Умный дикобраз - Геннадий Снегирев

Корабль на Владивосток курс держит. Ещё неделя – и конец плаванию.

Решил я привезти домой живого осьминога.

Посоветовался с Василием Ивановичем, боцманом, в чём осьминогов удобней держать: в бочке или, может быть, в трюме бак какой-нибудь найдётся вместо аквариума.

Василий Иванович удивился моей затее:

– Крокодильчика я один раз привёз домой из Бомбея. Маленький – я его в рукомойнике вёз, чтобы всё время был мокрый. А вот осьминога не слыхал я, чтоб возили. Попробуй, может, довезёшь!

Нашёл я в трюме цинковый ящик с крышкой – в таких ящиках во время войны порох перевозили, – принёс его к себе в каюту, привязал к столу, чтобы во время шторма не опрокинуло, и жду, когда будут ловить рыбу: может, попадётся осьминог.

Долго ждать не пришлось. На другой день спал я после вахты, слышу: тормошит меня кто-то за плечо. Открываю глаза, а это Василий Иванович.

– Вставай скорей, трал вытащили, осьминог попался!

Оделся я быстро и выскочил на палубу. Ветер северный дует, а я холода не замечаю.

Улов из трала вывалили: камбалы, морские звёзды, крабы копошатся на палубе.

Кок в корзину рыбу отбирает для камбуза, а я тоже в ракушках копаюсь, ищу осьминога.

Наконец нашёл. Большой, жёлтый. Наверное, дно здесь песчаное, потому что осьминог окраску от грунта меняет, чтобы его не видно было. Глаза у него как у кошки, зрачки длинные, смотрит на меня в упор. Я его ногой пнул, он глаза закрыл и стал красный. Разозлился, наверное.

Почему у осьминога глаза на кошачьи похожи?

У осьминогов, как у кошек, вертикальные зрачки, способные расширяться при снижении освещения. Это очень важно для тех осьминогов, которые опускаются на большую глубину, куда с трудом проникают солнечные лучи. Осьминоги считаются самыми умными среди беспозвоночных. Они хорошо обучаемы, поддаются дрессировке, имеют прекрасную память, различают геометрические фигуры и т. д.

Взял я его в руки и понёс в каюту. Тяжёлый он, но без воды слабый совсем, висит как тряпка, щупальцами мои руки обвил, присосался к тельняшке.

Принёс я его в каюту, в ящик посадил, а сам побежал за морской водой. Взял ведро на камбузе, набрал воды, открыл крышку, хотел в ящик налить воды – а ящик пустой!

Что такое? Сначала даже не поверил, ощупал весь ящик внутри, – может, в угол забился? Нет, нигде нет осьминога.

Расстроился я совсем. Не мог же он из каюты уползти!

Стал я осьминога искать в каюте, смотрю: мокрый след, как будто тряпкой по полу провели, ведёт прямо под койку. Заглянул я под койку, а там осьминог лежит. Вытащил я его оттуда и посадил в ящик, закрыл крышкой, а на крышку сверху положил сапоги на всякий случай.

Стал я после этого за осьминогом следить, чтобы не выполз из ящика. Всё равно не уследил. Приподнял он крышку, из ящика вылез и в угол забился, где электрическая грелка стоит, обогревает каюту.

Когда я с вахты пришёл, осьминог был уже мёртвый: кожа на нём от тепла высохла.

Так и не довёз его до дому.

Морские животные

Колюшка-храбрюшка

В отлив море ушло, и на берегу осталось много лужиц, маленьких и больших.

Сел я около большой лужи и стал караулить, потому что некоторые рыбы не успевают в море уплыть, притаятся на дне и ждут прилива.

В луже было темно и ничего не видно, только по камням карабкались водяные паучки.

Я уже хотел уходить, и тут воду прорезал солнечный луч. И затолклись, заплясали в этом луче не то мошки, не то пылинки. Это была стайка рыбок, только совсем маленьких – мальков.

Я разглядел у них головку и хвост. Мальки ловили водяных блох, а у некоторых и рта ещё не было, они просто так плавали. Для них эта лужа – целое море.

Что такое водяные блохи?

Водяными блохами называют крохотных рачков – дафний. Эти рачки служат кормом для мальков не только трёхиглой колюшки, но и многих других рыб. Дафнии населяют все виды стоячих водоёмов, а также реки с медленным течением. Распространены по всем материкам, включая Антарктиду.

Сорвал я прутик и хотел прогнать мальков, и вдруг – я даже не заметил откуда – выскочила рыбёшка, сама с мизинец, на спине у неё острые колючки торчат, и ну трепать мой прутик. То с одной стороны заплывёт, колючкой его уколет, то куснёт ртом, а у самой от злости глаза горят синими огоньками. Растрепала весь прутик, стал он как кисточка для клея, а сама спряталась под камень и оттуда смотрит, помахивает плавничками – попробуй мальков тронь!

Неужели колюшка так своих мальков защищает? Она хорошая мать?

У колюшек заботу о потомстве берёт на себя папа. Он и мальков отважно защищал от прутика. Мальков, и даже самых маленьких, поедают многие рыбы. Папа, как может, старается обезопасить своё потомство.

Колюшка

Мальков ловить я не стал, а то колюшка всю руку исколет, она и большой трески не боится, бросается в драку.

И совсем она не колюшка, а храбрюшка.

Михаил

На одном корабле жил ручной медведь Михаил.

Как-то раз корабль пришёл из долгого плавания во Владивосток. Все матросы стали сходить на берег, и Михаил с ними. Хотели его не пустить, заперли в каюте – он стал дверь царапать и страшно реветь, так, что на берегу слышно.

Выпустили Михаила и дали ему железную бочку катать по палубе, а он её в воду швырнул: не хочет играть, на берег хочет.

Дали ему лимон. Михаил его раскусил и страшную рожу скорчил; поглядел на всех недоуменно и рявкнул – обманули!

На берег Михаила капитан не хотел пускать, потому что был такой случай.

Играли на берегу в футбол с матросами другого корабля. Михаил сначала спокойно стоял, смотрел, только лапу кусал от нетерпения, а потом не выдержал, как зарычит, как кинется на поле! Всех игроков разогнал и стал гонять мяч. Лапой как зацепит, как зацепит! А потом ещё как зацепит, мяч только – пук! И лопнул. Как же его после этого пускать на берег?

И не пустить нельзя, такая громадина: пока маленький был – шарик, а вырос – целый шар. Катались на нём верхом, он даже не приседает. Силища такая, что начнут матросы канат тянуть – все, сколько есть, а Михаил с другого конца потянет – матросы на палубу падают.