Марка страны Гонделупы - Софья Могилевская

Почтовый штемпель пиратской страны Гонделупы, понял Петя. Но в общем марка Пете не понравилась. Грубоватая, она была мало похожа на обычные почтовые марки. На переднем плане этой марки стояла пальма с оливковой лакированной кроной. Ее коричневый ствол казался вылепленным из пластилина. Сзади блестели розовые горы, сбоку что-то зеленело. А над всем этим южным пейзажем полыхало голубое горячее небо.

— Хороша? — спросил Лева, повертывая марку и так и этак. И вдруг закричал: — Не трогай! Не трогай! Не смей трогать!..

А Петя и не думал трогать. Он только смотрел. Правда, с большим вниманием и приблизив к марке близорукие глаза.

— Ничего себе… — сказал он сдержанно и после некоторого молчания. Кажется, красивая.

— Ну вот, — Лева нахмурил брови, — так и знал, начнешь клянчить…

— Я? — удивился Петя. — Я только сказал: ничего себе, красивая.

— А самому небось хочется?

Петя промолчал: нет, марка ему ничуть не нравилась, и ему совсем не хотелось иметь такую. А Лева продолжал:

— Видишь, я говорил, будешь выпрашивать.

— Да нет же…

— Думаешь, не вижу, как хочется!

Лева решительно тряхнул головой:

— Знаешь, бери ее себе!

— Что???

У Пети в глазах три вопросительных знака.

— Страну Гонделупу? — переспросил он, не доверяя своему слуху. Может, он чуточку оглох?

— Да, — у Левы в глазах великодушие, — кого люблю, для того ничего не жаль.

— Лева… — начал было Петя. Но Лева сердито перебил:

— Раз говорят бери — значит, бери! Ну уж ладно… — Лева замялся. Уж ладно, если хочешь, так и быть, бери Гонделупу, а мне давай… — Было видно, что ему трудно выговорить последние слова. — Уж так и быть… шведскую серию.

— Шведскую серию???

Пете вторично показалось, что он оглох.

— И неси скорей, пока не передумал… Ох-ох-ох, как не хочется отдавать Гонделупу!

— Лева… — снова начал Петя.

— Неси скорей шведскую серию, а то, смотри, передумаю, — сердито говорил Лева.

— Лева, — не сдавался Петя, — я только спрошу у мамы…

— Что?! — громовым голосом вскричал Лева. — Спросишь у мамы? А клятва? Забыл?

— Сейчас принесу, — покорно сказал Петя и выбежал из комнаты.

— Не разорви… Осторожнее отклеивай! — вслед ему крикнул Лева.

Мама была занята обедом — можно было незаметно проскользнуть в комнату и вытащить из ящика альбом. Как самый последний воришка, боязливо озираясь, Петя содрал все марки любимой шведской серии, сунул их в карман и побежал к двери.

— Петя, куда же ты? — услыхал он мамин голос. — Скоро папа придет. Будем обедать.

— Я сейчас… Я у Левы позабыл портфель, — соврал Петя, захлопывая за собой дверь.

Он ужасно торопился к Леве, хотя ему так не хотелось отдавать шведскую серию и брать взамен марку никому не ведомой и к тому же пиратской страны.

Лева встретил его на пороге:

— Принес?

— Принес…

— Давай.

Петя протянул марки. Лева торопливо ссыпал их на стол, пересчитал: все, десять.

— Ох-ох-ох… Жалко Гонделупу! — принялся он вдруг кривляться. — Нет, не отдам, пожалуй…

У Пети радостно забилось сердце.

Но тут же сгребая в ящик стола Петину шведскую серию, Лева произнес последние и решительные слова:

— Ладно, бери. Но помни — никому ни слова!

Петя снова дома. Альбом раскрыт на том самом листе, где всего лишь несколько минут тому назад красовалась шведская серия. Теперь страница пуста, а в кармане неизвестная марка какой-то таинственной страны.

И никому нельзя о ней говорить: ни маме, ни папе, ни Вове, ни Кирилке, ни одному человеку в мире.