автобусом не было никаких отпечатков, и хвалёные полицейские ищейки тоже не смогли взять след. Может, они все разом нюх потеряли или дружно отупели!

– Всё может быть, – проворчала Тикаани – она не слишком жаловала домашних собак.

– То есть дети просто бесследно исчезли? – обеспокоенно спросил я. – Разве люди умеют становиться невидимыми?

– Только в голливудских фильмах, – буркнул Брэндон, взяв рацию. – Мы сейчас их ищем. Да, и на автобусе нацарапано чем-то острым, возможно даже когтем: «Вы все поплатитесь». Похоже на ребят Миллинга, да?

– Боюсь, что ты прав, – согласился я. – Будем надеяться, что он не заявился сюда собственной персоной и нам предстоит иметь дело только с его приспешниками. Может, они взяли детей в заложники? Или хотят расправиться с ними без помех?

Я вспомнил, как Марлон недавно жаловался, что они как раз проходят экосистемы и им придётся определять виды растений. Неужели он в числе пропавших?!