Два дундука из сундука - Валерий Гусев

А другой берег - низкий, песчаный и местами заросший зеленой травой, из которой торчат коричневые головки камыша.

Вдали виднеются всякие леса и пригорки. А на пригорках маленькие деревушки, где среди лип и ветелок прячутся, совсем как игрушечные, домики. И в их окнах отражается солнечный свет. А на самой высокой горушке стоит церковь с синими, в звездах, куполами и с золотыми крестами. Которые тоже сверкают на солнце. Здорово красиво.

Лешка лежал на носу и смотрел в воду. И сообщал мне все, что он там видел.

– Большая рыба, Дим. Маленькие рыбешки, Дим. Целое стадо. Колесо от машины. Колесо от трактора. Дырявый сапог. Давай его достанем.

– Зачем он нам?

– Митьку подарим.

– У него две ноги. К счастью.

– А мы только что над валенком проплыли, Дим. Давай, а? Кастрюля, Дим.

– Маме подарим?

– Она дырявая. - И вдруг заорал: - Тормози, Дим! Сокровище!

Я потабанил и немного отгреб назад.

– Стоп! - сказал Алешка. - Бросай якорь. Смотри!

Я сбросил в воду мешок с гайками и перегнулся через борт. В довольно чистой воде виднелось ребристое песчаное дно с редкими пучками водорослей. Среди них стояло полузанесенное песком что-то вроде сундучка, с двумя ручками.

– Доставай, - сказал Алешка. - Здесь мелко. Ты что себе купишь?

Я пожал плечами. Я ничего не собирался покупать посередине реки. Негде, во-первых, и денег нет, во-вторых.

Алешка нетерпеливо пояснил:

– Когда клад продадим. Я куплю себе резиновую лодку. А ты?

– А я - две резиновые лодки.

Но чем дольше я вглядывался в воду, тем заманчивее казалась мне картина на дне. Сундучок был солидный. Почерневший от времени, очень старинный на вид.

Я сбросил кроссовки и брюки, осторожно перелез через упругий борт и спустился в воду. Неглубоко - мне по грудь.

– Ныряй! - сказал Алешка. - А то припрется еще кто-нибудь.

Нырнул. Никак не ныряется. Плаваю, как пробка. Алешка хохочет.

– Дим, ты спасательный жилет не снял!

– А нам Митёк не разрешил, - смущенно оправдался я.

– Митёк далеко, - рассудительно сказал Алешка, - а клад рядом. - И принял у меня жилет.

Я снова нырнул. Вернее, просто окунулся. Ухватил сундучок за ручку. Дернул. Черта лысого! Он даже не дрогнул.

– Ну, что? - спросил Алешка нетерпеливо, когда я высунулся из воды. - Достал?

– Тяжеленный, - объяснил я, отдышавшись. - Тут подъемный кран нужен.

– Золото, - спокойно сказал Алешка. - Точно. Сундук, набитый золотом. Ты что себе купишь?

Я с трудом забрался в лодку, натянул брюки, обулся.

– Сначала достать надо это золото, а потом решать будем, что купим и чего не купим.

– Дим, я придумал. Мы сейчас быстренько смотаемся домой, так? Возьмем у Митька веревки покрепче, так? Привяжем их за ручки сундука и выволочем его на берег. Здорово? Или трактор у Васьки попросим, с тросом. Дадим ему за это пару золотых. На новый мотоцикл. Так? Поплыли?

– А как мы это место найдем?

Алешка никогда долго не думает над проблемами.

– Поплавок оставим. - И тут же распорядился: - Иди на берег, поищи там бутылку из-под воды, пластиковую. И какую-нибудь железяку. А я пока клад покараулю. Чтоб не сперли.

Я вздохнул, снова разулся и снял брюки, послушно побрел по грудь в воде к берегу.

– Ты лучше плыви, Дим, - посоветовал Алешка мне вслед. - Так быстрее будет.

В общем, он оказался прав. Этих бутылок на берегу было столько, что на тысячу поплавков хватило бы. Но поиски мои немного затянулись - никак не попадалась бутылка с пробкой; с трудом разыскал. А железяку я не нашел, да она и не понадобилась.

Мы связали шнурки от кроссовок, я снова погрузился в воду и один конец быстренько привязал к ручке сундука. Ну, а второй конец туго обмотал вокруг горлышка бутылки.

Все, подводная лодка выбросила сигнальный буй.

– Греби скорей, - сказал Алешка. - А то набегут еще. Смотри - вон там деревня и там деревня.

Против течения лодка шла с трудом. Но мы довольно быстро добрались до своего «родного причала». Вытащили лодку на берег и помчались в сарай, спотыкаясь на каждом шагу из-за спадающих с ног кроссовок.

Митёк возле верстака увлеченно мастерил свой танковый пулемет, обернулся:

– Уже сплавали?

– Не доплыли, - сказал Алешка. - Клад под водой нашли. Дайте нам веревки покрепче. Мы его на берег вытащим.

– Что, большой клад? - спокойно поинтересовался Митёк.

– Тяжелый. Целый сундук.

– Так вы тогда возьмите лебедку. Вон в том углу.

Вот это здорово. Я пошел в «тот угол». Там действительно лежала лебедка - барабан с тросиком. Она лежала на черном сундуке с двумя ручками. Точь-в-точь такой же сундук. Я даже немного растерялся, у меня мелькнула дурная мысль, что хитрый Митёк обогнал нас. И вытащил этой лебедкой наш клад. И что мы теперь купим?

– Дядь Мить, - спросил я, - а это что у вас такое? - И показал на черный сундук с ручками.

– Это? - он обернулся. - Это старый аккумулятор с «КамАЗа». Я с его помощью иногда свою машину заводил.

Надо отдать должное Алешке. Он и глазом не моргнул, и ухом не повел. Он только сказал:

– Поплыли, Дим?

– Куда? - спросил Митёк.

– За шнурками.

И мы, шаркая спадающими с ног кроссовками, выбежали из сарая.

А Митёк остолбенело смотрел нам вслед.

Когда мы вызволили и развязали свои шнурки, Алешка сказал:

– Ладно, Дим, в другой раз что-нибудь найдем, не расстраивайся. Поплыли дальше. Затонувшие корабли смотреть. И заложника спасать.

– Нет уж, - возразил я на правах старшего, - в другой раз. Мама ругаться будет, если к обеду не вернемся.

Алешка не стал возражать. И к обеду мы вернулись вовремя. Взрослые уже сидели за столом, и мама разливала по тарелкам борщ.

– Вот это да! - потирал от удовольствия руки Митёк, вдыхая запах над своей тарелкой. - Наконец-то в доме есть хозяйка. Наконец-то я поем по-человечески. Представляешь, - повернулся он к маме, - два месяца на одних яичницах сидел. Пожелтел даже.

Мама вздрогнула и как-то виновато опустила голову.

– Неужели? - тихо спросил ее папа.

Она смущенно кивнула.

– Что?! - вскочил Митёк, догадавшись. - Опять?

– Я же не знала, - стала оправдываться мама. - Я хотела поскорее.

– А рыба? - спросил с робкой надеждой Митёк.